(495) 234-36-61
На главную страницу блога Почта

Блог «Умные мелочи»

Говорящая ворона

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 25-06-2014

Метки: , , , , ,

Мы идём на прогулку. Сначала надо идти налево, потом прямо. И — далее по тропинке, не особенно заморачиваясь её поворотами. Идём втроём. Я, моя спутница жена и яркая, в боевой раскраске, ворона. Точнее — ворон, поскольку он черный и очень умный.

Первой заговаривает жена. Она долго рассказывает о каком-то мальчике из своей прошлой жизни. Я внимательно слушаю. Слушает и ворона (или ворон, это не имеет значения, поскольку мы зовём её вороной). Она сидит на моём плече и покачивается. Ей лень летать. Ей не хочется говорить. Она просто сидит и слушает.

Когда рассказ жены подходит к концу, вступаю я. Тоже что-то не особенно значительное. Кажется рассказ о какой-то истории, приключившейся со мною много лет назад. И, как обычно, без конца. Я забываю о том, с чего начал. И в конце бестолково умолкаю.

Потом наступает очередь вороны. Она смотрит на меня и говорит — «кар». И участливо умолкает, поскольку осознаёт, что мы её речи не понимаем. Потом ещё раз — «кар». Проверка — понимаем ли на этот раз. Нет, не понимаем. Ну, и ладно. Хватит на сегодня.

Это продолжается несколько дней. Потом вороне надоедают наши походы. И она улетает. Но спустя некоторое время возвращается. И снова говорит — «кар». И смотрит, не добавилось ли в наши головы понимания её рассказов. Не добавилось? Она улетает. И прилетает снова — когда по её мнению в наших головах должно просветлеть. Но не светлеет. И ворона разочарованно улетает.

Она улетает, а я начинаю думать. Что удерживает ворону (или ворона) возле нас? И почему она не чувствует опасности, исходящей от людей? От всех же людей что-то, да исходит? И какого понимания она от нас ждёт? И ждёт ли, либо это ожидание — плод моих фантазий?

Размышлений оказывается много — гораздо больше, чем можно подумать. Честно говоря, нас поразило твердое убеждение вороны (или ворона) в том, что мы достаточно безопасны. Эта ворона (в смысле — этот ворон)  просто прилетела и начала с нами общаться. То есть мы думаем, что просто. А на самом деле что-то произошло необычное. Мы стали похожими на ворон. Или наоборот, ворона стала похожа на… людей.

Каким-то образом она выделила нас среди множества особей, живущих рядом с нею. И наделила нас пониманием своей немудрёной речи. Ворона-то, оказывается, говорит. И говорит вполне вразумительно. Но мы не понимаем её речей. Мы просто внимательно вслушиваемся, ищем смысл и… не понимаем. Вот ведь незадача.

Таких житейских ситуаций у нас раньше не было. Нас не выделяли вороны, чтобы что-то рассказать. И не сближались — поскольку мы даже по неосторожности могли что-то такое выкинуть. Почему же это произошло именно сегодня? Да кто его знает. Возможно, мы слегка постарели. Возможно, стали лучше понимать животных. Или нам кажется, что стали лучше их понимать. Во всяком случае, нам кажется, что понимаем, но на деле оказывается, что ничего подобного. Что это понимание лишь иллюзия, лишь мечта о том, что мы что-то понимаем.

Во всяком случае, мы пока живем в этом немом мирке, когда элементарные слова проходят мимо. И смысл-то этих слов, возможно, вполне понятен любому живому существу. А мы ждём от животного какого-то глубокого смысла. А там — живу, не парюсь и вас к тому же призываю. Или ещё проще — просто пою. И — точка.

Но нам кажется, что в песне вороны есть смысл. И он достаточно глубок — поскольку птица смотрит на нас немигающим взглядом. И во взгляде этом должно быть полно идей.

Впрочем, возможна и другая история. Возможно, птица просто привыкла к тому, что мы ежедневно гуляем по парку. Привыкла и прилетела. И стала гулять вместе с нами. Понемногу, потихоньку. А там, глядишь, и всё выстроилось. И нам сейчас кажется, что в словах птицы есть какой-то смысл. А она просто щебечет. И ничего от своего щебетания не ждёт.

Возможно и то, и другое. Мы не избалованы вниманием птиц — как не избалованы вниманием других зверей. Давно вроде бы пора обзавестись своей животиной. Но мы не можем. Не можем побороть себя. Обзавестись животным — это значит, что мы берем на себя ответственность за его содержание. А какая может быть ответственность, когда мы не знаем, что с нами будет с самими? И сколько нам остаётся ещё жить?

Это всё отговорки. Жить нам ещё (надеюсь) долго. Во всяком случае, дольше, чем любому животному. Кошка или собака проживут намного меньше. И будут всю жизнь счастливы — потому что мы уже знаем, каково быть несчастными. Нет, отныне только так — живёшь и ждёшь от жизни только счастья. А несчастье придёт само, если ему будет суждено.

Возможно, эта ворона и есть то существо, которое… Нет, не оно. Точно говорю — не оно. Сегодня этой вороны нет. И вчера не было. И позавчера. Она будет… завтра? Может быть. Но уверенности в этом нет никакой. И прилетает она ненадолго. Мы уходим — птица улетает. Или пасет всех, кто гуляет по парку. И общается со всеми. Кто-то, возможно, её и понимает. Здесь к воронам отношение лучше, чем у нас. Здесь они такие же участники общения, как, скажем, собаки и кошки.

Ворону кто-то понимает, но она, тем не менее, прилетает к нам. И добивается нашего понимания, хотя чьё-то понимание ей, возможно, дороже. Мы не знаем ничего. Совершенно ничего.

Ладно, давайте всё по порядку. Нет никакой вороны. Нет и не было. Мы с женой остаёмся одни. Мы ждём обычного интереса со стороны животных — точно такого же, какой проявляем и мы к ним. Этот интерес должен проявиться обязательно. Мы верим в это. Мы этого ждём.

Находясь в надежде, что что-то изменится, мы проводим свои дни в поисках. Мы ждём этих встреч. Мы их представляем. И говорим об этом достаточно часто, чтобы думать об этих встречах.

Рано или поздно что-то такое непременно произойдёт. И мы будем гулять втроём. Вокруг нас образуется целое облако участия. Нас будут любить. И мы будем любить — как никого ещё не любили, ни до, ни после. Это — мечта, пока неосуществимая. Но дайте срок, дайте срок… И всё непременно получится. Обязательно получится. Если сильно захотеть.

Мы снова идём гулять. И я говорю жене — ты подумай, мы её до сих пор не понимаем. И жена со мною соглашается, хотя никакой вороны и нет. Она согласна со мною, потому что сама мечтает об этом. И мы идём по парковой дорожке. И нам хорошо, потому что втроём жить намного лучше, чем вдвоём. А нас уже не двое. Нас трое. Я, моя, повторяю, жена. И мечта о птице, которая с нами заговорит. Непременно заговорит, я в это верю.

Ну, а пока этого не произошло, жена рассказывает мне о каком-то мальчике. И я внимательно её слушаю. А потом начинаю свой рассказ я. И на этот раз продвигаюсь дальше, чем обычно. Но всё же теряю нить разговора и стыдливо умолкаю.

Мы молчим. Мы просто идём. Мы думаем о ней.

Птичьи заметки

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 28-05-2014

Метки: , , , , ,

Птица молчит. Она молчит, несмотря на то, что я давно жду её песни. Я стою и жду. А она — молчит… И вдруг она запела. Да так запела, что нет никакой возможности описать её песню. И я жду окончания. Когда она кончит, то тут же улетит. И все надо будет начинать сначала — искать эту птицу, ждать, когда она запоёт. И прицеливаться камерой, чтобы её удивительная песня осталась на плёнке.

Птица отпела и улетела. И я отправился дальше. Какие ещё открытия ждут меня на парковой дорожке? И что за песнями этих птиц стоит? Лишь инстинкт или что-то большее? Вопросов скапливается миллион. И ответов пока нет. И я иду дальше — в надежде подыскать нужные ответы.

Эта история имеет место едва ли ни ежедневно. Птиц мы с супругой ищем постоянно. Она больше, я — меньше. Но втянулся. И сейчас о птицах знаю гораздо больше, чем знал о них совсем недавно. Это же общеизвестно — хочешь узнать о птицах что-то дополнительное, ищешь о них информацию, узнаёшь. И в результате становишься почти «профессором кислых щей». В смысле — доктором по птицам. Ну, или не совсем доктором. Это неважно. Главное — узнаёшь.

Мы идём по парковой дорожке и смотрим вверх. Мы разыскиваем птиц. Мы вслушиваемся в их песни, всматриваемся в их поведение. Птицы живут. Они отдыхают. Охотятся. Спят. Они проживают свою жизнь прямо у нас на глазах. Это раньше я смотрел на птиц, как на какие-то чудесные добавления к природе. Сейчас всё иначе. Я знаю, что хозяева здесь, в этом парке, они. Они и есть — сама природа.

Мы идём неспешно, раздвигая ногами опавшую листву. Вообще, это происходит нечасто. Листву здесь вовремя убирают. Вечером нападало — утром ничего нет. И так каждый день. Лишь во времена высокой жары, когда нет дождей, земля высыхает. И деревья сбрасывают листву, чтобы обезопасить себя от зноя. Я понимаю это. Но все же старый пережиток даёт о себе знать. Листва сбрасывается во время похолоданий. Это почти не обсуждается, хотя здесь похолоданий не бывает.

Здесь не бывает не только похолоданий. Здесь не бывает великой суши. Здесь не бывает постоянных дождей. Здесь не бывает ничего, что выводит из равновесия природу. Лишь иногда — раз в шестьдесят лет или в сто. Надвигается черная туча. И начинается дождь, который завершается через две недели. И всё топит — и кусты, и парковые дорожки… Нет, парковые дорожки остаются нетронутыми. Чтобы природа уничтожила своё творение, нужно чтобы случилось что-то необыкновенное. Мы такого ещё не видели. И, наверное, вряд ли увидим. Великое ненастье было совсем недавно — в 2011 году. Мы его почти не заметили.

Мы не заметили много перемен. Мы попросту не знали, как оно бывает. Увидели огромное море воды. Думали, оно так и в обычной жизни. Ан нет — ничего подобного. В обычной жизни на месте воды дороги и дома. Жилой комплекс, затопленный в этот раз. А мы думали, что все благополучно. И что небольшое наводнение, которое с виду и не наводнение вовсе, никому не мешает…

Стоп, стоп! Птица… Её зовут «коэль». Так она кричит — «гоэль, гоэль». Отсюда и название. А по сути — кукушка. Подкладывает свои яйца в чужие гнёзда. При этом летает вокруг и поёт. Удивительное создание… Кукушка сидит на ветке. Самец и рядом самочка. Самец черный с красными рубиновыми глазами. Самочка обычная, пестрая. Но глаза тоже красные. Заснимем эту прелесть. Но птицы тут же снимаются с места — как только мы наводим на них камеру.

Это происходит всегда. Птицы относятся к нашей камере, как к оружию. Только прицелишься, чтобы снять их — как они улетают. Причем, все — даже те птицы, что не обращают на нас особого внимания. Только цапли терпят. Да и то, лишь издалека. Чуть приблизишься, как они улетают. Отдалятся на небольшое расстояние и снова присаживаются. Так и охотимся — без угроз живой жизни и без трофеев. Это наш выбор.

Собственно, выбор этот не особенно велик. Снимать птиц — это тебе не охотится на них по-настоящему. Не нужно подыскивать способа сохранить тушку. Не нужно разделывать добычу. Много чего не нужно. Но главное не в этом. Главное — мы живем вместе с ними. Мы не охотники вовсе. Мы — сожители, соседи по освоенной нише. Мы живем здесь, а птицы — здесь. И наши миры не пересекаются.

Они не пересекаются ни на йоту. Мир пищевой и мир обитания — мир жизни. И мы уважаем их мир. А они уважают наш. И мы живем, не особенно вникая в их жизнь. А они — не вникают в нашу. У них своя жизнь. И нам надо к этому привыкнуть. Не всегда получается. Бывает и так, что из-за каких-то незначительных на наш взгляд причин этот мир, в буквальном смысле, умирает.

Вот пример. Новый год. Шумный ночной праздник. В небо выстреливаются сотни и сотни фейерверков. Город шумит. Город отмечает свой главный праздник… А утром оказалось, что птицы не пережили ночных гуляний. Большая их часть снялась и улетела. Меньшая часть попросту… притаилась. Назовем это так, чтобы не говорить о худшем варианте. Пусть — притаилась. Мир птиц явно изменился.

Это лишь одна часть нашего взаимодействия. А этих частей великое множество. Преимуществом жизни с птицами считается особое к ним отношение. Мол, местные жители почитают птиц, относятся к ним доброжелательно. Но на деле не так. Мелких желтых птиц (амадины?) местные используют в качестве пленников. Их отлавливают в больших количествах и продают другим, чтобы те, в свою очередь, их отпустили. При этом говорится — «сохраняйте карму, отпускайте птиц». А что творится с кармой тех, кто их отлавливает, не поясняется.

Мы продолжаем прогулку. Парковая прохлада постепенно улетучивается. Наступает зной. Жесткий, неумолимый, сильный. И птицы потихоньку успокаиваются. Днём птиц мало — они прячутся от жары. И тоже ждут дождя. А дождя все нет.

Птицы прячутся от зноя. Спят? Да, возможно. Или просто не поют. Ищут еду, охаживают свои заросли, прячутся от хищников… Кстати, хищных птиц здесь мало. Меньше, чем можно подумать. Одна птица на тысячи и тысячи обычных птиц. Мне даже удивительно — как они уживаются? Одни прячутся, другие за ними, первыми, охотятся. И живут при этом вместе. Оказалось, всё очень просто. Как только появляется в стае заболевшая птица, так появляется и охотник. Но с другой стороны, голубь с подраненными крыльями, за которым мы наблюдаем, живет здесь уже полтора года. Ему помогают люди — подкармливают, ухаживают. И голубь потихоньку летает, борется со своим недугом. Крылья у него срослись, но неправильно. И он от этого мучается… Но — живет.

Пора нам уходить. Снятого вполне хватит на небольшой видеоролик. Мы прячем камеру. И в этот момент происходит то, ради чего не стоило её прятать. Взлетает «синяя птица» — сизоворонка. Она торжественно расправляет свои удивительные крылья. И мир блекнет… Доставать камеру бесполезно. Мы просто смотрим на неё. Просто — смотрим.

Парк и лес

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 23-01-2014

Метки: , , , , ,

У парка есть одно несущественное преимущество. Он обладает четкой, продуманной планировкой пространства. То есть маршрут для прогулки по нему можно легко спланировать. И больше никаких преимуществ, вроде, и нет.

Парковая дорожка – хороший, удобный прогулочный путь. Хоть каждый день по ней гуляй. По лесной же тропинке ходить совсем другое дело… Хотя, если честно, одно и то же. Только парковая дорога более предсказуема. И хоть мы не рекорды собираемся на ней ставить, все-таки одно важное преимущество для нас на лицо.

Давайте разберемся — чем же парковый променад лучше лесной тропинки? Вот рядом с моим домом расположен дикий лесной массив. И в нём есть одна тропа, другая. Десятки троп. И даже сотня — если главным критерием ставить количество прогулочных дорог. А в парке – всего одна главная дорожка. Та, по которой гуляют все или большинство. Ну, или две — вперёд и назад. Туда и обратно.

На парковой дороге, как правило, есть организованный сервис — служба обеспечения прогулок. Если в плохую погоду дорожку заливает, то в парк выйдет работник, усилиями которого наводнение будет предотвращёно. Ну, либо он частично устранит его последствия. Либо не устранит, но будет делать вид. А нам от его усилий станет только хуже. В лесу же никаких условностей нет. Если льёт, как из ведра — значит, льёт. Лесная тропа – дело нам неподвластное,  непредсказуемое. Ежели заливает, значит — заливает. Есть желание — дождись смены погоды, и будет тебе счастье.

Что ещё? По парковой дорожке можно гулять в приличной обуви. По лесной тропинке в такой обуви пойдешь исключительно в хорошую погоду. То есть парковую дорожку можно «месить» в обуви от «Гуччи». А лесную тропу — лишь в торжественные моменты. То есть тогда, когда «Гуччи» становятся старыми и их можно свободно калечить, гуляя по лесу. Правда, «Гуччи» у меня нет. Поэтому говорить, в общем-то, не о чем… Больше, хоть убей, разницы не вижу. И в дождь, и в сушь, и в хорошую погоду, и в плохую — все едино. Что по парку, что по лесу. Прогулка она везде — прогулка.

Но в то же время я различаю — лес и парк. И вы различаете. И все различают. И гуляя по парку и по лесу, видят эти различия. Главное, что прогулка по парку хороша в своё время, а по лесу — в своё. Они не антиподы. Они — одинаковы по сути.

Размышляя над этими простыми несуразицами, я прогуливаюсь по лесу. И прихожу к выводу, что разницы, действительно, нет. Или — почти нет, когда погода хорошая, а под ногами сухо. А когда под ногами мокро — плохо в обоих случаях. Я в том смысле, что когда на душе не все хорошо и сам с собой не в ладу, любая прогулка не получится особенно удачной. Это тоже понятная аксиома, не требующая доказательств.

Сегодня у меня прогулка по лесу. И вчера была по лесу. И завтра будет по лесу. А в выходной день, я выбираюсь в парк. Два дня в неделю — в субботу и в воскресенье. Сначала по одному парку, потом — по другому. В субботу по парку большому и дремучему, почти лесопарку, а в воскресенье — по маленькому и современному. Но все равно — это парки. С моим лесом никакого сравнения.

По лесу прогулка получается витиеватой, избыточной и не всегда предсказуемой. Вчера, помнится, я вышел к опушке и задержался у ельника. А завтра, возможно, выйду к другой опушке. Сегодня же… не знаю, куда выйду. Каждый день — новый путь. Куда кривая заведёт.

А по парку? Пойду в одну сторону — выйду ко входу. Пойду в другую сторону — тоже выйду ко входу. Это единственный возможный и совершенно одинаковый путь. Но, если задуматься, и по лесу, как ни иду, все выхожу к домашнему теплу. В любую сторону, как ни крути, всегда выходишь к тому, к чему хочешь. Дорога она везде — дорога.

Что у нас на очереди? Ах, да, размышления… Когда гуляю, размышляю над тем, над чем другие не размышляют. Хотя, откуда я знаю, над чем они, другие, размышляют во время прогулок по лесу (и, тем более, по парку)? Может, тоже думают о домашнем уюте (а я думаю сейчас именно о нём). Или о чём-то другом. Короче, не разберешься.

Но есть в этих размышлениях одна особенность. Эти «прогулочные» размышления всегда относятся к тому, о чем не думаешь, когда находишься в других ситуация. В том смысле, что в лесу я размышляю о том, о чем не размышляю больше никогда и нигде. И в парке также. Просто только в лесу такие мысли в голову и приходят.

Размышления эти всегда кажутся пустяковыми и никчемными. У меня в последнее время все размышления никчемные — судя по собственным ощущениям. Надо бы размышлять о чем-то значительном, а я все думаю о всякой чепухе. О чем только ни думаю, а все получается о разной ерунде. Вот такая, понимаешь ли…

И что у нас на часах? Ага, ещё пятнадцать минут осталось. Тогда пройдемся по медицине. С медицинской точки зрения эти прогулки — божья благодать. В смысле, очень хорошо, что я гуляю каждый день, не обращая внимания на собственные недуги. И даже не недуги — так, пустяки. Но все же надо признать, что часть здоровья к пятидесяти годам (мне уже не пятьдесят, а — пятьдесят три) растрачена. И о недугах можно говорить, не особенно уворачиваясь. Особых недугов, кстати, и нет. Так, ерунда, легкий диабет (не инсулинозависимый, и ладно). Ну, и ещё с десяток заболеваний, о которых и говорить не хочется.

Но я не унываю. Нет, что вы! Наоборот, радуюсь, что… пока не помер? Нет, нет, что вы! Не помер — это ещё не диагноз. Главное, что могу говорить и двигаться. И могу что-то задержать в голове, чтобы потом этим чем-то поделиться.

Сколько еще осталось времени? Ещё чуть-чуть. Ещё немного. Поговорим о самих прогулках.  Ведь сами прогулки — это путь от и до. От усталости к усталости. От отдыха к отдыху. От наблюдения к наблюдению. Как сама жизнь. Вроде бы и надо всего пройти полчаса. И на часах остается пять минут. И через пять минут все завершится.

Очень хорошая идея — гулять по лесу, равно как и по парку, в размеренном режиме, словно и не напрягает тебя ничего, словно ты живёшь по часам, как современный и независимый человек. Собственно, пришла эта идея в голову моей жене. И мне, конечно, тоже — после неё. Я сразу понял, что прогулки эти мне не повредят. И даже, наоборот, будут мне помогать — если я не стану особо настаивать на размышлениях, не буду обуславливать себя избыточными планами… О, время вышло!

Все, привет. Занимаюсь другими делами. И все эти заботы о прогулках — к черту. О них могу сказать следующее. У парка есть одно несущественное преимущество. Он обладает четкой планировкой. Об остальном поговорим в следующий раз.

Зелёное прибежище

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 23-07-2013

Метки: , , , ,

Почему мы так любим городские парки? Что влечёт нас в эти скромные подобия диких лесов? Что заставляет едва ли не каждую субботу выходить на парковую дорожку? Может, забытый зов природы? Волнующее дыхание деревьев, среди которых взрастала цивилизация? Или стремление к недостижимой небесной гармонии? Вспомните — если райский, то непременно сад. Никто же не скажет — «райский городской квартал»…

Город, в котором нет парка, мне не особенно интересен. Он недостаточно живой. В этом городе нет места, в котором я мог бы беспечно закрыть глаза и вздохнуть полной грудью.

Представьте себе деревню без лесной опушки, реки, мычащих коров, пасущихся в долине. Точно так же трудно представить современный город, напрочь лишённый парковых зон. Хотя, такие города существуют. Обычно это совсем небольшие поселения, окружённые лесами. Парки здесь не нужны, поскольку есть настоящий лес. Другое дело, что лес этот может быть неухоженным и замусоренным. Но у нас и парки, случается, находятся в таком же состоянии. Так что все нормально.

Парковая скамеечка — последняя точка, с которой я рассматриваю незнакомый город. Последняя в том смысле, что в парке я понимаю — стал ли этот город моим. В парке я присматриваюсь к людям. Здесь они погружены в себя, в свои мысли. У них нет надобности под кого-то подстраиваться. В парке люди чувствуют себя свободно и естественно.

В парках я наблюдаю не только за людьми, но и за их животными. Сторонящийся прохожих голодающий пёс может рассказать о городской жизни больше, чем кто бы то ни было. Животные не должны голодать. Никто не должен голодать. Но у человека есть возможность хотя бы попросить кусок хлеба. А у собаки?

Городской парк хорошее место для наблюдений за жизнью. И — для размышлений. Только здесь и, наверное, на берегу реки я могу полностью отбросить всё, что не даёт мне покоя. И подумать о главном. Например, о том, как проходит жизнь. Что я сделал в ней не так. И что должен сделать, чтобы попытаться исправить допущенные ошибки.

Городской парк ещё и хорошее место для умственной работы. На парковой скамеечке мне удалось написать несколько нестыдных вещиц, которые позже стали книжками. Там же, на скамеечке, я впервые прочитал книги любимых писателей. В 1989, кажется, году в мои руки попал толстый журнал с первой советской публикацией рассказов Довлатова. Это был журнал «Октябрь». Я прочитал первые абзацы «Чемодана». Закрыл журнал. И отправился искать парк. Мне казалось, что в прозу такого уровня нужно вчитываться в тени старого дерева.

Я отыскал такое дерево. Это была старая липа, нависшая над хромоногой скамейкой. Парк не парк, лес не лес. Но это место в ту пору служило мне именно парком. Вечерами здесь разгуливали люди. У большого пруда, в котором водилась рыба, играли дети. Липа рассеянно теряла жёлтые ароматные соцветия. В воздухе тонко пахло мёдом.

А я читал Довлатова. И понимал, что это лучшее из того, что мне доводилось читать. После, разумеется, Чехова.

Здесь же, на этой скамеечке, я впервые прочитал повесть Патрика Зюскинда «Парфюмер». Возможно, самое страшное произведение о смерти и любви. Оторваться от повести я не мог. Хотя, книжка меня совсем не радовала.

Совсем в другое время, в середине восьмидесятых, в парке огромного южного города я сидел на похожей скамеечке, лихорадочно вчитываясь в «Лолиту» Набокова. Эту книгу мне «дали почитать» на три дня. Она была издана во Франции и привезена в СССР в качестве подарка. За полгода книга превратилась в растрёпанный томик с завивающимися по краям страницами. Обложка отсутствовала — была оторвана в целях конспирации. Тогда «Лолита» считалась непристойным романом. Но ничего такого в нём, конечно, не было.

Странным образом эти личные открытия оказались связаны с парками. Точнее так — они оказались связаны с лучшими парками, какие я только знал в жизни.

Половина этих парков находится в городах, в которых я уже, возможно, не побываю. Геленджик, Одесса, Киев. Когда ещё доведётся сюда приехать? И — доведётся ли вообще? Вопросы, конечно, риторические. Захочешь — приедешь. Это всё-таки не Луна. И не далёкая заграница. Другое дело, что вряд ли захочешь. Те парки, которые я любил, остались в прошлом. В стремительно пролетевшей молодости с её несбыточными надеждами и наивными устремлениями. В парк вернуться можно. В молодость свою — увы.

Парки, оставшиеся в недавнем прошлом, это столичные Кузьминки и парк имени 850-летия Москвы (Марьинский). Недалеко от Марьинского располагается ещё один красивый парк — Дюссельдорфский. Этот совсем ещё новый (открыт в 2006 году), потрясающе красивый парк. Но — так и не ставший моим. Почему? Не знаю. Кузьминский лесопарк тоже не совсем мой. Я далеко от него жил. И приходил в Кузьминки не так уж и часто. А вот Марьинский — то есть 850-летия Москвы — другое дело. Дорожка этого парка, вместе с небольшим участком реки Москвы, была видна из окна квартиры, в которой был мой дом. Сюда, на берег реки, я приходил по выходным. Подолгу гулял. Выбирал пустующую скамеечку и присаживался с компьютером. Я даже пробовал здесь работать. И у меня иногда получалось.

Я рассказываю о любимых местах, чтобы вы вспомнили о своих парках. О тех, что расположены около вашего дома. Прогулка по парку — хороший способ выбраться на природу. Рыбалка, поход за грибами, шашлычная вылазка — всё это бывает раз или два в году. А прогуляться по парку можно в любой день. Даже в рабочий — если хочется успокоиться, привести в порядок мысли и просто подышать свежим воздухом.

Городские парки — это та деталь нашей жизни, которая усиливает её вкус. Одна умная женщина однажды сказала: «Сейчас ты понимаешь, что ради этого можно не только работать, но и жить?» Дело было в одной из первых поездок за границу. Я стоял у невероятно древних исторических руин. Именно об этих древностях моя приятельница и говорила. Я могу воспользоваться её словами в ином контексте. Ради этих субботних прогулок, ради утренней прохлады, ради этого пронзительно свежего воздуха жить и стоит. От воскресенья до понедельника. От выходного до выходного. День за днём. И — час за часом.

В этих прогулках по искусственному лесу есть очень трезвый посыл. Не отрывайся от своих корней. И не забывай о них. Не каменные джунгли наша родина, а — просто джунгли. То есть для средней полосы — обычный лиственный лес. Для северных территорий — хвойные леса. Парки — их метафора, их имитация. И эта имитация спасает наши души.

В городе легко озлобиться, замкнуться в своих проблемах, уйти в себя. В лесу, наоборот, хочется вслушиваться, всматриваться, впитывать впечатления. От города мы защищаемся. В лесу — раскрываемся.

Парк — наш городской лес. И — наше спасение.

Точка кипения

Рубрика: (Путешествия, Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 27-05-2013

Метки: , , ,

Мы в большинстве своём люди северные, поэтому летний зной переносим не очень хорошо. И в поездках в тропические страны главной трудностью для нас можно считать жару. Но к морю-то съездить хочется. И погреться под щедрым субэкваториальным солнышком. Как быть?

В силу сложившихся обстоятельств мне часто приходится бывать в тропиках. Зимы в этой части Юго-Восточной Азии, практически, не бывает. Вместо неё есть три сезона, которые не имеют чёткого разграничения. Это прохладный сезон, который длится с ноября по март, жаркий — с апреля по июль, и сезон дождей — с августа по октябрь. Но что значит — прохладный сезон на берегах Индийского океана? Да, более 34 градусов по Цельсию температура обычно не зашкаливает. Но и ниже 26 (ночами) не опускается. В остальные сезоны всё примерно то же самое — за исключением того, что в мае температура воздуха поднимается до 39-40 градусов. И это при дождях — жаркий сезон здесь называют ещё малым сезоном дождей.

Короче, привыкнуть к субэкваториальному муссонному климату нашему человеку, выросшему в средней полосе России, довольно непросто. И, тем не менее, в здешних местах много не только туристов из России, но и наших соотечественников, живущих в тропиках годами. Здешний климат может показаться не только тяжёлым для комфортной жизни. Он может показаться райским, едва ли ни идеальным — при определённом старании к нему приспособиться, конечно.

Приспособиться к зною следует и туристу, приехавшему к тёплому морю на две отпускные недели. В противном случае отдых может превратиться в безвылазное пребывание в кондиционированном номере отеля. А экскурсии могут продлиться не далее бара с охлаждёнными напитками. Не самая обнадёживающая перспектива, верно?

Отпускнику и зависшему в чужой стране экспату стоит запомнить несколько простых правил, которые помогут ему выжить в этом райском приморском месте.

Правило первое — без шляпы никуда. Это даже не правило. Это требование. Тепловой удар лишь на первый взгляд штука несерьёзная. Последствия этого испытания могут быть очень тяжёлыми — вплоть до инсульта, сердечного приступа и так далее.

Шляпа может быть простецкой полотняной панамой, широкополым сомбреро, азиатской соломенной шляпой. Фасон не имеет значения. Главное — тулья и поля. И то, и другое могут быть из редкой соломенной или капроновой сетки, из проницаемой для воздуха ткани, из любого материала, даже из натуральной кожи. Но чем легче шляпа, тем комфортней ощущения.

Я люблю соломенные шляпы (в них я похож на сельского агронома или на пасечника). Но обычно выбираю хлопковые бейсболки. Почему? Из-за большого козырька, который бережёт лицо от прямых солнечных лучей. И из-за способности ткани впитывать питьевую воду, которую я выливаю на шляпу. В самые жаркие периоды дня я ношу на голове влажную бейсболку. Благодаря испаряющейся с её поверхности влаге, я чувствую охлаждающий эффект.

Правило второе — носить с собой бутылку охлаждённой воды. Бутылка пусть будет пластиковая, вода — прохладная, холодная или ледяная, но всегда пресная и не газированная. То есть нужна самая что ни на есть обычная вода, которая продаётся в любых продовольственных магазинах и лавках.

Почему не годится сладкая вода, например, «Кола»? Вода нам нужна не только и не столько для питья. Как умыться сладкой водичкой? И как смочить ею свою футболку и панаму? Что касается газированных напитков, то я ничего против них не имею. Более того, сам частенько выбираю газированную пресную воду (именуемую по каким-то причинам «минералкой», что, конечно, неверно). Но углекислота — газ, что содержится в такой воде — это всё же кислота. И газированная вода в первый момент кажется нам кислой, резкой и даже неприятной. Зачем нам эти испытания кислотой? И потом — нам надо быстро отрегулировать содержание воды в нашем организме, насытить ткани влагой. Газ этому препятствует. Это, вообще, своеобразная вкусовая добавка — бесполезная и даже антифизиологичная.

Пить в жару надо много — столько, сколько хочется. Неприятный эффект заключается в повышенной потливости. Бороться с нею можно лишь тремя проверенными способами. То есть — прохладный душ, запасная футболка и дезодорант. Первое — самое эффективное, второе — необходимое, третье — спасительный самообман. Кстати, шариковые дезодоранты в условиях зноя эффективней, чем аэрозольные спреи или твердые дезодоранты. Да, и пользоваться шариковыми дезодорантами в миниатюрных бутылочках удобней, чем аэрозолями.

Правило третье — без одежды под солнцем жить сложней, чем в одежде. То есть не стоит раздеваться под тропическим солнышком, полагая, что так «будет легче». Дело в том, что солнечные лучи способны нанести нашей коже тяжёлые ожоги. Поэтому плечи должны быть прикрыты сорочкой  или футболкой. Или парео — если речь о женщине. Впрочем, парео нужно ещё научиться пользоваться. Это не юбка и не легкий сарафанчик. Это лишь кусок лёгкой ткани, который надо уметь повязать вокруг своего тела, чтобы защититься от солнца.

Вместо спасительных покровов из ткани можно пользоваться солнцезащитным кремом. Собственно, даже нужно им пользоваться — если, опять же, знать, как это правильно делать. Крем нужно выбирать по индексу защиты от солнечного излучения (чем цифра больше, тем защита сильней). Следует помнить и о том, что крем впитывается в кожу и смывается водой (и, добавим, потом). Мало нанести крем утром, перед выходом из отеля. Часа через два-три процедуру необходимо повторить. И так — несколько раз до захода солнца.

Правило четвертое — маршруты дневных прогулок и экскурсий нужно продумывать так, чтобы была возможность отдохнуть от зноя. В наше время сделать это очень просто. Вокруг отелей полно магазинов с кондиционированными торговыми залами. Кондиционированы холлы самих отелей. Залы музеев и культурных центров. Моллов и крупных торговых павильонов. Кондиционированы, наконец, автомобили такси, салоны автобусов (пусть и не всех) и вагоны метро. Стало тяжко от жары? Берите такси — чтобы немного покататься по городу и, «снизив градус», отдохнуть от зноя.

Ещё несколько советов. Не увлекайтесь кондиционерами. На улице плюс 32 градуса по Цельсию — не выставляйте на кондиционере своего номера низкую температуру. 18 градусов будет слишком холодно. И 20. И даже 22 градуса. Резкий перепад температур — прямой путь к простудным заболеваниям. А простудиться в тропиках очень легко.

Если в номере есть не только кондиционер, но и вентилятор, почаще включайте именно этот прибор. Он ничего не охлаждает — лишь создаёт иллюзию прохлады. Но нам именно это и нужно. Пусть вентилятор помогает испарять проступающую на нашей коже влагу — запас её мы будем пополнять постоянно питьём. О местном переохлаждении беспокоиться не стоит — вентилятор не вызовет приступов ревматизма хотя бы по той причине, что нагнетаемая им струя воздуха имеет ту же температуру, что и остальной воздух помещения. Но, разумеется, все хорошо в меру. Слишком интенсивная и направленная воздушная струя может привести к локальному переохлаждению тела. Пусть вентилятор «мотает головой» — создаёт рассеянный ток воздуха. Этот механизм придуман не напрасно.

И самое главное — не бойтесь зноя. Ничего не бойтесь. Мы легче переносим жару, чем холод. Сравните плюс 30 и минус 30 градусов. Вот то-то и оно.

Со своим самоваром

Рубрика: (Путешествия) | Автор: moderator | Дата: 24-05-2013

Метки: , , , ,

Близится, близится время отпуска. И у нас появится реальная возможность махнуть рукой на любимую работу, да и устремиться к дальним тропическим берегам — чтобы окунуться в ласковые воды Индийского океана, побродить по улицам красавицы Барселоны или позагорать на египетских пляжах.

Что вы возьмёте с собой в дальнюю поездку? Наверняка, какую-нибудь технику. Электробритву, походный утюжок, электрофен, цифровой фотоаппарат, видеокамеру. Разумеется, смартфон, планшетный компьютер, ноутбук — либо что-то одно, либо всё сразу. И всё это хозяйство требует эпизодического, для подзарядки аккумулятора, или постоянного электропитания. Вопрос — а вилка-то к местной розетке подойдёт? В мире используется достаточно большое количество стандартов электрических штепсельных разъёмов. Как разобраться?

Исчерпывающую статью по этой теме предлагает «Википедия» — по запросу «Список стандартов штепсельных разъёмов и электросетей». Не менее информативны англоязычные материалы, расположенные по адресу — http://www.kropla.com/electric2.htm Найдите в таблице страну, в которую вы планируете поехать. Напротив названия увидите ячейки таблицы с указанием принятого в этой стране сетевого напряжения и частоты тока. А также распространённые типы электрических розеток и, соответственно, вилок.

Проблема лишь в том, что речь идёт чаще о типах, а не о типе. То есть в одной стране могут использоваться разные стандарты. И это иногда становится проблемой. Например, в популярном у российских туристов Таиланде в ходу розетки типа А (с двумя плоскими штырьками) и С (евророзетки с двумя круглыми контактными штырьками без заземления). Розетки А устанавливаются по всей стране, розетки С — в отелях и гестхаусах туристических городов. Но на самом деле в Таиланде в ходу розетки сразу пяти несовместимых (или частично совместимых) между собой стандартов — А, B, С, F, I (без заземляющего контакта).

Проще обстоит дело в Турции и в Египте. В Турции распространены розетки стандартов С и F — как и в России. В Египте в ходу один стандарт — С. Следовательно, в Турцию и Египет можно брать нашу технику без опасения, что вилка прибора не подойдёт к местной розетке.

А что в других странах? С розетками-вилками — понятно, разобраться помогут таблицы, ссылки на которые приведены выше. Но как быть с напряжением и с частотой тока? И где искать переходники, если розетка в отеле окажется непривычного нам стандарта?

Сегодня все страны мира используют электроснабжение двух основных стандартов. Североамериканский стандарт — это сеть переменного тока напряжением 110-120 В и частотой 60 Гц. Европейский стандарт, принятый и в России — сеть переменного тока напряжением 220-240 В и частотой 50 Гц. В некоторых странах используются сети и того, и другого стандарта. При этом есть страны, в которых электрическая сеть не укладывается ни в один из общепринятых стандартов. Например, сеть в Арубе, островном государстве Карибского моря, имеет напряжение 127 В при частоте в 60 Гц, а в колонии Лаго — 115 В при той же частоте. На Окинаве напряжение сети 100 В при частоте переменного тока в 60 Гц (при этом на военных базах Окинавы используется американский стандарт напряжения — 120 В).

Для современной электроаппаратуры с импульсными блоками питания разница в параметрах электросети несущественна. Электробритва, утюг или компьютер будут стабильно работать и от сети напряжением 120 В, и от сети напряжением 220 В. Но старая аппаратура с трансформаторными блоками питания требует либо переключения напряжения на самом блоке, либо использования понижающих или повышающих напряжение автотрансформаторов.

Со стандартами розеток (и вилок к ним) дело обстоит сложней, поскольку разные розетки и вилки обычно несовместимы физически. Для подключения электроприбора с европейской вилкой С к американо-азиатскому штепселю стандарта А обязательно нужен переходник.

Коротко опишу основные стандарты электрических штепселей.

А — американо-азиатский стандарт, распространённый в США и ещё в 38 странах мира. У розетки типа А два гнезда под плоские штырьки вилки без заземляющего контакта. В 1962 году тип А был выведен из употребления, но ещё встречается в домах старой постройки и за пределами Соединённых Штатов. Штепсель типа А популярен в некоторых странах Южной Америки.

В — модификация стандарта А, в которой применены два плоских контакта и один круглый заземляющий. При этом заземляющий контакт длинней, чем плоские. Поэтому при включении вилки в розетку сначала подключается заземление. Этот тип розеток распространён в США, Канаде и Мексике. Он популярен в Южной Америке, в Саудовской Аравии и на Тайване.

С — наш «родной» тип розеток. Два круглых электрических контакта без заземления. Самый распространённый в мире тип розетки. Популярен в Европе (отсюда и наименование — «европейский»), в Южной Америке, в странах Африки и Азии.

D — старый британский стандарт розеток. Три больших круглых контакта, расположенных треугольником. Основная зона распространения — Индия.

Е — французский стандарт, вариант европейского, но с заземляющим контактом, выступающим из верхней части розетки. Эти розетки популярны во Франции, Бельгии, Польше, Чехии и Дании.

F — немецкий стандарт. Два круглых контакта и два заземляющих клипа вверху и внизу розетки. Сегодня тип F активно вытесняет в нашей стране розетки типа C. Вилки старого стандарта подходят к новым розеткам F. Правда, иногда контакт нечеткий — из-за разницы в толщине контактных ножек и гнезд в розетке.

G — английский стандарт, три больших плоских контакта, расположенные треугольником. Особенность розетки этого типа — встроенный в неё предохранитель. При выборе переходника следует обратить внимание на то, что переходник тоже должен оснащаться предохранителем. Розетки этого типа распространены в Ирландии, Малайзии, Сингапуре, на Кипре и Мальте.

Н — уникальный израильский стандарт. До 1989 года вилки этого стандарта имели три плоских контакта, расположенные в виде буквы Y. Затем форма контактов была изменена на круглую.

I — австралийский стандарт. Два плоских контакта, расположенных «домиком», плюс третий заземляющий контакт. Розетки этого стандарта распространены в Австралии, Новой Зеландии, на Фиджи. Заметим, в Австралии не только свой стандарт розеток, но и свой стандарт сети электроснабжения. Переменный ток здесь имеет напряжение 230 В.

J — швейцарский стандарт. Три круглых контакта. Этот стандарт распространён только в Швейцарии. Но «наши» вилки стандарта С (без заземляющего контакта) подходят к этим розеткам без переходников.

К — датский стандарт, вытесненный в 2008 году стандартом Е. И, опять же, «наши» вилки С без труда подключаются к розеткам типа К.

L — итальянский стандарт розеток. Три круглых штырька в ряд. Для подключения вилок других стандартов нужен переходник — кроме вилок С, которые подходят к розеткам L без переходника.

M — стандарт розеток, повторяющий старый британский стандарт D. Распространён только в Южной Африке.

Где искать переходник к электрической розетке непривычного для нас формата? У регистрационной стойки отеля. Обычно служащие отелей без лишних объяснений выдают постояльцам любые переходники. Или — в сувенирных лавках. Электрические переходники — ходовой товар.

К слову — искать экзотические переходники в наших магазинах не самое благодарное занятие. Там, на заморской чужбине, купить нужный переходник гораздо дешевле и проще.

Время гулять

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 25-02-2013

Метки: , , ,

Вы часто гуляете? Находите время в напряжённом рабочем графике? И где прогуливаетесь? И чем это время занимаете? Гуляете в одиночестве или в компании? О чём беседуете, если гуляете вдвоём?

Слишком много вопросов (к тому же несколько глуповатых). Дело в том, что я стараюсь гулять регулярно, каждый божий день. Но получается не особенно. Частенько остаюсь дома, пожертвовав прогулкой в пользу работы. Недавно задумался — правильно ли поступаю. По каким-то причинам фигура моя вдруг стала непропорциональной. В одном месте выросло, в другом уменьшилось. А должно быть наоборот. Уж не в прогулках ли дело?

Гулять надо обязательно. Успокоение взвинченных нервов, свежий воздух, работа ослабшим ногам и всё такое. Правда, я человек курящий, поэтому со свежим воздухом возникает некоторое, скажем так, несоответствие. Ну, а польза движения очевидна, и какие-либо доказательства здесь ни к чему.

Специалисты в области медицины настоятельно советуют регулярно заниматься спортом. Не специалисты (вроде меня) убеждены, что неспешная ходьба — тоже спорт. Не особенно утомительный, но более приятный, чем бег трусцой через толпу прохожих.

Получив столько доводов «за», я удивляюсь — почему же не гуляю каждый день, да ещё часа по три-четыре? Почему остаюсь дома, уваливаясь на диван с книжкой в руках? По какой причине приравниваю к оздоровительной прогулке спорадические выходы на холодный балкон с сигареткой во рту? Что со мною случилось? Откуда эта лень?

Думаю, подобные проблемы достают многих из нас. Нет, конечно, на работу мы ходим. И тот же самый путь проделываем и домой. Но разве это прогулка? Это, скорее, марш-бросок. Суетливое перемещение из пункта «а» в пункт «б».

Настоящая прогулка — это выходные. Когда никуда не нужно спешить. Когда есть время пройтись по заснеженной парковой дорожке. Когда возникает смутное желание посмотреть на замёрзший парковый пруд. Понаблюдать за мальчишками, катающимися с ледяной горки. И так далее.

Вот в этот момент, в завершение выходного дня, и надо гулять. И по утрам, конечно, когда воздух особенно свеж, а небо окрашено розовыми всполохами восходящего солнца.

Прогулка, действительно, самый доступный способ оздоровления. Она полезна всем — даже безнадёжным аллергикам и людям особо тучным. Шаг за шагом, и постепенно отступают все болезни. Даже те, которые кажутся непобедимыми. И цветущая календула уже не вызывает жжения в глазах. И вес потихоньку приходит в норму.

А ещё прогулка — лучшее время для размышлений. Я свою лень обманываю именно таким образом — говорю себе, что надо пройтись и подумать. Прогулка превращается в необременительный вид работы. А супротив работы не попрёшь. Надо — значит, надо. Хочешь или нет.

Есть несколько действенных способов превратить вечернюю прогулку в занятие обязательное. Первый, наиболее очевидный — проявить волю. Есть же у нас воля? И сила есть. Следовательно, где-то должна обнаружиться и сила воли.

Запишем прогулку в рабочий план дня. Не выходного — там этот пункт должен быть в любом случае. Но гулять нужно ежедневно, даже в самые загруженные трудами дни. Так вот — запишем прогулку в план дня, выделим для неё не менее двух часов (меньше бесполезно). И укажем в плане тему для размышлений. Очень приблизительно. Например — «подумать о смысле жизни». Или — «вообразить себя Бредом Питом». Или — «задуматься о том, чем велосипед, о котором я не мечтаю вовсе, лучше «Лексуса», который мне никогда не купить, обмечтайся я о нём хоть в доску». Эти смешные планы призваны пробудить нашу дремлющую совесть. Надо, надо гулять. А ты — сидишь за письменным столом, словно престарелый овощ.

Ещё один эффективный способ — прогулка вдвоём. Так уж сложилось, что мы с супругой никогда не расстаёмся. Вместе ходим по магазинам. Вместе работаем. Вместе прогуливаемся. Если я откажусь от прогулки, откажется и она. А как я могу отказаться — ей же надо гулять? Ход мыслей Юли точно такой же. Ей тоже, бывает, не хочется гулять. Но если не пойдёт на улицу она, не пойду и я. В результате невинная лень оборачивается преступлением против человечности. Гулять-то, повторяю, надо. А мы — препятствуем друг другу, хотя, на самом деле, стремимся способствовать.

Очень хороший способ заставить себя гулять — обзавестись собакой. Любимое животное (а собака не может быть нелюбимой, если я сам — человек) остро нуждается в регулярных прогулках. Причем, дважды в день — утром и вечером. Значит, в прогулках нуждаемся и мы, владельцы своих собак. Мы выгуливаем собаку — она выгуливает нас. Проигравших в этом соревновании обоюдной дрессуры не бывает.

Помимо этих простых способов заставить себя гулять есть и другие, не столь очевидные. Мой отец, которого нет в живых уже двадцать лет, выходил из дома каждый вечер, чтобы «проверить огород». Огородом он называл ближайший лесок, в котором по осени собирал грибы. Как только сходил снег, на этой полянке пробивались первые зелёные росточки. Потом — цветы. Потом — лесные ягоды. Осенью — грибы. Зимой там не было ничего, кроме сугробов снега. Но отец ходил на свой «огород» и зимой. Думаю, он представлял себе, как под снегом зимуют черника и морошка.

Было у него и другое любимое направление — прогулки к гаражу. Дело в том, что у отца был автомобиль, на котором он почти не ездил. Машина стояла в гараже, занимая секцию гаражного комплекса. И отец трижды в неделю посещал гараж — чтобы очистить подъезд к воротам от снега. Или чтобы пообщаться с соседями по гаражу. Или чтобы отремонтировать автомобиль, в котором ничего и никогда не ломалось, поскольку машина стояла в бездействии на колодках. То есть дело находилось всегда. И отец не только прогуливался к гаражу, преодолевая такое же расстояние, как и к своему «огороду», но ещё и помахивал снежной лопатой, брал в руки метлу или находил время выпить с приятелями «по маленькой» — как он говорил, «с устатку».

Женщины устроены иначе. Моя мама и её подруги прогуливались по другим основаниям. Они посещали магазины. Заходили в промтоварный, затем — в продуктовый. Подолгу беседовали со знакомыми, обсуждая увиденные товары и цены на них. Иногда возвращались по прогулочному маршруту, чтобы ещё раз взглянуть на товар. Иногда покупали то, что понравилось. И по дороге домой размышляли о том, стоило ли так тратиться.

Причин для прогулки можно отыскать миллион. В любом случае это будет самообман, иллюзия истинной причины. А истина заключается в том, что мы — дети природы. И легкий вечерний воздух, синее небо над головой, закатное солнышко нам  жизненно необходимы. И совершенно необходима физическая усталость — в довесок к усталости умственной.

Жизнь такая удивительная штука… Пойдём, погуляем?

Хочу в отпуск !

Рубрика: (Путешествия, Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 21-06-2012

Метки: ,

Время-то какое… Хочется махнуть на всё рукой и отправиться в дальние края. Куда-нибудь к теплому морю. Или в светлые леса. Или в неимоверно экзотическую страну. И чтобы призывно шумел волной океанский прилив. Или — пели птицы, прячась в дремучих кронах деревьев. Или — танцевали под грохот бубнов неимоверно красивые темнокожие прелестницы из племени охотников за головами.

Надеюсь, ваше руководство понимает, как важно вовремя отпустить ценного работника на пару недель на отдых. Причем, именно летом, поскольку ложка хороша к обеду. Впрочем, кто-то любит осенние отпуска. Кто-то — весенние. А кто-то и вовсе — зимние. Я таких людей считаю чудаками (в хорошем смысле). И немного им завидую. Сам я всегда стремился к летним путешествиям. И даже пару раз в жизни добивался права на отпуск в разгар лета. Но чаще — трудился без отпусков, круглый год, как будто помимо работы в жизни ничего больше нет.

А в жизни очень, очень много интересного! Давайте помечтаем об отпуске. Прикинем, куда бы рвануть на две отпускные недели. Или даже на три (кому как везет с отпуском).

Первое, наиболее актуальное — дача в деревне. Картошка, огурцы, подмерзшая зимой вишня. Все это надо сажать, окучивать, пропалывать и убирать. Все это требует времени и сил.

С познавательной точки зрения дачный отпуск дает не особенно много. Одно и то же каждый год — огород, так называемый сад, постройка бани (процесс бесконечный, но и не слишком трудоемкий). Зато — возвращение к корням, к матушке Природе. И дивное ощущение хозяина — на своей земле, у своего дома.

А если своего дома нет? В наше время снять дом в пригороде или в деревне совсем несложно. Этот вид отдыха — выезд на съемную дачу — не слишком популярен. И совершенно напрасно. Это хороший способ пожить у опушки леса или рядом с речкой. Когда-то, лет сто назад, выезд на съемную дачу был очень распространен. Главная трудность в те времена — довезти домашний скарб из городской квартиры до деревни. В наше время главная проблема в другом — в стоимости аренды деревенского дома. В ближнем Подмосковье она не намного меньше аренды московской квартиры. Но в провинции — сильно дешевле.

Преимуществ у дачного отдыха масса. Во-первых, выехать на природу можно не только на две недели, но и на все лето. Если деревенская дача находится в полусотне километров от города, а вы человек не безлошадный, то жить в деревне можно и в обычном рабочем режиме — каждое утро добираясь до офиса на своем автомобиле.

Второй плюс — не обязательно перевозить на дачу весь скарб. Если дача съемная, а до города недалеко, то с собой можно взять лишь самое необходимое. Все равно без заездов в городскую квартиру не обойтись.

Главное достоинство дачного отпуска — мы не подвергаем себя испытанию акклиматизацией. Тропики в этом смысле намного опасней. Случается же — выезжает человек к Красному морю, а там, на жаре, у него прихватывает сердечко. Спаси и сохрани! На даче такого не бывает. Климат тот же. Но воздух — чище. Плюс вечерние шашлычки. Плюс рыбалка. Плюс довольные дети, впервые в жизни увидевшие созревающую тыкву (которая, оказывается, растет вовсе не на дереве).

А если хочется посмотреть мир? Если хочется побольше узнать о далеких странах и городах?

Одним из неразорительных для семейного бюджета и в то же время одним из самых познавательных видов отпуска можно считать автобусные путешествия. Возможность проехать за десять дней шесть стран, посетить самые известные руины и накупить мешок восхитительных сувениров дорогого стоит.

Автобусные туры — штука замечательная. Но это (на мой взгляд) не отдых. Это — работа. Ну, да — работа по устранению пробелов в собственном образовании и заготовке впрок ярких впечатлений.

Большой комфортабельный автобус хорошо переносится только в течение первых двух часов пути. Потом он кажется не таким уж и комфортабельным. На третьи сутки — совсем не комфортабельным. Через неделю этот неповоротливый сарай уже проклинаешь.

Автобусные туры противопоказаны сердечникам (из-за резкой смены климатических зон), людям, страдающим ревматическими недугами (приходится долгое время сидеть неподвижно — казнь египетская, а не отдых), и просто людям в возрасте. К концу путешествия не можешь отделаться от мысли, что ты за эту добровольную пытку еще и заплатил.

Пляжный отдых… Вот это — по-нашему. Две недели пляжной нирваны у тропического моря, две недели обильного «олл инклюзива» и немудреных туземных развлечений (вроде игры в пляжный волейбол или в шары) удовлетворят, кого угодно… Нет, далеко не кого угодно. Пассивный пляжный отдых тоже бывает утомительным. Да и как-то неразумно проваляться на пляже рядом с великими пирамидами, ни разу их не посетив.

Но кто-то любит именно бездельное валяние под щедрым тропическим солнышком. Море само по себе — мир удивительный, таинственный. И наблюдение за жизнью кораллового рифа на пляжном мелководье не менее интересно, чем монотонное повествование профессионального гида (который почему-то уверен, что отлично говорит по-русски).

Каждому свое. Во всяком случае, пляж хорошо совмещается с посещением местных достопримечательностей. И в Турции. И в Египте (если позволяет политическая обстановка, конечно). И в любой другой стране, кроме, пожалуй, микроскопических островных государств, вроде Мальдив, в которых достопримечательностей кот наплакал. Но у Мальдив другие прелести.

А что такое — «идеальный» отпуск? Могу предъявить собственное видение (опираясь исключительно на личный опыт и свои представления об отпускном отдыхе).

На мой взгляд, ездить в далекие края не просто можно, но — необходимо. Каждому, кто еще не утратил такой человеческой черты, как любопытство.

Можно приобрести путевку, но совсем не обязательно неотступно следовать за гидами, скупая все экскурсии подряд. Перед отпуском наберите путеводителей, прочитайте исторические книжки. И составьте свой план путешествия.

На организованных экскурсиях вы увидите гору Монсеррат и замок Пуболь. Но их видят все, кого привозят в Каталонию. Вы увидите пирамиды и набережную Александрии. Но то же самое наблюдает абсолютное большинство туристов, приезжающих в Египет.

В неорганизованном, автономном порядке вы увидите гораздо больше. Сможете посидеть в самой древней кофейне Каира (ей 700 лет!). Сможете свободно погулять по Жироне — пообедать в местном ресторанчике, прожить одну ночь в местном отеле. Вы сможете послушать беседу пожилого каталонца с юным торреро, выбежавшим покурить со стадиона (уже нет, коррида в Каталонии отошла в прошлое). Или посидеть в зале Александрийской библиотеки. Когда еще доведется?

Для самостоятельного путешествия очень хороши Таиланд, Камбоджа, Вьетнам. Да, вся Юго-Восточная Азия, включая и Поднебесную. Весь мир — если брать шире. Вся планета.

Какой бы вид отпуска вы ни выбрали, проявляйте больше самостоятельности. Смелее — вам ничего не грозит. Границ, по большому счету, не существует. Я проверил это лично. Их нет — есть только штампы в паспорте. А с формальностями разобраться легче, чем кажется.

По-настоящему свободен тот, кто не боится.

 
По всем вопросам, связанным с работой сайта, обращайтесь по адресу: webmaster@elcode.ru