(495) 234-36-61
На главную страницу блога Почта

Блог «Умные мелочи»

Канцелярская семантика

Рубрика: (Человек пишущий) | Автор: moderator | Дата: 30-01-2014

Метки: , , , , ,

В наших офисах полно устаревших слов. Вот, пожалуйста — перо. Или — перочинный нож. Или — пресс-папье. Или — нарукавники. Да, мало ли — любое слово, пришедшее к нам издалека, сегодня кажется устаревшим.

Почему так произошло — в принципе, понятно. Сначала к нам пришли старинные инструменты для письма. Их названия были вполне логичны. Перо оно и было пером. Гусиное, очиненное, кстати, перочинным ножом. Потом пришли стальные перья, которые на перья не были похожи ни разу — только своим предназначеньем. Затем, и стальным перьям места не нашлось. И сегодня в наших офисах работают шариковые пишущие узлы, капиллярные ручки, гелевые. И все равно — перья.

Другое дело — как с этим поступить. Что делать и как правильно называть современные приборы для письма. Интересно же — почему, скажем, пресс-папье уже вовсе не пресс-папье. А нарукавники — не нарукавники. Давайте разбираться. Что-то придумаем. И в этом случае либо назовем свои инструменты иначе, либо… оставим все, как есть. И не будем особо переживать. Перо — оно и в Африке перо.

Так вот, у инструментов для письменной работы есть помимо основного предназначения вспомогательное. Оно не так четко выглядит, но в нём, полагаю, и спрятан ответ. Почему мы называем перо пером? Что в нём такого, что заставляет нас именовать его именно так? Думаю, дело именно во вспомогательном смысле. Перо оно ещё и потому, что мы им не только пишем. Мы им указываем, подправляем, мы им вносим изменения. И если все эти функции мы перепоручаем перу, то и современная его инкарнация тоже должна называться пером.

То же касается и других инструментов. Мы условно именуем перо пером, полагая, что именно им и вносятся в текст изменения. Но если бы предположили — к примеру — что изменения нужно вносить, скажем, лопаткой, то и все инструменты для письма называли бы лопатками. Но так уж сложилось, что перо стало пером. И давний смысл слова сейчас утерян. И функции его далеко не так однозначны, как кажется сегодня. А оно остается пером. И будет пером все то время, что предполагается использовать его для письма.

Назначенье различных инструментов нужно себе прояснить. Его необходимо прояснить — чтобы уточнить их реальный смысл. Пером мы называем ручной инструмент для письма — даже если большую часть времени оно, это наше перо, лежит на столе и бездействует. Оно для нас перо, прежде всего, по смыслу. И потом уже по эстетике и другим параметрам. Действовать в качестве стилуса для письма мы будем именно им. Будем держать его в руке даже в том случае, если ничего не напишем. Оно, наше перо, становится инструментом универсальным. Более того — это самый универсальный инструмент для работы с текстом. Другого такого нет.

У перочинного ножа назначение изменено до такой степени, что его трудно распознать. О каких таких перьевых функциях может идти речь, ежели само перо — давно уже не перо? И чинить этим ножом нечего? Вопрос же? Но перочинный нож живет. И, более того, он совершенствуется. Ножи столетней давности были маленькими, изящными инструментами для… очистки несуществующих перьев. А современные — мощные складные инструменты для десятка работ. Да какое там — для десятка? Для сотни и больше! И далеко не все эти работы можно отнести к письменным. Я даже скажу больше — ни одна из десятков функций перочинного ножа не входит в число работы с листом бумаги и чернилами, с костяшками для счетов и самим счетами. Представить себе применение перочинного ножа в письме можно только весьма и весьма приблизительно.

Пресс-папье — инструмент для удержания на своей поверхности пористого листа бумаги, промокашки. Ничего отстраненного в пресс-папье нет — как кажется на первый взгляд. Но на второй взгляд ситуация оказывается не такой уж и простой. К чему нам промокательная бумага — сейчас? Когда вместо чернил мы применяем густую пасту, которую и промокать не приходится? Прижимать пресс-папье какие-то канцелярские мелочи? Ну, может быть — если мелочей этих скопилось видимо-невидимо. В другом случае что-то прижимать ненужно и даже глупо. Нет у пресс-папье прежнего назначения. Есть только новые — престиж, условность и игра.

Уже довольно давно для пресс-папье придумана дополнительная роль, которая со временем стала основной. Это орудие принятия решений, инструмент для взвешивания обходных маневров, для подбора внутренних рычагов. И ни в коей мере не пресс для промокания рукописей. Вот такая история произошла с простым канцелярским прибором, превратившимся со временем в редкую канцелярскую вещицу.

О нарукавниках речь ещё более запутанная. Их использовали в прошлом — когда приходилось иметь дело со стальными перьями и чернилами. Большие пространства рукописей, много возможностей посадить на одежду кляксы. В результате люди придумали нарукавники — защитные тканевые чехлы, надеваемые на руки перед работой с текстами и цифровыми таблицами. И тексты, и цифровые таблицы остались, но где нарукавники? Их нет. Или так — почти нет. Они прекратили свое существование, оставив лишь смысл. Когда мы говорим — «я умываю руки» — мы имеем в виду маневр, при котором мы не имеем к происходящему никакого отношения. Но нарукавники в этом смысле мы даже не подразумеваем.

Но вместе с тем, нарукавники — их относительное подобие — мы все равно применяем. Это одно из канцелярских выражений, смысл которого остался, а само действие исчезло. Ничего страшного — бывает.

Мы рассмотрели некоторые из старых канцелярских понятий, оставшихся в нашем лексиконе. Если покопаться, можно отыскать и другие. Но дело не в этом — не в применении исчезнувших слов. Дело в самих понятиях. Назвать что-то можно по-разному. Главное — было бы что называть.

Дело оказывается еще и в том, что наша канцелярия так же молода, как молоды и основные профессии, связанные с бумагой. Мы ещё находимся в стадии их формирования. И когда мы сформируем их, эти профессии, то и названия придумаются сами. Взять, к примеру, тексты, над которыми мы сегодня работаем. Допустим, речь пойдет и не о текстах вовсе — о каких-нибудь мультимедийных файлах. И в этом случае мы будем говорить именно о них, не упоминая о перьях.

Все это здорово, но вот вопрос. Когда это случиться? Когда разговор о пере настолько отойдёт в прошлое, что мы перестанем о нём вспоминать — не говоря уже о постоянном применении этого слова? А ведь когда-то это произойдёт. Но не сегодня — когда мы говорим «написано то-то и то-то» — имея в виду письмо на компьютерной клавиатуре. И в этом случае о перьях и речи нет. И если мы и говорим, то исключительно о письме на цифровой клавиатуре, без применения каких бы то ни было перьев.

Делаем одно, говорим — другое. Остается прийти к третьему.

 
По всем вопросам, связанным с работой сайта, обращайтесь по адресу: webmaster@elcode.ru