(495) 234-36-61
На главную страницу блога Почта

Блог «Умные мелочи»

Movist, MPlayerX и VLC

Рубрика: (Компьютер на рабочем столе) | Автор: moderator | Дата: 02-06-2014

Метки: , , , , ,

У Мака, как у любого компьютера, есть свои секреты, в том числе и касающиеся воспроизведения видео. Изначально на Макинтоше были некоторые проблемы с воспроизведением фильмов. Но со временем ситуация переменилась. Как это произошло, что случилось — об этом и пойдёт наш разговор…

Сначала, когда на Макинтоше работала классическая система, всё было хорошо. Технологии развивались, воспроизведение видео в том числе. Посмотреть фильм было таким же обычным делом, что и сегодня. С поправкой на производительность, конечно. И ещё с поправкой на кодеки — их на каждой машине было достаточно много. Короче, дело шло так, как должно было идти.

Но потом возникла многозадачная среда OSX. Она, в отличие от классических систем, несла в названии отличительную десятку. Среди множества главных отличий одно выглядело несомненным преимуществом. Среда была не однозадачной. Без лишних премудростей в ней была реализована поддержка нескольких процессов. Старая система потеряла привлекательность.

И все было хорошо. Кроме воспроизведения видео. Нет, кое-что всё-таки работало с проблемами. Но эти проблемы были несерьёзными. Выходила новая операционная система. И большинство проблем в ней было решено. А часть из них перетекало в новую систему. И видео в том числе.

Так и было — до выхода системы Mac OSX 10.4. Именно там были решены главные проблемы системы — работа с видеофайлами в том числе. Но всё-таки ряд проблем остался нерешённым. Дело в том, что речь идёт о кодировках. Для воспроизведения видео в системе должны работать определённые наборы кодеков. И многие из них оказались для специалистов Apple недоступными. Нужно было платить за эти кодеки. А потом ещё и разбираться с ними.

И вот был выпущен первый независимый плеер. Бесплатный и надёжный. С некоторыми ограничениями, что вполне понятно. Но при этом не ограничивающий пользователя в применении плеера — если речь идёт о воспроизведении обычных видеофайлов. Потом появился ещё один. И ещё.

Сегодня этих плееров огромное количество. Но мы выделим всего три — Movist, MPlayerX и VLC. Именно эти плееры выглядят наиболее востребованными и наиболее пригодными для воспроизведения большинства видеофайлов. Именно эти плееры относительно немного весят и не требуют каких-то телодвижений при закачке. Более того, именно эти плееры и стоят на большинстве Маков — включая, конечно, QuickTime. Но об этом плеере мы ещё успеем поговорить. Пока же поговорим об этих трёх.

Плеер Movist едва ли ни самая новая разработка из всех существующих. В этом плеере реализованы все основные технологии. Он умеет воспроизводить видео в полноэкранном режиме, работает почти со всеми форматами файлов. Но не умеет некоторые из них воспроизводить. И это единственная проблема, возникающая при воспроизведении видео.

Файлы WMV и MKV лучше смотреть на другом плеере. С этими форматами Movist работает, но не так, как с родным AVI. Не воспроизводит, к примеру, всю длину файла, не позволяя прокручивать в свободном режиме видеофайл. Но, повторяю, плеер абсолютно бесплатный. Он должен быть на любой машине. Похоже, что так и есть — плеер обладает беспрецедентной популярностью.

Второй проигрыватель носит более витиеватое название — MPlayerX. Дело здесь в том, что плеер появился достаточно давно. И сначала он жил в классической системе. Потом был адаптирован к новым операционным системам и обзавёлся дополнением к своему названию. Нам эти детали ни к чему. Главное — плеер умеет работать с теми видеофайлами, с которыми не работает Movist.

У MPlayerX реализован своеобычный интерфейс, позволяющий ему работать со своим рабочим окном. Но у этого интерфейса есть и недостатки. Иногда, по невыясненным причинам, плеер уходит в прямой ступор. Он прячет все навигационные кнопки и показывает лишь окно, в котором воспроизводится фильм. Получается странная история. Плеер не тормозит. Он исправно показывает всё, но при этом не даёт изменить хоть что-то. Может, в этом и есть своя правда, но меня эта история и заставляет использовать Movist. Там могут быть свои трудности, но не касающиеся интерфейса. Поэтому MPlayerX я использую лишь в качестве вспомогательного плеера.

С третьим кандидатом на главный видеоплеер история выглядит ещё интересней. Это плеер VLC, работающий со всеми видеофайлами, какие только есть. Если VLC не воспроизводит что-то, то воспроизвести это невозможно ничем, включая и QuickTime.

И все бы хорошо, но главное, что останавливает при попытке использовать этот плеер, это его размер. Он попросту огромен. Хотя при современных скоростях Интернета размер теряет значение. И скачиваем VLC мы лишь изредка — модернизируя программу. А интерфейс, его вид, становится все лучше и лучше. Стоит ли говорить, что VLC тоже абсолютно русифицирован, как и предыдущие два плеера?

Главным достоинством VLC я считаю воспроизведение сетевых потоков. Это очень хорошая функция, которая мне нужна не всегда. Ну, и воспроизведение основных видеофайлов — без ограничений. Со своим установленным в системе уровнем громкости, со своими кодеками. Проблема пока остаётся лишь с размером видеофайла. Я устанавливаю границы воспроизводимого файла. Запускаю воспроизведение. И когда файл переваливает определённую часть, размер восстанавливается. Установить границу воспроизведения для любого файла не получается. Надеюсь, что пока. Впрочем, на новых VLC я с этой проблемой не сталкивался. Возможно, она уже и решена.

Эти три плеера стали основой для воспроизведения файлов любых форматов — даже экзотических. Если возникает что-то совершенно необычное, я стараюсь воспроизвести файл одним из трёх плееров. Сначала в ход идёт простой Movist. Не идёт? Тогда пробую MPlayerX, который обычно справляется с любыми файлами. Ну, а если этого не происходит, в работу вступает VLC, которому по зубам любая видеопродукция. И дело решается — видео воспроизводится, видеофайлы находят свое пристанище.

Но иногда, редко, но всё же случается, я не могу воспроизвести тот или иной файл. Это происходит действительно, крайне редко. Но — происходит. Что делать в этом случае? Выхода напрашивается два. Первый, самый очевидный — использовать QuickTime с коммерческими расширениями. До недавнего времени существовала система, которая позволяла скачивать из Интернета коммерческий проигрыватель. Действует ли эта программа сегодня, я не знаю. Думаю, что… нет.

И второй способ — поискать другой проигрыватель. Это не такой уж наивный метод решения проблемы. Проигрывателей для Мака написано очень много. Хороших среди них, разумеется, меньше. Но один из плееров окажется отличным решением. Во всяком случае, я пошёл именно этим путём.

Обновления без заказа

Рубрика: (Компьютер на рабочем столе) | Автор: moderator | Дата: 27-05-2014

Метки: , , , , ,

Наступает второй вторник месяца. И в систему стучится обновление. Чего обновление? Да, всего. Обновление системы. Обновление офиса. Обновление систем хранения и безопасности. Всё, что установлено в системе, может быть обновлено. И будет обновлено обязательно, поскольку все, что написано человеком, несовершенно.

Это касалось системы Windows. Сейчас эта система забыта. Она ушла из моей жизни, уступив место OSX. На это потребовалось около десяти лет. Но это всё-таки произошло. Альтернатива созрела, укрепилась и заняла своё место под солнцем. А когда пришло время скрестить копья, оказалось, что она намного лучше, чем Windows… Впрочем, это не истина, а так, обычная вкусовщина. Нравится мне OSX. И больше здесь нечего сказать.

Но и в новой системе приходится устанавливать обновления. Причём, примерно такие же, что и в системе Windows. Те же патчи, те же исправления. Разве что сама система не так подвержена атакам со стороны. Поэтому она держится и не падает. И исправления для неё пишутся более точными — поскольку предназначены они для машин, которые с ней работают.

Здесь надо уточнить. Windows предназначена для огромного количества конфигураций. Она способна работать на машинах с экзотическими компонентами. Она может запуститься и на такой технике, и на этакой. А OSX — система, у которой нет альтернатив. Она работает на определённых машинах определённой конфигурации. Набор этих конфигураций настолько мал, что производитель не даёт четкого ориентира. Мол, машина работает на таких и таких комплектующих. Нет, просто — работают такие и такие машины. И всё.

Это обстоятельство делает систему OSX наиболее устойчивой, но и требовательной к технике. О том, что свежая система запустится на старых машинах, обычно не идёт и речи. Она способна работать на технике, соответствующей позапрошлому поколению машин. И не более того. Так что свежая техника — не залог того, что года через три-четыре машина заработает под новой системой. Вовсе нет. Предполагается, что владелец системы вовремя обновит её для использования с новой операционкой.

У Windows в этом отношении всё в порядке. Система работает и на старых машинах, и на новых. Она работает на такой технике, на которой Windows не должна запускаться вовсе. В результате количество техники, охваченной Windows, зашкаливает все разумные пределы. И компьютер, выпущенный бог весть кем, ориентирован, прежде всего, на Windows. Здесь уж ни добавить, ни убавить.

Однако мы говорим о технике рабочей. То есть о той технике, что работает без тормозов и замедлений. Которой не нужны какие-то особенные охладители, ускорители и прочая ерунда. Машина попросту трудится и не представляет каких-то особенных проблем своему владельцу… Но что за обновления она постоянно устанавливает? Откуда они? И что это за беспорядок — с системой и её главными компонентами?

Здесь, увы, срабатывает несколько причин. Систему, действительно, пишет множество людей на определённой технике. И видеть того, чего не видно сразу, они не могут. Сначала выпускается сама система. Потом идут отчеты о неполадках. В основном, на новых или на старых машинах. На тех, что не особенно актуальны для этой системы, и для тех, что остро актуальны. И начинается разбор полётов. Дописываются модули системы. Добавляются сбоившие сектора. Короче, система дописывается и доводится до совершенства. И когда эта доводка завершается, выпускается одно общее обновление. Например, 10.9.1. А потом — 10.9.2. Первый номер касается семейства самой системы. Второй — порядковый номер версии. И третий — номер обновления.

По этой аналогии действуют авторы OSX, которая называется «Мейверик». Она написана достаточно стабильной — без обновлений может работать вполне сносно. Но обновления всё-таки нужны. Они обновляют систему, не дают ей погрязнуть в бесчисленных ошибках. То есть не дают системе накопить ошибки, с которыми позже системе придётся справляться. Хорошее дело, очень хорошее.

Но это хорошее дело оборачивается большими проблемами. Когда после установки системы перестаёт работать то или иное устройство — это проблема или нет? А такое с Mac OSX было. Пусть и нечасто, пусть и крайне редко, но всё-таки подобные ошибки заставляют владельцев машин с осторожностью относиться к обновлениям. Устанавливать их не сразу, а с задержкой, скажем, на месяц. Однако — удобно ли это?

Нет, не удобно. Приходится постоянно реагировать на сводку напоминаний системы. Она говорит — пора обновляться. А мы игнорируем это напоминание. И потом — где гарантия, что обновленные программы будут запускаться под старой системой? Софт-то обновляется постоянно. И на нашей машине постоянно будет появляться напоминание об обновлении. До той поры, пока мы всё-таки не обновимся. И всё пойдёт по очередному витку. Ожидание обновления, само обновление, пауза на установку. И — так далее.

Дело, конечно, в обновлениях «без заказа». Если бы в начале установки системы у нас спросили — как мы хотим содержать операционку, с установкой всех модулей сразу или чуть погодя — многие бы из нас согласились на установку погодя, когда все нелепости системы уже выявлены. Это нужно не для всех машин, а лишь для тех, для которых повышены требования к надёжности. Например, для серверов. Или для машин с ограниченной функциональностью — вроде почтовых серверов. Применение найдётся для любой техники. Но для некоторых видов машин риск обновления слишком велик. Им нужно дать время на испытание обновления.

Впрочем, можно работать и так — если применять серверную версию операционки. Серверные версии трудятся без обновлений годами. И не представляют абсолютно никаких проблем. Но это особый вид операционок. С ними нужно уметь обращаться…

Мы имеем дело с той системой, с которой покупали свой компьютер. Она работает на машине идеально. Но потом наступает время апгрейда. И мы ставим на машину следующую версию. Причем на Макинтоше без возможности возврата на старую систему. И здесь нужно не следовать моде, не устанавливать новую систему, а держаться старой. Это не норма, это всего лишь дружеский совет.

Но удержаться тяжело. И я ставлю новую систему в день её выхода на рынок. И испытываю все трудности перехода — с самых основ до несущественных деталей. И сожалею потом о том, что слишком рано перешёл на новую систему. И не могу ничего сделать.

Я не могу ничего сделать не по той причине, что у меня что-то не работало до апгрейда. Нет, дело не в этом. Я не могу ничего сделать, потому что автоматически перехожу на новую систему — без существенных претензий к системе старой. Дело в том, что на моей машине нет ничего такого, чему могли бы повредить новые модули. Хотя, они написаны вовсе не для того, чтобы что-то повредить.

Что такое ноутбук?

Рубрика: (Компьютер на рабочем столе) | Автор: moderator | Дата: 09-04-2014

Метки: , , , ,

Один вопрос тревожит мою голову. Что для меня мой компьютер? Чем он для меня является? И подыскивается довольно неожиданный ответ — он служит мне нянькой… Вот какая незадача. Нянькой! А почему? Почему он работает в качестве неусыпного контролёра всего и вся? И возможно ли иное назначенье — если подойти к компьютеру, скажем, с другой стороны?

Но дело-то в том, что с какой стороны ни подходи, а компьютер, особенно ноутбук, всегда будет именно нянькой. Все остальное — потом. Вот примеры. Я включаю компьютер, чтобы, скажем, написать письмо. И делаю это в момент, когда все дела переделаны, либо могут подождать. То есть письмо забирает всё внимание, не оставляя его на прочие дела. И компьютер в данном случае работает именно в качестве няньки. Он предупреждает меня при включении, что мне надо сделать. Отслеживает все дела. Прячет несущественные. И выделяет то, что считается насущным. Так компьютер выстраивает текущий момент.

Другой пример. Я намерен отдохнуть. Выключить компьютер или, напротив, включить его. Отыскать в сети что-нибудь любопытное. Либо почитать, скажем, книгу. Возможностей масса. И без компьютера я легко мог бы обойтись. Мог бы, но не обхожусь. Я включаю его и ищу для себя занятий, которые мне понравились бы. Заглядываю в новости. Прохожусь по информационным ресурсам. Я — ищу. И в результате нахожу то, чем займусь в ближайшее время. И пусть это не компьютерная задача. Я разыскиваю её через компьютер. И таким образом она становится компьютерной.

О роли компьютера в моей жизни можно сложить… песню. И петь её в те моменты, когда компьютер ищет для меня работу или развлечения. Можно сложить четкий речитатив. И читать его в те моменты, когда он что-нибудь для меня считает. Общей картины эта сага не испортит. Мы будем петь или читать, а он в этот момент будет искать или считать. Ничего в этой картине не меняется.

Тем не менее, есть настольный компьютер, и есть ноутбук. И ноутбук в этой истории играет более сильную роль. Именно ноутбуку в большей степени принадлежит роль няньки. Настольная машина по этой части явно ему проигрывает. Вот ещё одна ситуация. Я разыскиваю нужного человека. Ищу в адресной книжке, явно не нахожу и перехожу на поиск в Интернете. Здесь мне повезло. Я обнаружил адрес этого человека. Я могу ему написать и ждать ответа. Но вот вопрос — каким образом я нашёл его адрес? Я разыскал его на информационных ресурсах — полазив по каким-то ссылкам с адресами. Я мог бы отыскать его и дома, включив настольную машину. Но мне этот человек нужен не дома, а там, где я сейчас нахожусь. То есть там, где меня застала жизнь. И первый помощник в этом деле — ноутбук.

Многое в ноутбуке зависит от его размера. Маленький ноутбук не даёт того масштаба действий, что большой компьютер. То есть у ноутбука должны быть определённые рамки — от и до. Тогда он становится очень мобильным, сохраняя те качества, которые позволяют на нём работать. Слишком большая машина тоже не годится. С ней не захочется иметь дела. Она не мобильна. Её не перенесёшь с места на место. И не везде включишь. Большой ноутбук живет малое время. И полтора часа рабочего времени — это вовсе не то качество, которое ждёшь от переносной машины.

Следовательно, размер компьютера имеет большое значение. Но дело не только в размерах. Дело в клавиатуре, в экране, в тех вещах, которые относятся к эргономике. Не станешь же всерьёз работать на компьютере, у которого нет, скажем, клавиатуры. Сегодня выпускается масса различных устройств, в том числе и с сенсорными экранами. Но если нет в компьютере клавиатуры, он превращается… в планшет. То есть в компьютер с недоразвитой функциональностью. То же касается и других вещей — экрана с очень маленьким разрешением или какой-нибудь экзотической штуки, влияющей на отображение информации. Вроде бы и работает нормально, но вовсе не так, как ты привык. И в результате ты не можешь делать на компьютере обычные вещи — что-то разыскивать, считать или слушать музыку.

Компьютеры совершенствуются. Постоянно появляются такие машины, что становятся эталоном, мечтой в жизни компьютерного человека. Ограничиваются размеры и вес. Совершенствуются экраны. Увеличивается мощность процессоров. Усиливается система питания. И все идет к тому, что компьютер становится автономным и работает дольше и дольше. Сегодня автономная работа ноутбука в течение 9 часов — обычное время. Подумайте только — 9 часов! Ужас. А машинка работает.

В ближайшем будущем компьютер станет ещё более производительным и ещё более автономным. Совсем недалеко до суточного запаса энергии аккумулятора. Сутки компьютер будет трудиться. И аккумулятор его не разрядится, не даст петуха, послав машину в глубокую спячку. А в сутках 24 часа. И из них мы сможем проработать часов 8. Значит, три дня спокойных трудов нам обеспечено. Можно оставлять блок питания дома. А компьютер подключать к сети только тогда, когда он возвращается домой. Мечта, а не работа.

Но и сегодня возможности машины используются нами далеко не на всю катушку. Дело ещё и в том, что все способности компьютера, что у него есть, используются нами процентов на пятнадцать или двадцать. А та мощь, что в нём заключена, нами не используется. Я сейчас перечислю те технологии, к которым лично у меня есть предубеждение. Или к использованию которых я не привык.

Итак — сон компьютера вместо выключения. Я все время выключаю машину, а не посылаю её в сон. И это совершенно неправильно. Он должен спать, скачивая в это время апдейты и программные модернизации. И тогда я буду процентов на пять ближе к тому идеалу, который приготовили мне конструкторы.

Далее — переключаемая мощь процессора. Я не знаю, что это такое, поскольку у моего компьютера этой штуки ещё нет. Вроде бы использовать повышение рабочей частоты никак не нужно — система сама включает всё, что требуется. Но я пока в размышлении — стоит ли оно, это повышение рабочей частоты, свеч? Или пока можно повременить?

И ещё — использование гибридных накопителей. То есть таких, в которых электромеханический дисковод сочетается с твердотельным накопителем. Эти накопители только что появились. Они редко используются на ноутбуках. Но те, что используются, дают большой прирост в производительности. Мне очень любопытна эта история. Но я пока сомневаюсь. Если бы у меня был обычный твердотельный накопитель, я бы знал, стоит ли он тех хлопот, что требует. Но я не знаю, ибо у меня такого накопителя нет.

Стоит ли ещё перечислять упущенные возможности? Думаю, что нет. Их больше, намного больше, чем те, что я перечислил. И все они требуют большего внимания, чем то, что я им уделяю… Но вопрос-то остаётся прежним. Что для меня мой компьютер? И чем он для меня является?

Не универсальный компьютер

Рубрика: (Компьютер на рабочем столе) | Автор: moderator | Дата: 07-04-2014

Метки: , , , ,

У моего компьютера есть одна характеристика, которую надо бы назвать. Он не универсальный. То есть совсем. Название «универсальный компьютер» относится к другого вида машине. Ну, не знаю… К какой-нибудь распространённой или, напротив, малораспространённой технике. Что-то вроде универсального шуруповёрта широкой специализации. То есть вроде бы и шуруповёрт, но с другой стороны — ни разу. Захочешь вертеть им какие-нибудь шурупы, а он умеет и звонить. Захочешь позвонить, а он умеет что-то ещё. И так до бесконечности — что ни захочешь на нём сделать, всё получается.

Я знаю, что мой компьютер — не универсальная машина. Поэтому не предъявляю к ней завышенных требований. Если, к примеру, мне нужен компьютер, способный работать в Skype, то я приспосабливаю свою машину. То есть придаю ей нужные характеристики. Покупаю веб-камеру. Налаживаю её. Ставлю микрофон. И налаживаю его. И когда получаю искомое, понимаю — моя машина научилась делать и это.

В принципе, пример нормальный. Только слишком расплывчатый. Если я захочу, чтобы на моей машине работал Skype, то мне ничего делать не нужно — из того, что я написал. Дело в том, что веб-камера у него уже есть. И микрофон. И оба такого качества, что другие камеры и микрофоны становятся малоупотребимыми — даже очень хорошие. То есть для Skype машинка-то как раз и предназначена очень хорошо… Тогда возьму любой другой пример. Скажем, машина для проигрывания видео. Или для фотографии. Или для чего-нибудь ещё — своеобразного и совсем не банального. Пусть будет машина для каких-нибудь мощных игр. Там стоит видеоадаптер с выделенной памятью. Должно хватить на все — тем более и на это.

Да, так вот получается, что при том, что моя машина далеко не универсальна, она в принципе — универсальна. И на ней способны работать все программы основного запаса. Вроде GarageBand. Или iPhoto. Или iMovie. И выдавать то, к чему компьютер явно не приспособлен — музыкальные композиции, фотографии, видео. Все, что только можно придумать, идёт на этой машине… Может, универсальный компьютер и есть та самая машина, на которой одинаково хорошо запускаются все программы — вне зависимости от конфигурации? Может быть и так. Но мне приятней считать свой компьютер не универсальным, а сугубо специфическим инструментом.

Я выполняю на нём разные штуки. Например, пишу тексты, которые позже выкладываю в Интернет. Пишу тексты, которые выкладываю в Интернет не сразу. И пишу тексты, которые вообще в Интернет не выкладываю. Эти три ипостаси заложены в мою машину изначально. Но всё-таки я считаю свой компьютер устройством необыкновенным. Он же не может, скажем, служить музыкальным проигрывателем? Нет, может. Ну, тогда видеопроигрывателем? Тоже может. И фотопроигрывателем. И много-чего-еще-проигрывателем.

Ну, и ладно. Но машина у меня, повторяю, не универсальная. В любом случае, запас программ таков, что любую задачу машина выполнить не сможет. Не хватает сил. И вообще, те 109 приложений, что стоят на моем компьютере, не способны выполнить весь пакет запланированных заданий.

Так выгодно считать мне самому. Если вдруг взбредёт в голову сделать что-то такое, что якобы компьютеру не по силам, то я так и буду считать — не может. Хотя, на самом деле, очень даже может. Причем без каких бы то ни было дополнительных программ. На чистом энтузиазме — хватит у него и такого ресурса… Черт, не вырисовывается материал. Хотел написать о программных проблемах, о том, что не любые задачи по силам моему компьютеру. А оказывается, что любые. И те, и эти, и даже вон те, что не давали никакого покоя. Все по силам.

Но реально «по силам» и предполагаемые задачи — не одно и то же. Если, к примеру, мне захочется сделать что-то, на что у меня нет, скажем, нужных расширений, то я… возьму и куплю эти расширения. И компьютер спокойно справится с любой поставленной задачей.

Хорошо, допустим, мы считаем компьютер машиной всё-таки не универсальной. И у него, как у любой не универсальной машины, есть аппаратные (к примеру) ограничения, не позволяющие установить то или иное расширение. Ну, нет портов USB… Есть порты USB. Тогда нет порта для подключения внешнего монитора (а тот Thunderbolt, что есть в машине, не считается — ибо нет монитора с этим интерфейсом, хотя он-то как раз и есть). И мне нужно подключить внешний монитор, чтобы… чтобы проконтролировать что-то. А я не могу. Точнее — могу, но у этой задачи есть нюансы. В том смысле, что нет никаких нюансов. Задача снова провалена.

Я могу упираться, придумывать те или иные ограничения, но компьютер постоянно стремится стать универсальным прибором для решения любых задач. И я не доволен этим. Мне хочется, чтобы моя машина была явно не универсальной. А она — универсальна. И ты хоть плач, хоть, наоборот, торжествуй, а она останется универсальной техникой для проигрывания программ.

Да, вот она — проблема. Это проигрыватель готовых программ, ориентированный на основные приложения. И если какую-то программу компьютер не осилит — в смысле, сегодня — то он осилит её завтра. Когда мы дополним его нужными датчиками или системой анализа данных. Неважно, чем именно — главное, дополним тем, чего ему не хватает. И в этом случае мой компьютер можно считать вполне универсальной техникой. Ну, да, так и есть. Хочешь — копай в эту сторону, хочешь — в ту. В любом случае компьютер будет молодцом.

А если он — универсальная техника, то и задачи он способен выполнять универсальные — все, какие только найдутся. И если это так, то я могу использовать его в любом случае — когда возникает в том малейшая необходимость. И это уже не специфические задачи — «написал» или «не написал». Это широкий спектр заданий, которые машина выполняет ежедневно. И даже если не выполняет, то может выполнить в любой момент — стоит лишь задуматься о решении этой задачи.

Получается, что универсальный компьютер — великая и важная вещь. Что он способен изменить жизнь с одной целью — улучшить её. И что, улучшая её, он меняет самые основы жизни к лучшему. Меняя одно, он меняет и другое. Улучшая одну сторону жизни, он улучшает все вообще…

Да, сильные получаются размышления. Ну что же, тогда буду говорить следующим образом: «У моего компьютера есть одна характеристика, которую надо бы назвать. Он — универсальная машина. Для чего хочешь. И для того, и для этого — ровно для всего. И, что самое поразительное, что ни захочешь на нём сделать, все получается. Не машина, настоящая находка».

Но дело в том, что все мои компьютеры — несколько десятков за последние 25 лет — были универсальными. И что такое машина специфического применения, я не знаю. Но как приятно иногда думать, что твоя техника не самая мощная и самая сильная машина на свете. Да, не самая. Но «самая» и не нужна. Нужна — универсальная.

Компьютер и ребенок

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 06-02-2014

Метки: , , , , ,

На столе стоит компьютер. А за столом сидит ребёнок. Наш ребёнок — сын или дочь. И этот ребёнок видит в компьютере то, чего не видим мы. Чего даже не представить себе не можем — как ни старайся. А он — видит.

Что мерещится ему в этой машине? Что он (или она) видит в этой странной химере? И — откуда? Кто и что вложил в машину? И как ему это удалось?.. Хотя, да, комп — это комп. Но всё-таки удивительно — видеть то, чего не видно даже при выдающихся масштабах воображения. Удивительно и, как это ни странно, вполне нормально. И при непродолжительном исследовании получается, что наше непонимание машины по отношению к детскому пониманию неадекватно, непредсказуемо и, вообще, по сути своей суровая темнота. А его понимание, соответственно, напротив — необыкновенный свет и всё такое. Пойди, разберись.

Давайте попробуем исследовать, что такое компьютер для вашего дитяти? Что он в нём видит? И такое ли это сложное дело — разобраться в этих взаимоотношениях в принципе? Интересно? По-моему, очень.

Взаимоотношения ребенка и компьютера следует расценивать, как формулу «человек + машина», но с обратным знаком. То есть «машина + человек». Машина, в данном случае, проигрыватель программ, настроенный на их воспроизведение. Именно так и следует его рассматривать. Компьютер проигрывает программы, а человек их воспроизводит, решая простые задачи и складывая их в задачи сложные. Будем придерживаться этой модели, поскольку любые другие чертовски усложняют задание. Нам же хватит и этого.

Условившись о позиционировании, попытаемся понять главное условие. Ребёнок включает машину и видит то, что она, эта машина, в данном случае изображает. То есть машину для загадок. Машину для головоломок. И простую рисовалку. И невероятно сложную. И много чего ещё, в зависимости от сложности заложенной в машину программы… А в этой машине в действительности ничего такого и нет! Она не становится ни сложней, ни проще от запущенного пакета программ. Не усложняются её действия, не становится сложней алгоритм. Он всегда одинаков — этот алгоритм решений. А человек (ваш ребенок) воспринимает его, как живую модель. И, более того, как модель растущую и проживающую определенные стадии роста. И это поразительно — машина выпущена в определённое время специалистами определённого уровня. И она умеет делать то, чего человеку в данный момент и в голову не приходит. Даже если этот человек умней создателей машины.

Получается, что человек (повторяю, это ваш ребенок) видит в машине то, чего видеть невозможно. Но то же самое видим и мы с вами — только в более упрощенном, более низменном варианте. Так и есть. Мы видим компьютер, запрограммированный, скажем, на воспроизведение игры. А наш ребенок видит ту же игру, но уже в более приспособленном (для игрового действа) варианте. И мы можем его понять — если настроимся на саму игру. Если сосредоточимся на том, что составляет суть игры, её средоточие. Ну? Попробовали? Не вышло? Попробуйте ещё раз. И ещё. Когда-нибудь обязательно выйдет.

Раз мы с вами видим то же самое, что видит ребенок, значит, его видение не есть… какое-то волшебство? Так и есть — если рассматривать процесс, как последовательность решений для той самой модели «машина + человек». Никакого волшебства, одни достаточно простые математические задачи. Точнее даже не математические, а — арифметические. Ибо в компьютере речь идёт лишь о сложении и вычитании. И умножение производится, как сложение в определенной степени. Ну, в общих случаях — программирование мы не затрагиваем.

Да, видение ребенка не есть какое-то волшебство. Если оно вполне осмысленная реакция на действие компьютера, следовательно, наши построения можно несколько упростить. Мы (да и наш ребенок) реагируем на действия машины последовательностью простых реакций — двигательных или, в лучшем случае, их комбинацией, с мыслительными реакциями. И получается, что простая программа (а у компьютера все программы достаточно простые) управляет действиями ребенка, формируя его отношение ко многим вещам. Например, суровые отношения с сильными персонажами игры. Или со слабыми. Неважно даже, какие это персонажи. На самом-то деле их нет. И никогда не было. Но сейчас они… есть.

Достаточно простые программы дают нашему воображению пищу для построения достаточно сложных образов. Более того, чем красивей игровая программа, чем больше в ней игровых моментов, тем больше она нас увлекает… Замечу — не нас, с нами-то этого не случится. Нашего ребенка. Вот что становится непонятным. Наши дети не умней нас. Они не тоньше нас чувствуют. Также как и мы, они откликаются на фальшь и реагируют на ложь. Но в случае с игрой этого не происходит. Почему?

Дело, как видится, в самой игровой программе. Человеку предлагают сыграть. Игровые моменты оговорены изначально. И человек соглашается. Наш ребёнок становится на какое-то время игроком. В качестве партнёра выбирается компьютерный персонаж. Появляются враги и союзники. Все, как в обычной игре. И начинается сражение — нешуточное, без подвохов и подстав. Более того, изначально предлагается вариант победить, да еще и в трёх вариантах сложности. То есть компьютер знает игровой уровень ребёнка и различает его. Все честь по чести.

Знаете, а ведь страшного-то ничего и не происходит. И отношения с компьютером, как с неведомым волшебником в таком юном возрасте нормальны. Чем ниже возраст, тем с меньшим критическим настроем относится ребенок к машине. И это вполне нормально. Не нормально другое — когда мы, взрослые, вдруг начинаем относиться к машине со скепсисом. Мол, понятно все, люди, вообще, склонны играть. Но те, кто стоит за компьютерами, понимают столько же, сколько и мы. Поэтому нас игрой не совратишь… А потом, когда ребенок устал от игровых коллизий, мы берем компьютер в свои взрослые руки. И оказывается, что мы сами способны очнутся от игры лишь после того, как проиграем все и вся вчистую. Дело-то ещё и в том, что у взрослых и детей разные игровые программы. У детей — сюжетные, требующие денег аккуратно и осторожно. И у взрослых — бессюжетные, целиком построенные на деньгах. Как к ним ни относись, а результаты игры будут одинаковыми. Выиграешь ты или проиграешь, а денег хозяину игры заплатишь столько, сколько он скажет.

Это и беспокоит — зависимость человека от игровых программ. Но здесь дело касается уже не взаимодействия человека с компьютером, а его взаимодействия с игрой. То есть проблема заключается не в том, общаемся мы с машиной или не общаемся. Если есть возможность проиграть деньги кому-либо, мы их проиграем. Причем даже без компьютера. Но проблема есть, и она требует в определённый момент нашей реакции…

На столе стоит компьютер. А за столом сидит ребенок. И пусть он видит в компьютере то, чего уже не видим мы.

Программные завалы

Рубрика: (Компьютер на рабочем столе) | Автор: moderator | Дата: 27-01-2014

Метки: , , , ,

Среди программного обеспечения, скопившегося за последнее время на моем компьютере, есть множество таких приложений, которые ни к селу, ни к городу. Толку от них всего ничего. Надо бы почистить компьютер от этого хлама. Да все не поднимается рука.

Почему не поднимается? Неизвестно. По-хорошему все должно бы произойти само собой. Взял, да и почистил. И никаких особых трудностей возникать не должно. Но получается так, что программы живут. Не работают толком, но и не уничтожаются. Планирую ли я их использование? Нет, не планирую. И не удаляю — по каким-то удивительным для меня самого причинам.

Сегодня я намерен разобраться с ними. И почистить то, что подлежит чистке. И убрать то, что подлежит убиранию. Короче, занимаемся разгребанием завалов.

Первой в этом скопище ненужных программ лежит приложение, которое я именую казуальной игрой. То есть игра, в которой нет (и быть не может) победителей. Ну, кроме общего количества очков… Впрочем, количеством очков подсчитывается победитель в любой игре — не только в казуальной. Но я, тем не менее, считаю эту игру лишней.

Название приложения — BubbleMags — говорит о том, о чем говорят все названия такого рода. Речь идёт о липучих (липкость настраивается) шариках, которые выстреливаются по одному и, сложившись по три, уничтожаются. Это и есть описание игры. Ерунда абсолютная и полная. Надо удалять.

Но удалять не получается. Нет, с игрой все нормально — она запросто ставится и так же запросто удаляется. Дело в самой идеологии игры. Программа простая до одури. И ничего в ней такого нет — кроме того, что эти шарики хочется убрать все до единого. А убрать не получается, поскольку даже на самом простом уровне, при самых простых условиях игры, победить полностью невозможно. В любом случае есть вариант, когда любой другой игрок способен набрать больше побед, чем ты сам. И это ужасно бесит.

Игра висит довольно давно. И я в нее почти не играю. Точнее, играю, но не серьёзно. То есть не так, чтобы до полного бзика. Часов по десять в день — без видимого толку и без серьёзных подвижек. Говорю же — надо удалять. Но так до сих пор и не удаляю. Короче, беда с программой.

Вторую историю возьму из другой обоймы. Платная программа, купленная мною вместе с десятком других (таких же важных) приложений и до сих пор живущая на компьютере. Название её — MacGourmet Delux. Это англоязычная база данных по кулинарным рецептам. И в ней прописан (кажется) 151 рецепт. С сопутствующей фотографией блюда, с рецептурой (на английском языке). И, вообще, с полным на то комфортом. И все бы ничего, да пользоваться этой программой я не могу. Но другого претендента, помимо меня, на использование программы нет. Вот и приходится самому.

Спору нет — программа мне слегка поднадоела. Но с другой стороны — другой такой у меня нет. И я вынужден время от времени её запускать, смотреть, что она умеет. Мечтать о заведении личного рецептурного справочника, но так эту мечту и оставлять в неосуществлённых грёзах. Ибо я не кулинар вовсе. И в своих упражнениях могу сварить яйцо. А могу и не сварить. Большего я готовить не умею.

Вот и получается, что программа живет, занимает на винчестере место (это ерунда, места у меня много). И я с ней ничего не могу сделать. Пусть живёт и дальше. Я прибить её не могу. Ибо прибив её, что я запущу завтра? И над чем буду ломать голову — как её использовать, как добиться толку? Ладно уж. Пусть себе…

Что ещё? О, таких программ у меня миллион! Взять, к примеру, более серьёзное приложение, дойти до применения которого мои руки не сподобились. Это база данных Bento. В недавнем времени расписанная мною программа. И не только расписанная, но и купленная в личную собственность. Как же — личная база данных, все понятно и удобно. Сел, наметил, что мне нужно. Расписал все по полочкам.

Только вдруг оказалось, что программа мне не нужна. Совсем не нужна. Ни на один грамм, ни на половину грамма. Ни на один цент, ни на половину цента. Ни на… короче, я не использую эти чудеса, не составляю сложные (или, напротив, очень простые) адреса (или какие-то базы). Не достаю людей своими прожектами.

Дело даже не в том, что программа дорогая. Нет, она не особенно дорогая. И не в том, что у неё нет каких-то непонятных мне функций. Функции очень понятны и, более того, очень просты. Дело в том, что программа мне не нужна. Не нужна и — точка. И никаких не может быть разночтений. Мне не нужна адресная база данных, ибо адресов в моей книжке всего с десяток. Ну, с два десятка, что не сильно влияет на их использование. Дело в другом — мне не применить эту программу ни к чему толковому, поэтому я её решил убрать. Но решив убрать, я её, тем не менее, не убираю. Потому что другой такой программы у меня нет. Вот и получается, что программа живет, обеспечивая себе хорошую перспективу. И мне волноваться особо нечего — программа будет жить. Только я больше никогда, ни за что, ни за какие деньги такой программы не куплю. Зачем мне? Не нужно. Одна есть и — хватит.

Ладно, допустим, возьму другой тип программ. Например, Bellhop, программу по определению через Интернет гостиницы в незнакомом городе. На самом деле эта программа пару раз меня спасала. Точнее — спасала бы, если бы я вспомнил о ней. Но в те разы я снимал гостиницу через другую службу (через Агоду) и через другие программы (через браузер). Но если бы вспомнил об этом маленьком чуде, то ни разу бы ни пожалел. Правда, я и так не пожалел. Услуги онлайновых служб схожи. И если я ищу микроскопическую разницу в стоимости отеля, то я её найду. В одной службе отель будет дешевле, но в другой — отелей будет больше. И в результате эта разница нивелируется и даже исчезает.

Так вот, вариантов использования этой Bellhop в моей практике было немного. Больше эмпирических, то есть исключительно воображаемых случаев, когда использование программы и не предполагалось. Но эффект от этого не пострадал. Действительно, если бы я был при деньгах, да если бы мне пришлось бы выбирать отель, скажем, в Сиднее, то я бы, вне сомнений, выбрал бы через Bellhop. И при этом был бы счастлив. Но этого не случилось. И я на самом деле счастлив, что мне не приходится искать по свету себе пристанища. А если придёт время использовать эту программу, то вместо нее снова появятся различные Интернет-сервисы.

Вот в этом и причина. Различные Интернет-сервисы — вот что губит эти программы. Поэтому я в очередной раз заброшу свои попытки освободить место на своей машине. И оставлю эти чертовы BubbleMags, MacGourmet Delux, Bento и Bellhop на своем Маке. Пусть поживут ещё какое-то время. А там будет видно, что с ними делать.

Первые компьютеры

Рубрика: (Как рождались технологии) | Автор: moderator | Дата: 16-10-2013

Метки: , , , ,

История компьютера начинается гораздо раньше, чем мы можем предположить. Первая механическая вычислительная машина была спроектирована английским математиком Чарльзом Беббиджем (годы жизни 1791-1871) в 1836-1848 годах. В этой «аналитической машине», так называл её Беббидж, были заложены пять основных устройств, применяемых и в современных компьютерах — арифметическое, памяти, управления, ввода и вывода. Использовалась десятичная система счислений. В арифметическом блоке изобретатель планировал использовать 1000 50-разрядных регистров, то есть по 50 зубчатых колёс (они использовались в механических вычислителях и до Беббиджа) в каждом регистре. Программа ведения вычислений хранилась на перфокарте – бумажной ленте с пробитыми в ней отверстиями. При помощи такой же перфокарты в машину вводились исходные данные и сохранялись результаты вычислений. Время сложения двух 50-разрядных десятичных чисел по задумке Беббиджа должно было составлять 1 секунду, умножения – 1 минуту.

Учёному помогала его дочь английского поэта Байрона Ада Августа Лавлейс (годы жизни 1815-1852), она составляла для аналитической машины Беббиджа программы, которые, как выяснилось через сто лет, были очень похожи на программы первых электронно-вычислительных машин. Поэтому Аду Лавлейс называют первым в мире программистом.

И всё же аналитической машине Беббиджа не суждено было воплотиться в металле. Она так и осталась в виде расчётов и уменьшенных моделей. Из-за большой разрядности вычислений и применения десятичной системы счисления машина получалась очень громоздкой, а для её привода нужен был локомотивный паровой двигатель. Изобретатель опередил время на добрую сотню лет.

Следующей вехой в становлении компьютерной техники (а имён на самом деле очень много – мы выбираем лишь наиболее примечательные) стали работы гениального английского математика Алана Матисона Тьюринга (годы жизни 1912-1954). В 1936 году Тьюринг опубликовал работу «О вычислимых числах», в которой доказывал невозможность существования универсального метода для определения вычислимости, и, следовательно, в математике всегда будут задачи, не имеющие решения. Для иллюстрации своей теории он предложил гипотетическую «машину Тьюринга» в виде бесконечной ленты с записанной на ней символами и со считывающей головкой. Машина Тьюринга  обладала основными свойствами современного компьютера — пошаговым выполнением математических операций, запрограммированных во внутренней памяти – и стала основой теоретического обоснования работы цифровых компьютеров.

Конрад Цузе

В 1934 году немецкий студент Конрад Цузе (годы жизни 1910-1985) начал работу по созданию механического компьютера. Не подозревая об изобретении Беббиджа, он принялся строить… аналитическую машину Беббиджа! И в 1937 году машина Z-1 (то есть «Цузе 1») была готова и при этом замечательно работала. В отличие от машины Беббиджа компьютер Цузе был совсем небольшим – он занимал всего два квадратным метра и умещался на рабочем столе в квартире изобретателя. Главным новшеством была двоичная система счисления. То есть все числа записывались в виде цифрового года при помощи логических нулей и единиц. При этом длина слова составляла 22 двоичных разряда. Память на механических элементах составляла 64 слова (а вовсе не 1000, как в машине Беббиджа). Операции производились с применением плавающей запятой, для мантиссы и её знака отводилось 15 разрядов, а для порядка числа – 7 разрядов. В 1938 году в машине Цузе появилось устройство ввода информации (данных и программ) в виде киноплёнки в которой пробивались отверстия, а арифметическое устройство на зубчатых колёсах было заменено вычислителем на электромеханических реле. На этом этапе к Цузе присоединился австрийский инженер Гельмут Шрайер, который принял активное участие в совершенствовании машины. Новый вариант получил название Z-2. А в 1941 году Цузе и Шрайер построили следующую вычислительную машину Z-3, в которой использовалось 2000 реле памяти и 600 реле счётного устройства.

Кстати, Гельмуту Шрайеру принадлежит идея использования в качестве переключателей (триггеров) не электромеханические реле, а электронные лампы. Шрайер предложил использовать лампы уже на Z-2, но Цузе не согласился – лампы были слишком дороги. Во время войны Цузе и сам пришёл к выводу, что у электронных ламп альтернативы нет. Но в военное время раздобыть столько дорогостоящих вакуумных электронных триггеров не представлялось возможным. Идея построить первый в мире электронный компьютер была похоронена.

Но у машин Цузе была счастлива судьба. В годы войны изобретатель открыл в Берлине небольшую фирму, на которой выпустил две специализированные механические вычислительные машины – S1 для расчёта крыльев «летающих торпед», которыми обстреливался Лондон, и S2 – для управления этими самолётами-снарядами. В конце войны Цузе создал последнюю релейную машину Z-4, которая оказалась единственной уцелевшей после бомбёжки берлинского завода.

В 1980 году правительство Германии выделило 800 тысяч марок на воссоздание механической машины Z-1. За эту работу взялся сам Цузе вместе со своими студентами. А полностью восстановленный Z-1, точная и при этом безупречно работающая копия первого механического компьютера, была передана Конрадом Цузе на вечное хранение в музей вычислительной техники в Падеборне.

МАРК-1

Работы Цузе, которые так и не финансировались в достаточной степени, но были, тем не менее, засекречены. В Америке же из сооружения первого компьютера секрета не делали. В 1944 году профессор Гарвардского университета Говард Айкен (годы жизни 1900-1973) построил первый американский механический компьютер МАРК-1. Поскольку о Цузе никто не знал, МАРК-1 был назван «первой в мире релейно-цифровой вычислительной машиной». Она обладала примерно такой же вычислительной мощностью, что и Z-3, но по сравнению с ней выглядела просто монстром. Длина 17 метров, высота 2,5 метра, вес 5 тонн, а количество механических деталей равнялось полумиллиону!

Причина таких грандиозных габаритов была в выбранной системе счисления – десятичной. В счетчиках и регистрах памяти использовались всё те же зубчатые колеса. Управление и связь между ними осуществлялась с помощью 3000 реле. Говард Айкен не скрывал, что пытался воссоздать машину Беббиджа. Учёный говорил, что «если бы был жив Беббидж, мне нечего было бы делать». Но машина, несмотря на грандиозные размеры и небольшие вычислительные способности, оказалась очень надёжной. В стенах Гарвардского университета она проработала ни много ни мало 16 лет. Впоследствии Айкен построил другие механические вычислительные машины – МАРК-2, МАРК3 и МАРК-4. При этом от применения электронных ламп он отказывался, считая их ненадёжными.

Первым электронным компьютером (или одним из первых) стала машина Джона Винсента Атанасова (годы жизни 1903-1995), американского учёного болгарского происхождения, профессора физики из Айовы. В январе 1941 года в американской печати появилась небольшая заметка о том, что доктор Атанасов «строит ЭВМ, которая по принципу своей работы ближе человеческому мозгу, чем любая другая машина». Эту машину предполагалось использовать в сельском хозяйстве – проект финансировался сельскохозяйственной станцией колледжа Айовы, где преподавал Атанасов.

Этим сообщением заинтересовался сотрудник технической школы при Пенсильванском университете Джон Мочли (годы жизни 1907-1986). Мочли посетил лабораторию Атанасова и даже провёл там шесть дней, вникая в детали устройства будущей машины… Дело в том, что Мочли давно увлекался вычислительной техникой и метеорологией. Для облегчения метеонаблюдений он построил несколько цифровых электронных устройств, очень простых, но, тем не менее, вполне работоспособных. А когда сотрудники лаборатории баллистических исследований Абердинского артиллерийского полигона обратились в ту самую Пенсильванскую техническую школу за помощью в составлении таблиц стрельбы для артиллерийских орудий на механическом вычислителе, то Мочли предложил им построить мощный компьютер на электронных лампах. Свои расчеты он изложил на бумаге и в августе 1942 года отправил в военное ведомство США. Ничего бы ни получилось, проект не вызвал большого интереса, но благодаря настойчивости артиллеристов и в апреле 1943 года был заключён контракт на строительство первой в мире ЭВМ. Правительством США было выделено 400 тысяч долларов, а к работам привлечены две сотни математиков и инженеров. Возглавили строительство Джон Мочли и инженер-электронщик Преспер Эккерт (годы жизни 1919-1995).

В конце 1945 года компьютер был готов, а с начала 1946 года машина начала считать реальные задачи. По размерам она была ещё более грандиозной, чем МАРК-1 — 26 метров в длину, 6 метров в высоту при весе в 35 тонн. Однако,  благодаря применению электронных ламп, машина производила вычисления в 1000 раз быстрей, чем её механическая предшественница. В электронной машине работали 17468 ламп, 7200 кремниевых диодов, 1500 реле, 70 000 резисторов и 10000 конденсаторов. Но в ней использовалась всё та же десятичная система счисления (чем и объясняются её размеры).

ЭНИАК - ENIAC

Первый в мире электронный компьютер назвали ЭНИАК — ENIAC, сокращение от Electronic Numerical Integrator And Computer или «Электронный числовой интегратор и компьютер». С ЭНИАК и началась компьютерная эпоха.

Нам остаётся добавить, что в 1973 году федеральный суд США постановил, что создателем первого проекта электронного компьютера был всё-таки Джон Атанасов. Его машина в декабре 1941 года была уже готова, но находилась в разобранном состоянии. По каким-то причинам работы по компьютеру Атанасова были свёрнуты. И создателем первой работающей ЭВМ стали Мочли и Эккерт.

NAS и не только

Рубрика: (Компьютер на рабочем столе) | Автор: moderator | Дата: 18-09-2013

Метки: , , , , ,

Идея организовать домашний сервер, в памяти которого будет храниться весь интересующий нас мультимедийный контент, выглядит вполне здравой. Если в нашем хозяйстве компьютеров больше, чем два, то хранить фильмы, музыку, фотографии на локальных дисках вроде бы как и неудобно. Чтобы просмотреть видео или прослушать музыкальную композицию на одном из домашних компьютеров нам придётся либо переписать этот фильм или песню в память машины, либо запустить воспроизведение с внешнего накопителя. Гораздо проще в этом случае подключаться к внешнему накопителю не через порт USB, а через браузер — выбрав сетевой адрес сервера. Более того, при таком подключении мы можем получить доступ к накопителю одновременно с разных компьютеров. То есть кто-то в нашей семье сможет слушать музыку или просматривать фотографии — пока мы смотрим видеоролик или читаем книгу.

Попытаюсь оценить достоинства и недостатки большинства доступных частному пользователю внешних систем хранения цифровой информации. И одновременно прицениться. Что нам может пригодиться, а что обладает явно избыточными возможностями? И сколько эти «игрушки» стоят?

В самом «низу» серверной пирамиды мы разместим локальные внешние накопители — винчестеры с интерфейсом USB. Это удобные, долговечные, относительно недорогие устройства многоцелевого назначения. Их можно использовать для расширения объёма дисковой памяти компьютера. В качестве накопителей, работающих в параллельном режиме (RAID) и увеличивающих надёжность дисковой системы. Для архивирования и резервного хранения файлов. Или, наконец, в качестве мобильного системного накопителя, позволяющего получить на любом доступном компьютере одну и ту же программную среду.

Стоимость внешних накопителей с интерфейсом USB в большинстве вариантов колеблется от 100 до 300 долларов. Внешние винчестеры подразделяются на стационарные — с блоком сетевого питания и дисковым накопителем формата 3,5 дюйма. И на мобильные — с питанием от шины USB и с дисковым накопителем «ноутбучного» формата 2,5 дюйма.

Для каких задач эти накопители можно считать идеальными? Для работы с одним компьютером. Для хранения важной информации, доступ к которой следует ограничить. Для расширения дисковой подсистемы компьютера при недостатке средств.

Локальный дисковый накопитель с интерфейсом USB — самый распространённый тип внешнего хранилища файлов. Следующим по популярности можно считать дисковод с сетевым интерфейсом Ethernet. Скорость обмена информацией у дисководов этого типа намного ниже, чем у винчестеров USB. Но есть и неоспоримое достоинство. Эти накопители подключаются к локальной сети — офисной или домашней. И, таким образом, накопитель становится доступным для любого компьютера сети. Длиной кабеля USB дело уже не ограничивается. А если такой винчестер подключить к роутеру, то он превращается в сетевой накопитель с доступом через Интернет — то есть в простейший аналог накопителя NAS (Network Attached Storage).

Именно с такого накопителя с сетевым интерфейсом и начинаются технологии общего доступа к дисковым массивам, в памяти которых хранятся огромные фонотеки и фильмотеки. Пользователю, соблазнившемуся идеей устроить общее домашнее хранилище разнообразного контента, придётся смириться с некоторыми особенностями накопителей этого типа. А именно — со сниженным быстродействием, которое ограничено параметрами быстродействия локальной сети. С несколько более сложной настройкой. В частности, придётся подобрать «правильный» роутер, позволяющий самостоятельно конфигурировать DNS-сервера и другие параметры сетевых подключений. Не стоит обходить вниманием и более высокую стоимость накопителей с сетевым интерфейсом. Она обусловлена, надо полагать, меньшим распространением Ethernet-накопителей.

Ещё выше в иерархии накопителей располагаются специализированные компьютеры с дисковыми накопителями большого объёма. Это и есть NAS, которые можно рассматривать как те же накопители с сетевым интерфейсом Ethernet, но с расширенным набором функций. Серверы NAS могут работать в качестве раздающего torrent-клиента. В качестве сервера iTunes. В качестве хранилища фотографий с общим доступом. В качестве почтового и файлового серверов. И так далее.

Эти компьютеры работают под управлением специализированных UNIX-систем. Одна из самых популярных — свободно распространяемая FreeNAS. Готовые накопители NAS, выпускаемые производителями компьютерной техники (например, Synology), всегда оснащаются проприетарными операционными системами. К достоинствам первых можно отнести то, что сервер NAS можно собрать собственными руками при минимальных затратах (например, переоборудовав старый компьютер). К достоинствам вторых относят высокую стабильность, скорость и удобство работы.

В самом верху воображаемой пирамиды находятся полноценные серверы, работающие под управлением серверных вариантов операционных системы Windows, OSX и Linux. Это самые мощные сетевые инструменты, которые позволяют осуществлять полный контроль над ресурсами локальной сети.

Вопреки расхожему мнению, наиболее гибким, наиболее универсальным решением будет выбор полнофункционального сервера. NAS — всегда компромисс между предоставляемыми сетевым сервером возможностями и стоимостью решения. Домашние серверы дороже. Но это всё-таки полноценные компьютеры, которые можно использовать не только в качестве серверов.

И у домашних серверов, и у накопителей NAS есть определённые особенности, которые выводят эти компьютеры за рамки вычислительной техники общего применения. В частности, сервера не оснащаются мощными адаптерами для вывода графики. В обычном режиме сервер может обходиться без монитора, который нужен только для изменения настроек или для контроля исправной работы всех систем. К накопителю NAS подключение монитора не предусмотрено вовсе. Доступ к системе настроек, как и к содержимому винчестеров, производится через веб-интерфейс. То есть либо через обычный браузер (после введения в адресную строку соответствующего IP-адреса страницы настроек), либо через клиентскую программу, которая, суть, небольшой специализированный браузер, предназначенный для работы с сервером NAS. В случае с полнофункциональным сервером доступ к настройкам и хранимой на сервере информации так же возможен через браузер. Но чаще всего серверные операционные системы оснащаются специальными файловыми навигаторами и утилитами настройки.

Главный недостаток домашних серверов — цена. Эти компьютеры сильно дороже машин аналогичной конфигурации. Кроме того, серверную версию операционной системы можно приобрести только вместе с компьютером.

Так стоит ли огород городить? Да — если функциональности внешнего дисковода USB вам уже не хватает. И очень хочется создать домашнее хранилище с общим доступом ко всему и вся. Нет — если отсутствует четкое понимание, что за эти изыски придётся заплатить. И честно заработанным рублём, и бесконечной вознёй с настройками.

Ноздря в ноздрю

Рубрика: (Компьютер на рабочем столе) | Автор: moderator | Дата: 27-08-2013

Метки: , , , ,

Дурная голова, как известно, рукам покоя не даёт. Легко мне жилось с «яблочными» устройствами — со смартфоном iPhone и планшетным компьютером iPad. Так нет же, обзавёлся ещё и «андроидным» планшетом Asus Fonepad. И тут же в полный рост поднялась проблема синхронизации разнородных устройств.

Поясню, о чём речь. В повседневной работе я использую два вида данных — напоминания о текущих событиях и тексты статей (эссе, книг и так далее). Первое мне нужно для того, чтобы организовать подготовку второго. Одно без другого обычно не живёт.

Так вот, грядущий день я могу планировать на маленьком iPhone, нисколько не беспокоясь о синхронизации данных с планшетным и настольным планировщиками. Через облако iCloud всё самым чудесным образом будет синхронизировано. И если я выйду из дома, захватив с собой iPad, то запланированные события пропущены не будут. В заданное время iPad сообщит мне о моих собственных планах мелодичным переливом и всплывшим на его экране напоминанием. Удобно невероятно. На одном устройстве что-то планируешь, на другом получаешь напоминания.

Далее — работа с текстами. Компьютерная экосистема от  Apple устроена таким образом, что я могу работать на любом из имеющихся у меня устройств. Начинаю на портативном МакБуке Про, продолжаю на планшете iPad, правлю на iPhone, заканчиваю снова на ноутбуке. И так — в любой последовательности, как мне только взбредёт в голову. Или как лягут карты. Технических ограничений не существует. Было бы подключение к Интернету (а оно есть, практически, всегда).

И вот в эту стройную и прекрасно работающую систему вклинился чужак. А именно — 7-дюймовый планшет рабоче-крестьянских (точнее, азиатских) кровей. Машинка шустрая, удобная, хотя с виду не шибко аристократичная.

И всё бы хорошо, но этот планшет явно выбивается из слаженной экосистемы Apple. И его надо подружить с конкурирующими машинками. Только в этом случае будет мне счастье.

Замечу сразу — операционная система OSX устроена таким образом, что подключение «андроидного» планшета или смартфона к Маку не требует особых усилий. В первую же минуту компьютер предложил загрузить и инсталлировать утилиту Android File Transfer. Она, к слову, существует и в варианте для Windows. Эта программка — простой файловый менеджер, который запускается автоматически при каждом подключении «андроидного» устройства к порту USB Мака или РС. И пользователь получает доступ к файловой системе планшета или смартфона (замечу, не рутированный — то есть без прав администратора, что можно считать простейшей и вполне обоснованной «защитой от дурака»). Доступ появляется и к сменной карте памяти — ежели таковая в вашем устройстве имеется.

Немного уходя в сторону, сообщаю, что недавно в гугловском магазине приложений Google Play я отыскал замечательную программку WiFi File Transfer, которая позволяет отказаться от физического подключения устройства к компьютерному порту USB вовсе. Перенос файлов производится «по воздуху». Настройки просты и логичны.

Так вот, подключив планшет к Маку, я через программу Android File Transfer смог записать на карту памяти фильмы, музыку, фотографии и книги — всё, что мне было нужно на новом планшете. Есть и другой путь — вынуть карточку из слота, переставить её в ридер и записать всё напрямую. Практика показала, что скорость обмена от этого не увеличивается. А действий нужно совершить заметно больше.

Какова ситуация всё-таки с синхронизацией данных? Ничего, всё нормально. Адресную книгу и календари я синхронизировал через соответствующие сервисы Google. Повозиться пришлось лишь с адресной книжкой. Дело в том, что планшет (в основе своей, к слову, детище той же корпорации Google, рассердившее в своё время покойного Джобса) скачал в свою память всю адресную базу Gmail`а — сотни адресов. А зачем они мне в телефонной книге? Фильтрация по папкам есть, но это лишняя возня. Во все мои телефоны забито всего около десятка номеров. И я, в конце концов, вместо автоматической синхронизации внес эти номера в память планшета (он у меня ещё и ничего себе «лопатофон») вручную. На iPhone мне этого делать не приходилось. Всегда подворачивалась рабочая утилита синхронизации всего со всем. Может, такие же утилиты есть и в «андроидном царстве». У меня ещё недостаточно опыта обращения с устройствами этого семейства, чтобы отважится на какие-то обобщения.

Итак — данные синхронизированы. Книжки, любимая музыка, пара фильмов — всё это уже в памяти планшетного компьютера. Но как же напоминания? Приемлемого решения я пока не нашёл. Решил использовать возможности онлайнового сервиса напоминаний Astrid. У этого планировщика есть отличные клиентские программы для Андроида и устройств семейства iOS. А настольного клиента для OSX нет. И я пока не готов отказаться от любимого планировщика Things в пользу браузерного аплета, который, к тому же, мне не особенно нравится. Не изящная штука — нет в ней маковского шарма.

А что с текстами? Я перебрал массу сервисов. Больше всего мне понравился Catch. Вот уж действительно, пишешь на одном устройстве, получаешь документ на всех машинках, которые есть в твоём хозяйстве… Отличная штука!

И вдруг от администрации Catch пришло уведомление, что служба… закрывается. Сожалеем, и всё такое. А я только-только начал к этой штуке привыкать. Махнул рукой и всё снёс под корень — на всех своих машинках.

И что осталось? Онлайновый блокнот Evernote, к которому я так и не смог толком привыкнуть? Почему? Сначала, на заре развития сервиса, из-за жутких тормозов при синхронизации. Сеqxfc — из-за обилия лишних, совершенно ненужных мне возможностей, сквозь которые приходится продираться. Короче, не заладилось (и программа в этом не виновата).

Был когда-то шикарный онлайновый блокнот от Google. Но его постигла участь новостного агрегатора Google Reeder… Или нет? Покопался в гугловских развалах. И обнаружил шикарный сервис деловых записей Google Keep, запущенный в этом году. Нет лишь клиентской программы для OSX. Ну, да ладно.

Как удалось подружить «андроидный» планшет с фонотекой iTunes? Легко — при помощи утилиты iSyncr. Она не записывает в память планшета только книжки. Фильмы и музыку — запросто.

Для быстрой и комфортной синхронизации я попробовал и программу SyncMate Expert, когда-то приобретённую «про запас» и дважды с той поры обновлённую. Не советую вам повторять мой опыт. Эта ерунда откопала в своих файлах старую базу закладок Safari, объединила её с новой базой, записала эту помойку на планшет и, что ещё хуже, на основной компьютер. Коллекция закладок выросла вдвое. И мне приходится разгребать тонны этого «добра» вручную… После этого сюрприза программу SyncMate  я без сожаления выбросил. В конце концов, не всё в моём компьютерном хозяйстве следует синхронизировать до последнего файлика.

От сложного — к простому

Рубрика: (Умные вещи в офисе и дома) | Автор: moderator | Дата: 22-08-2013

Метки: , , , ,

С приобретением каждого нового рабочего инструмента наш арсенал техники усложняется. Мы подбираем, к примеру, новый ноутбук на замену старому. И покупаем, конечно же, то, что нам по деньгам — из самого совершенного, самого передового на сегодняшний день. Ясно же, что морально устаревшую технику покупать бессмысленно. Это напрасная трата денег, поскольку очень скоро вычислительной мощности нового компьютера нам не хватит. И снова придётся собирать деньги и отправляться в магазин компьютерной техники.

Всё так, всё правильно. Но в результате этой бесконечной погони за техническим совершенством мы оказываемся заложниками собственных устремлений к лучшему. Вот очень простой пример. Мне нужно написать статью. Не особенно большую, но и не маленькую. И сделать эту работу я хочу за городом — на даче приятеля. Сидя под раскидистой липой, на садовой скамеечке, у столика с клубничным коктейлем. Не работа — мечта…

Но тут же возникает целый ряд вопросов. Что там на даче с электричеством? Мой ноутбук работает без подключения к сети семь часов (на самом деле около пяти, но это уже детали). Планшетный компьютер — десять часов (около семи точно). И мне этого мало, поскольку я люблю работать неспешно, без лишней суеты. Моменты, когда заряд аккумулятора подходит к концу, меня тревожат и мешают сосредоточиться на деле.

Но это ещё не всё. Что там на даче с Интернетом? Я готов подключиться к сети 3G. У меня есть всё необходимое — хороший «свисток» (то есть сотовый модем), оплаченное подключение по выгодному тарифу. Но есть ли на даче сотовая сеть? Насколько помнится, дозвониться до приятеля я могу только тогда, когда он в городе.

Если нет Интернета — какая может быть работа? А без электрической сети (оказалось, что в этой восхитительной глуши мой дружище зажигает керосиновую лампу)? Кошмар какой-то! Двадцать первый век на дворе.

А что инструменты попроще? Есть же у меня блокнот и перьевая ручка. Или ещё проще — ученическая тетрадь и одноразовая шариковая авторучка. Что ещё надо для эффективной работы? Источники информации? Возьму с собой обычные книжки. Или, ладно, цифровую книжку, которая живет от заряда аккумулятора месяц и не требует никаких подключений — ни к Интернету, ни к электрической сети. Цифровая читалка всё равно проще планшетного компьютера или ноутбука.

Вот тебе и простые инструменты. Чем они не годятся? Написанную статью нельзя тут же отправить заказчику? Ерунда — я же не собираюсь провести на чужой даче три недели. Всего  один или два дня. Поэтому отправку результатов работы можно немного отложить. Главное, было бы что отправлять…

Так, шаг за шагом, мы возвращаемся к использованию простых и уже изрядно подзабытых инструментов. Одновременно вспоминаем навыки рукописной работы. Я-то, к примеру, их не особенно и растерял. Три года назад обнаружил, что рука уже совсем не пишет. И положил на рабочий стол, рядом с компьютером, лист бумаги и авторучку. Потом на этом месте появился блокнот для почеркушек. Затем — записная дневниковая книжка. И сегодня я могу написать от руки ничего себе книгу. Никаких проблем. А необходимость перепечатать её на компьютере лишь усиливает эффективность моей работы. Во время перепечатки я ещё раз основательно перечитаю текст, выловлю множество «очепяток» и смысловых нестыковок. И книга от этого станет только лучше.

А как обстоит дело с рукописной работой у вас? Помнит ли ваша рука плавный бег пера? Помните ли вы сами то удовольствие, которое доставляет письмо чернильной ручкой? Если уже забыли, не пора ли вернуться к истокам — вот к этим простым инструментам? Они не могут конкурировать с компьютерами и другой цифровой техникой. Они с ними и не должны конкурировать. Блокнот отдельно, компьютер отдельно. Пусть будет так. И пусть вам хорошо думается и за компьютером, и за стопкой листов чистой бумаги.

Мысли о необходимости сознательного упрощения своих рабочих инструментов посещают меня с завидной регулярностью. В последний раз я задумался над этим, выбирая сотовый телефон. Нет, не смартфон, не современный компьютер, который можно спокойно спрятать в ладони. Обычный телефон — сотовую «звонилку» без каких бы то ни было дополнений.

Купить простой телефон меня побудила очередная «засада» с сенсорным экраном iPhone. Смартфон зазвонил в самый неожиданный момент — когда я спал. Я взял его в руку, разблокировал экран. А потом… нажал «отбой». И звонок сорвался. А это был важный разговор, которого я ждал. И дело, на которое я так рассчитывал, не сложилось.

Этого бы ни случилось, если бы под рукой у меня был простецкий кнопочный телефон. Недорогой и надежный. Но у меня такого аппарата нет. Причем, давно. Я избавился от своих «звонилок», как только приобрёл первый смартфон. Я полагал, что не смогу больше работать с простой техникой. Я ошибся.

Дело в том, что современная техника при всём её совершенстве требует определённых знаний и навыков для обращения с нею. На печатной машинке можно трудиться, не зная даже азов компьютерной грамотности. Для работы на компьютере нужно знать хотя бы основы. Самое главное, самое элементарное. Но это элементарное не так уж и… элементарно. Поэтому освоение компьютера от некоторых людей требует титанических усилий. И это, конечно, неправильно. Но с одной небольшой поправкой — мы вовсе не «компьютерные люди». Не программисты, не специалисты в области аппаратного обеспечения. А в большинстве своём — даже не любители этой ерунды. Мы просто вынуждены работать на компьютерах — чтобы написать востребованные людьми статьи и книги, заниматься проектированием, экономикой, статистикой, инженерным делом, педагогикой и так далее.

Компьютер для многих из нас лишь инструмент. Причём, инструмент излишне сложный и обладающий избыточными возможностями. Мне же надо просто написать статью, которую от меня ждут. И этот процесс не подразумевает разбирательств с редакторской программой, возни с Интернетом или принтером. Я должен выдать результат. Процесс же мало кого интересует.

Я полагаю, что авторучке, устройству исключительно аналоговому, и такой же аналоговой записной книжке (блокноту, тетради) ещё рано на покой. Да, это уже не главные инструменты для работников умственного труда. Но с ними проще и комфортней, чем без них.

Вот ещё один пример. Когда надо быстро записать на память адрес или какую-нибудь заметку, нам проще достать из кармана блокнот и карандаш, чем выстукивать короткий текст на клавиатуре компьютера. Это касается даже профессионалов, для которых компьютер — продолжение их сущности. Неловкие каракули на клочке бумаги несут ничуть не меньше информации, чем специализированная программа. Адресную книгу ещё нужно запустить, найти в ней пустую страничку и только после этого ввести в пустующее поле нужную информацию. Или запустить текстовый редактор и начать в нём писать. И всё это суета сует, поскольку окончательное оформление новой записи можно сделать потом, без спешки — переносом рукописной заметки в компьютерную адресную книгу…

Я так и не приобрёл простецкий телефон. Оказалось, что он у меня есть. Старенькая и «вечноживая» Nokia, которой ничего не сделалось за долгие годы забвения. Сегодня ей возвращена вторая жизнь.

 
По всем вопросам, связанным с работой сайта, обращайтесь по адресу: webmaster@elcode.ru