(495) 234-36-61
На главную страницу блога Почта

Блог «Умные мелочи»

Книга «Малоформатная фотография»

Рубрика: (Как рождались технологии) | Автор: moderator | Дата: 30-04-2014

Метки: , , , ,

Эта книга живет у меня давно. Лет сорок или даже пятьдесят. Её подарил мне один хороший человек — друг отца. Я был совсем ещё мал и мало понимал в этой литературе. Но книга оказалась у меня. И в своё время я штудировал её, постигая азы фотографии. Был в том толк или нет, сказать трудно. Но книга оставалась в наличии, дисциплинировала меня и упорядочивала мои упражнения. Помнится, однажды на волне этого увлечения я даже занялся макрофотосъёмкой. Дело было канительным и особого интереса не вызывало. И дальше изучения литературы не пошло. Но, тем не менее, было в моей жизни и такое.

Книга занимала центральное место в моей библиотеке. Потом, со временем, она переместилась дальше. Потом — ещё дальше. И, наконец, упокоилась на почетном месте, которое называется «книги на всякий случай». Там она и прожила эти сорок или даже пятьдесят лет.

Недавно я перебирал свою так называемую «библиотеку». И нашёл эту книгу. Она называется «Малоформатная фотография» и написана Веденовым. Одна книга в биографии этого мастера фотографии. Но какая книга! Отлично изданная, с массой формул и рисунков, с огромным количеством расчётов. Вот уж действительно — краткое описание фотоаппаратуры… А что тогда не краткое? Детальное описание всех деталей?

Найдя книгу, я задумался. А что, если бы её, этой книги, не было вовсе? Если бы она имела сугубо научный статус или была издана гораздо меньшим тиражом? Тогда, наверное, этой книги в моей жизни не было вовсе. И я бы не получил тот волшебный заряд, что движет мною долгие годы. Я не был бы любителем фотографии… Или не таким любителем, каким являюсь в данное время. И всё это было бы ужасно грустно.

Дело не в том, что я умею фотографировать. Нет, это вовсе не так. Я фотографировать, скорее, не умею. И бог с ним, с этим умением. Не это важно. Гораздо важней то, что я умею (я надеюсь, что умею) наслаждаться, ценить фотографию. Чужую, не свою. Умею оценить достоинства фотоснимка. Умею распознать шедевр, не путая его с подделками. Я многое умею — не меньше того, что умеют делать мои читатели. И это превращает нас в ценителей фотографии.

Именно это звание — ценитель фотографии — и подарила мне эта книга. Заполучив её, я поначалу отнёсся к ней, как к детальному описанию фототехники того времени. И был абсолютно прав. Это и есть детальное описание фототехники — со всеми характерными подробностями. Затем наступило переосмысление. Эта книга была ещё и учебником удачной технологии. С описанием всех основных дополнений — вспышек, проявителей, закрепителей и так далее. Наконец, эта книга заняла своё место в списке книг, посвященных скончавшейся, но такой заманчивой штуке, как аналоговая фотография.

Этому можно позавидовать. У одной единственной книги оказалась счастливая судьба. И неважно, как закончил свои дни её автор. Я ничего не знаю об А.Н. Веденове. Кто такой, понятия не имею. Но человек оказался настоящим, хорошим. Так и должно быть. Автор уходит в безвестность, книга его остаётся. Кстати, год издания — 1959. Хороший год. Оттепель, просвет посреди сплошного тумана. И эта книга — как учебник серьёзного дела.

Прошли годы. Многие книги из моей жизни безвозвратно ушли. Ушел даже Толстой — с его «Войной и миром». Попробуйте прочитать эту огромную книгу. Нужно не менее года, чтобы вдумчиво перелистать два фундаментальных тома. И я заменил её цифровым аналогом. Я заменил аналогами все книги, скопившиеся у меня за долгие годы. И ни разу не пожалел об этом.

Цифровая книжка, по сравнению с обычной аналоговой, имеет лишь одно преимущество. Она старится. Утрачивает флер новой книги, приобретает желтизну. Цифровой книге это недоступно. Она — лишь набор битов информации и не более того. Но помимо этого у цифровой книги полно преимуществ. Это не пыльный том, оставляющий за собой следы от прикосновения. Это — цифровая книга.

Прощаясь со своим аналоговым книжным наследием, я постоянно помню их мятые страницы. Помню их изношенные со временем корешки. Помню их обложки. Где это всё у цифровых книг? И где здесь признаки возраста — смутные, едва различимые. И всё же явные — с признаками времени, эпохи, исторического момента. Нет этих признаков. Просто — нет.

Зато у цифровых книг есть главное — их назначение. Если книжка написана и издана — она имеет собственную судьбу. Хорошую, как у книги «Малоформатная фотография», либо плохую (как у другой книги, разрядом похуже) — неважно. Главное — имеет. И точка.

Вообще, говорить о судьбах книг, ориентируясь на истории отдельных копий, трудно. У одной очень хорошей книги может быть совершенно непредсказуемая судьба — попади она в руки малограмотного человека. Но обычно такого с ней не происходит. Книги горят, ветшают и пропадают втуне. Но большинство из них всё же находят своего читателя — если написаны честно, на пределе возможностей и при полной выкладке. Не все, но десятая, скажем, часть изданных книг пробивается по нужным адресам.

Если говорить о «Малоформатной фотографии», то судьба этой книги была очень хорошей. Сначала она попала в руки опытного фотолюбителя. Он подержал её в своих руках, понял, что многого от неё ждать уже не стоит. И передал мне — совсем ещё юному любителю фотографии. У меня эта книга и прожила свои сорок лет. Или даже пятьдесят — если говорить о том, что прожито, без особых затей. И она напрашивается, напрашивается на выброс -  благо у меня есть несколько копий этой книги в цифровом формате и в разных вариантах (замечу — в форматах PDF, FB2, DejaVu и некоторых других). Но я все тяну и тяну. И, наверное, не избавлюсь от этой книжки, хотя… давно пора…

Но вот какая получается штука. Книга эта есть. Она делает свою работу. Книга давно не актуальна. Нет уже ни тех технологий, ни тех химических основ фотографии. Все происходит по-другому, иначе. Но книга по-прежнему жива. Она по-прежнему не даёт моему сердцу покоя. И рассказать о былом чуде, об аналоговой фотографии, способна только она. Что бы там ни говорили сторонники современных учебников.

Книга «Малоформатная фотография» — не отдельные эссе о технике. Это одна большая работа, посвящённая отдельной теме. Но со временем эта работа превратилась в… техническую поэму. Да, да, она стала настоящим гимном ушедшей технологии! И звучит по сей день — занимательно и торжественно. Ибо что значат современные технологии без их исторического подтекста? Ровным счётом — ни-че-го.

И всё же я подумаю и отправлю её туда, куда отправил все свои книги. А именно — в букинистический магазин. Я знаю, что за «Малоформатную фотографию» сейчас просят ни много, ни мало 1500 рублей. И я не в курсе, много это или мало. И… нужны ли мне эти деньги? За такую книгу.

Равнение на сильного

Рубрика: (Истории успеха) | Автор: moderator | Дата: 14-08-2013

Метки: , , , , ,

Меня с детства интересовала биографическая литература. Мемуары при этом мне не нравились. В этих книгах человек оценку давал себе сам. Мало кому удаётся рассказывать о своей жизни беспристрастно и без самолюбования. Я таких мемуаров, пожалуй, и не припомню. А в биографиях с этим всё в порядке — если, конечно, автор биографического произведения достаточно талантливый и порядочный человек.

Новые книжки я начинал читать с предисловия. И всегда выискивал биографические сведения об авторе. Мне было интересно — как этому человеку удалось написать такую замечательную книгу. И даже если книга была совсем не замечательная, я всё равно старался узнать об авторе побольше. Книжка же вышла, значит, она кому-то интересна и нужна. И мне следует понять, чем же она интересна. И почему ею не увлёкся я. Что со мною не так?

Любовь к биографической прозе сохранилась на всю жизнь. Более того, я и сам стал в некоторой степени биографом — если уж написал несколько (скажем так) книг, посвященных судьбам знаменитых актёров, музыкантов, писателей, учёных и  государственных деятелей.

Список имён довольно велик. Обычно я стараюсь писать о тех исторических персонажах, которых я либо люблю, либо испытываю к ним искреннюю симпатию. Исключений совсем немного. Распутин, Франко. И, пожалуй, всё.

Впрочем, и в судьбе испанского диктатора Франко можно найти вполне человеческие моменты. Меня, к примеру, заинтересовала история спасения сефардов, живущих в Греции. В годы Второй мировой войны над этими евреями, пятьсот лет назад изгнанными из Испании, нависла угроза массового истребления. Диктатор Франко объявил их испанскими гражданами. И несчастные были спасены. Немцы не посмели тронуть граждан дружественного государства.

Биография знаменитости — это своеобразный учебник успеха. Или, по крайней мере, уроки того, как следует или, наоборот, не следует жить.

Чем закончилась жизнь Франсиско Франко? Он сдержал свои обещания — вернул Испании короля. Покинул все государственные посты. И умер, как национальный герой… А затем, спустя десятилетия после кончины, Франко был признан кровавым диктатором. И многочисленные памятники этому человеку, возведённые по всей Испании, были снесены. Великие почести обернулись великим позором… Ему всё равно? А его потомкам? А его сторонникам, которые так и остались франкистами? Нет, это самая настоящая катастрофа. Крушение всего, что было создано этим человеком — со знаком «минус» или «плюс», неважно.

Самые любимые исторические персонажи — простые люди, наделённые невероятно ярким даром. То есть гении, прожившие свою жизнь, как обычные люди. Как трудяги, обожающие своё дело. К таким я отношу Эйнштейна, Киплинга, Дойля, Сименона и многих других. Одних выделяю, поскольку считаю их наиболее мне созвучными. (При этом вряд ли созвучен им я — всё же надо соизмерять масштаб личностей).

В числе любимцев — Владимир Набоков. Я преклоняюсь перед талантом этого писателя. Но при этом Набоков симпатичен мне и как человек. Мне нравятся его принципиальность и его снобизм. Он, вообще, жил, как хотел. И имел на то полное право, поскольку был безмерно одарён от природы и в полной мере реализовал свой талант. Правда, другим в этом праве жить как угодно я всё же отказываю. Почему? А потому что «не Набоков». И — точка.

Биографии великих (и не очень великих) людей в некоторой степени сродни популярным ныне реалити-шоу, в которых зрителю достаётся возможность наблюдать со стороны за жизнью героев действа. Правда, биография всегда предсказуема и неизменна. Жизнь-то человеческая уже прожита. И перемен в ней не предвидится. Спектакль сыгран. Занавес опустился. И зрелище завершилось. Осталось только послевкусие. То есть самое важное, что остаётся после человека — память.

У биографической прозы есть, по моему мнению, и оборотная сторона. Прочитав биографию Варлама Шаламова можно надорвать сердце. Это же не история жизни. Это крестный путь мученика. Казнь египетская, невероятно жестокие страдания. И — за что? Ответа не будет — ни за что. Так сложилась его жизнь.

Рассказы Шаламова я читаю крайне редко. И всегда откладываю в сторону с душевной тоской. Я знаю, что такое ГУЛАГ, по рассказам родителей. Отец, кстати, тоже не мог читать Шаламова. А Солженицына читал. Это совершенно разная проза.

Биографический роман может ввести в заблуждение. Очень многое зависит от автора. Вспомните биографические книги, посвящённые руководителям советского времени — тому же Сталину. Размах колебаний — от и до. И сделать однозначный вывод почти невозможно. Если, конечно, та эпоха не оставила в жизни читателя своего следа. Тогда ориентироваться проще.

Для меня биографические книги — сугубо документальная, но с элементами художественности проза (без этого биографии превращаются в сухие сводки, читать которые трудно и скучно). В них я выискиваю ответы на возникающие у меня вопросы. И так было всегда. Биографические книги — мои учебники. Судьбы талантливых людей — моя заочная школа жизни.

Под этими несколько пышными словами подпишутся, думаю, многие. Всем нам в начале пути нужен пример, тот самый вожак, который уже однажды проделал сложный путь к успеху. И сейчас предлагает нам хотя бы частично повторить его.

Да, не в примере дело. Дело в том трагическом одиночестве, в котором мы проходим по жизни — от момента рождения до последней черты. Мы — одни. Одни со своими страхами и тревогами. Со своим незнанием и глупостями. Со своими колебаниями и неуверенностью в своих силах.

Люди, о которых написаны биографические книги, становятся нашими друзьями и даже учителями. Трудно стать писателем в наше время? Очень трудно. Но Джону Стейнбеку было не легче. Он появился на свет, может, в не самую сложную для литературы эпоху, да не в том месте. И в профессию шёл каким-то особо извилистым, сложным путём. Однако, стал классиком американской литературы и даже Нобелевским лауреатом.

Тяжело пробиться к читателю (а без читателя какой писатель)? Да, очень. Но никто из пишущих даже не подозревает о том, насколько он популярен у читающей публике. Когда 15 мая 1916 года в Нью-Йорке на улицу вынесли гроб с телом Шолома Алейхема — нищего еврейского эмигранта и великого писателя дореволюционной России, провожать его вышли… 100 тысяч человек. 100 тысяч! Вряд ли Соломон Наумович мог это хотя бы предположить.

А главный урок, который преподали судьбы великих и знаменитых, очень прост. Не отчаивайся. Не опускай рук. Живи. И — ориентируйся на сильных. На тех, кто прошёл свой путь.

Попробуй и ты. У тебя получится.

Драгоценности читающего человека

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 12-08-2013

Метки: , , ,

В последние годы я стал читать меньше изданных традиционным способом, на бумаге, книг. Издатели говорят, что не я один. Спрос на книги упал. Соответственно, сократились тиражи. Прогнозы специалистов выглядят удручающе. Но я этим прогнозам не верю. Я стал читать меньше, но это касается только «бумажных» книг. В общем же я читаю гораздо больше. Благодаря Интернету мне доступны такие издания, заполучить которые я раньше и не мечтал.

В чём тут дело, понятно и без пространных пояснений. Меньше читать люди не стали, но обычных книг почти не покупают, пользуясь их цифровыми копиями. Электронные читалки, планшеты, смартфоны и персональные компьютеры — вот истинные «могильщики» традиционного книгоиздания. При этом, повторяю, самих книг меньше не стало. Их, наоборот, неизмеримо больше. Только книги эти существуют в иной форме — не на бумаге, а в виде цифрового кода. И по этой причине не приносят дохода всей книгоиздательской цепочке — от автора до продавца книжного магазина… Да, автору тоже перепадают крохи. Впрочем, так было всегда.

Сегодня я хочу поговорить не об этом. Не о будущем бумажной книги, на которое мы повлиять не можем — приобретай книги в магазине или нет. Наш голос в этом океане лишь жалкая капелька, от которой ничего не зависит.

Я хочу поговорить о чтении традиционной книги — как о несказанном и многими почти забытом удовольствии. И о том, что способствует комфортному чтению.

Да, книжки я покупаю не так чтобы часто. Но зато мне их дарят. И каждое приобретение, каждый подарок становятся событием. Я с удовольствием раскрываю новенькую, пахнущую типографской краской книгу, разрезаю ножом страницы (это уже точно забытая история), погружаюсь в чтение. Я усаживаюсь в кресло, ищу самую удобную позу. Рядом, на столике, большая чашка с отбитым краешком. В ней — чай с лимоном. Раньше у столика был ещё и старый радиоприёмник со светящейся шкалой. Сейчас приёмника нет (причем, давно). Но картина от этого не растеряла заряда сентиментальности. И чтение по-прежнему несказанное удовольствие высшего порядка. Как съесть двести граммов шоколада. Как выпить стакан густого, сладкого мангового соку. Как лечь на бочок, укрыться мягким одеялом и провалиться в крепкий юношеский сон…

Я обожаю чтение. А потому стараюсь обставить его повышающими комфорт штучками. О чае я уже упомянул. На мой вкус чай не должен быть слишком горячим и слишком сладким. И его должно быть много. Мой отец пил чай из пивной полулитровой кружки, которую он стянул в пивной. За четверть века ежедневного использования он эту кружку «выпил». То есть дно сосуда из толстенного стекла с годами было изрыто пустотами и истончено до такой степени, что его толщина не превышала толщины листа бумаги. В конце концов, кружка лопнула. И отец отправился за другой. Тоже в пивную. Красть эту штуку на этот раз не пришлось. Отец рассказал историю первой кружки и получил вторую в подарок — с самыми тёплыми пожеланиями. Мы жили в маленьком городке на Крайнем Севере, где люди относились друг к другу с невероятной сердечностью… К сожалению, сегодня это заявление выглядит ещё более фантастичным, чем в те годы.

У меня пивной кружки нет. Я легко могу приобрести её в магазине. В наше время в магазине можно купить, что угодно. Но мне уже не нужно. Я любил прихлёбывать отцовский чай из его кружки. А что мне эта, новая, у которой нет никакой истории? Глупый кусок стекла.

Кружки нет, но есть любимая чашка. Описывать её нет смысла, поскольку за ней никаких приключений не числится. Более того, эта чашка не так стара, как может показаться. Три года назад её не было в принципе. А шесть лет назад не было её предшественницы. И так далее — в глубины времени.

Но при этом чашка всегда была большой, керамической (никакой пластмассы) и увесистой. Я люблю цветную глазурованную глину. Хотя именно такой чашки у меня никогда и не было.

Да, так вот после чая в списке сопутствующих удовольствий числится музыка. Она должна звучать постоянно. Негромкая, спокойная. Что-то в любимом мною жанре эмбиент. Иногда я включаю индийские мантры (хотя, совершенно не понимаю их смысла — мне нравится сам гармонический строй мантр, их мелодии). Иногда — классическую музыку (особенно люблю фортепьянную).

Музыка звучит из компьютера. Музыкального центра у меня нет. Когда-то был, и не один. Но потом я от этих игрушек избавился, поскольку компьютер по музыкальной части догнал и перегнал любые электронные шарманки.

Музыка должна звучать тихо или даже очень тихо. Этакий ненавязчивый музыкальный фон, который лишь помогает сосредоточиться на книге. О феномене усиления внимания фоновым раздражителем (в данном случае музыкой) я уже когда-то рассказывал.

Что ещё? Кресло или диван. У меня самое удобное кресло — мягкое рабочее, с подвижным основанием. То есть так называемое «кресло руководителя». Хотя, руководить мне решительно не кем — кроме самого себя.

Свет. Это крайне важно — если читаешь бумажную книгу или цифровую с электронной читалки. Кстати, запах бумаги, вес книги, тактильные ощущения — это, практически, всё, что отличает в положительную сторону бумажное издание от читалки. Поэтому к электронной читалке привыкаешь моментально, а к чтению бумажных книжек возвращаешься с некоторым трудом. Я говорю, конечно, только о себе. У вас, наверняка, иначе.

И всё же — что может быть лучше бумажной книжки?.. Отвечу — чтение с экрана 27-дюймового монитора. Если при этом сидишь в удобном кресле, а рядом находятся все вышеперечисленные мелочи, преумножающие удовольствие от чтения.

Большой и хорошо настроенный (яркость, контраст, отображение цветов) монитор для чтения электронных текстов вне конкуренции. Я увеличиваю размер шрифта — до 24-30 пунктов. Отодвигаюсь от стола — отъезжаю на колесиках, которыми оборудовано кресло. И — читаю. Страницы перелистываю мышкой, нажатием на клавишу пробела — на клавиатуре. Или, если совсем «растащит», пользуюсь «яблочным» пультом дистанционного управления. Штука очень простая и очень удобная.

Но иногда я всё-таки перехожу к старым способам чтения — когда в моих руках оказывается хорошая книга, отпечатанная проверенным гутенберговским способом. Компьютер тоже не забываю. С него я захожу в Интернет, чтобы ознакомиться с критикой или уточнить какие-то исторические события, связанные с произведением, его автором или издателями.

Мне помогает весь рабочий комплекс компьютерной аппаратуры, в том числе и периферийные устройства. На лазерном принтере, к примеру, я распечатываю бумажные закладки, на которые потом заношу рукописные заметки. Во время чтения в голову приходит неожиданная мысль. Беру карандашик и записываю эту мысль на память. Не на книжной странице — на этой вот самодельной закладке…

Зачем я вам это рассказал? Причина проста. От нас, действительно, мало что зависит. Но давайте всё-таки покупать книги. Хоть понемногу, хоть изредка. Бумажная книга не должна умереть. Кусочки пластика и медные микросхемы, из которых сделаны читалки, настоящей книге не ровня.

Нанокнига

Рубрика: (Умные вещи в офисе и дома) | Автор: moderator | Дата: 18-03-2013

Метки: , , , ,

В конце минувшего 2012 года на российском рынке появилось новое устройство для чтения электронных книг. Эта читалка была представлена компанией teXet и в наименовании несет индекс TB-436. Уникальные особенности — маленькие размеры, 4-дюймовый экран на «цифровых чернилах» и неожиданно низкая цена — около 2 тысяч рублей (плюс-минус, разумеется).

Увидев эту машинку вживую, я задумался. Это первая электронная книга, которую мне захотелось приобрести. Почему? Об этом и поговорим.

Замечу сразу — 4-дюймовый малыш уже не одинок. Недавно анонсирована подобная книжка от компании Ritmix. Надо полагать, что вскоре подтянутся и другие конкуренты. Всё в конечном итоге зависит от спроса.

И здесь у новых устройств могут возникнуть проблемы. В гипотетическом представлении — какую читалку купить — экран в 4,3 дюйма по диагонали (то есть 10,9 см) не выглядит идеальным. Слишком он уж мал, чтобы можно было комфортно читать на нём книги. Лучшим выбором для большинства пользователей представляется читалка с 6-дюймовым экраном. Ну, а для чтения книг и документов в формате PDF нужно выбирать читалку с экраном побольше.

Всё так. Но стоит взять читалку в руки, как понимаешь — это очень удобное устройство. Удобное и для чтения в пути, и для «диванного» применения. Особенно, если дома уже есть планшетный компьютер, и к нему вдобавок хочется приобрести читалку на «цифровых чернилах».

В чём прелесть этой миниатюрной книжки? В её размерах. Корпус книги совпадает по размерам с нашим обычным российским паспортом. Вес читалки — всего 111 граммов (у конкурентов чуть больше, но не существенно). По этой причине читалку можно держать во внутреннем кармане пиджака, вынимая по мере необходимости.

Разрешение маленького экрана оставлено таким же, то у 5 и 6-дюймовых читалок — 600х800 пикселей. Этого вполне достаточно, чтобы текст и иллюстрации были легко различимы. То есть маленькая электронная книжка, несмотря на размеры, остаётся полноценным устройством для комфортного чтения. При этом книга не требует отдельной сумки для переноски. Её можно держать всегда при себе, как, скажем, смартфон.

Да — смартфон… Зачем мне ещё одна читалка, если я могу читать (и активно читаю) со смартфона? Как бы ни были хороши специализированные читалки на «цифровых чернилах», но ни одна из них не отвратила меня от чтения книг с экрана iPhone. С этим стоит разобраться.

Первый и самый главный аргумент в пользу маленькой читалки — её стоимость. Риск-то невелик. Что такое 2 тысячи рублей (или даже 2200)? За читалку с 6-дюймовым экраном придётся отдать в пять раз больше — без каких-либо гарантий, что ридер будет использоваться более-менее постоянно или хотя бы регулярно.

Второй аргумент — система питания. Ридеры на «цифровых чернилах» необычайно живучи. Если я буду читать книги с экрана своего iPhone на протяжении, скажем, 3 часов в день, то мне может не хватить заряда аккумулятора до конца дня. А читалка проработает около 3 недель. Ридер — не тот прибор, который нужно заряжать ежедневно. Расход энергии аккумулятора читалки зависит только от количества перелистываний страниц, а не от времени чтения.

Третий важный аргумент частично связан с предыдущим. Это размеры устройства в купе с эго относительной энергонезависимостью. Если читалка невелика и долго живёт от аккумуляторного питания, то появляется смысл использовать не одно универсальное устройство — смартфон, а два — смартфон и читалку. В этом случае не возникает противоречивых и запутанных ситуаций, когда во время чтения нужно ответить на входящий звонок или прочитать новое письмо. Приходится прерывать чтение, а потом отыскивать запущенную «книжную» программу среди фоновых приложений. Не ахти какие проблемы, но всё же удобней ответить на звонок, не выключая электронной книжки.

Сомнительный аргумент? Для меня — да. Именно эта неубедительность и не позволила мне приобрести книжку с 4-дюймовым экраном в личное пользование. Я по-прежнему читаю с экрана смартфона. И отказываться от этой привычки не собираюсь.

Здесь есть несколько деталей, на которые стоит обратить внимание. 4-дюймовые ридеры — новый класс устройств. Их программная начинка отработана недостаточно, чтобы полностью реализовать потенциал этих читалок. Точнее так — в прошивках маленьких ридеров используются те же программные решения, что и в полноразмерных ридерах с 5 и 6-дюймовыми экранами. Это приводит к тому, что самый крупный шрифт маленькой читалки имеет недостаточные размеры, чтобы не напрягать зрение. Для моих глаз этот самый крупный шрифт почти неразличим. На смартфоне же я могу увеличить шрифт до такой степени, что очки мне не нужны.

Другая подробность — я не вижу каких-либо преимуществ «цифровой бумаги» перед высококачественными экранами современных смартфонов. Меня убеждают, что ридеры берегут зрение, что они более комфортны в чтении. А на практике я вижу обратное. Малоконтрастная картинка — темно-серые символы на сером фоне. Трудности с чтением при недостатке наружного освещения. Медленное (и некрасивое — что тоже причина) пролистывание страниц.

Возможно, экраны на основе «цифровых чернил» кому-то зрение и сберегают. Но не мне. Я от чтения на таких устройствах устаю больше, чем при чтении со смартфона. Картинку на смартфоне я могу настроить в очень широких пределах. Я могу читать и в полумраке, и в полной темноте. Я могу снизить яркость подсветки экрана до минимума, могу её и увеличить — скажем, для чтения при ярком дневном освещении. Я могу подбирать размеры шрифтов. Я могу перелистывать страницы, как на обычной бумажной книге — с впечатляющими визуальными эффектами, к которым я привык, как к забавной и приятной особенности.

Наконец, проблема долговечности. Я пока ещё не видел внезапно вышедших из строя iPhone. Возможно, мне как-то по-особенному везёт. Но техника от Apple, по моему мнению, отличается очень высокой надежностью. А вот «мёртвые» электронные книжки я видел многократно. И многократно слышал о самой серьёзной проблеме владельцев ридеров — о хрупкости экранов на «цифровых чернилах».

Надежность — это не только проблема внезапной, незапланированной покупки нового устройства взамен вышедшего из строя. Это проблема смены привычек. Мне приходится отказываться не только от морально устаревшей и сломавшейся читалки. Мне приходится отказываться от читалки, к которой я привык. И это мне ужасно не нравится.

Оставим в стороне мои пристрастия. (Хотя, рассказывать я могу только о своём личном опыте — другого в моём распоряжении попросту нет). Стоит ли приобретать ридер с 4-дюймовым экраном — если хочется заполучить эту игрушку при любых «но» и «если»? Я отвечаю однозначно — да. Эти миниатюрные ридеры при всех их недостатках представляются очень удобными устройствами для чтения книг.

Только один совет. Перед покупкой, даже если цена кажется вам невероятно привлекательной, покрутите устройство в руках и прочтите пару страниц текста. Всё нормально? Глаза напрягать не приходится? Ну, и славно. Это — ваша книжка.

После книги

Рубрика: (Умные вещи в офисе и дома) | Автор: moderator | Дата: 08-02-2013

Метки: , , ,

Что же всё-таки будет с книгами в ближайшие лет десять-двадцать? Выживут ли традиционные технологии книгопечатания? И что будет с бумажными газетами и журналами? Неужели они полностью станут электронными и перейдут в Интернет?

На последний вопрос ответить проще, потому что газеты и журналы уже в Интернете. Ещё не полностью, но уже значительной своей частью. Тиражи бумажного варианта некоторых популярных изданий снизились до ничтожных цифр. А самые смелые (или самые отчаявшиеся?) издания полностью перешли на электронное распространение.

Как смена формы представления материала и его распространения повлияли на качество газет? Мне кажется, что периодика изменилась только в лучшую сторону. Электронная газета стала более реактивной. Новости появляются в ней моментально, поскольку нет довольно сложного процесса предпечатной подготовки, самой печати и системы доставки свежей газеты к читателю. В результате информация, публикуемая в Интернете на новостных порталах (а это аналог обычной газеты, отпечатанной на бумаге), оказывается настолько же актуальной, что и телевизионные новости. Но в отличие от ТВ и радио в электронном издании, как и в традиционной газете, есть место для аналитики и развлечений. Газетная полоса анекдотов никуда не делась, она просто трансформировалась в развлекательную рубрику, раздел или в дочерний онлайновый портал.

Из плюсов электронного издания стоит отметить упростившийся процесс подготовки номера к публикации. Собственно, номера-то и нет. Есть постоянно пополняемая лента новостей и статей. Из старой редакционной гвардии нужны, разве что, редактор, ответственный секретарь (отвечающий за вид издания и наполнение его информационными материалами) и корректор. Корректор нужен больше всего, потому что в электронном издании штат профессиональных журналистов, зачастую, отсутствует. И в профессию приходят люди не особенно подготовленные и даже, к сожалению, не очень грамотные. В результате онлайновые издания изобилуют описками и откровенными ошибками — фактическими, грамматическими и даже орфографическими.

Это один из огорчительных минусов электронной газеты. Вероятно, в будущем штат пишущих и снимающих журналистов будет формироваться только из профессионалов. Те, кто только приходит в профессию, будут вытеснены в новые и экспериментальные издания. Так происходит сегодня (и происходило в прошлом) с газетными журналистами, работающими в бумажных изданиях. Устроиться в старую газету с хорошей репутацией довольно трудно. Журналист должен иметь приличный запас публикаций и опыт работы в других изданиях. А новые газеты, которым от роду неделя, берут всех подряд. Мол, давай начнём, а там видно будет. Вполне работающая и очень неплохая модель. С чего-то начинать же надо?

Так вот, принципы редакционной организации традиционных бумажных изданий мало чем отличаются от тех же принципов онлайновых новостных порталов. А стоимость производства издания уменьшается на порядок. Редакции не нужен даже офис, вполне хватает связи по электронным каналам коммуникации — телефонной связи и Интернету. Не нужен, как ни удивительно, и штат постоянных работников. Журналистов — точно. У пишущего человека есть реальная возможность сотрудничать с несколькими изданиями. Если человек справляется, то почему бы и нет?

Вроде бы возникают проблемы финансирования, но на самом деле и они решаются гораздо проще, чем в случае традиционного издания на бумаге. Доходы от электронного издания складываются из денег, получаемых от подписчиков и от рекламодателей. Платная подписка себя пока не оправдывает — онлайновая периодика вынуждена отказываться от этой формы распространения своих материалов. И доходы сильно сокращаются. Но и денег на производство издания нужно значительно меньше. Настолько меньше, что доход от рекламы способен покрыть все расходы, в том числе и на гонорары авторам материалов.

Если не обращать внимания на жалобы издателей, привыкших к раздутым бюджетам бумажных газет, то ситуация выглядит лучше, чем можно предположить. Современному журналисту заработать в онлайновых изданиях проще, чем в традиционных газетах. Нужно лишь суметь выдержать конкуренцию — то есть быть лучшим из лучших в своей профессии. Это непросто, но вполне возможно.

А что журналы? С ними несколько сложней. Прежде всего, нужно разделить журналы на обособленные группы — по их назначению. С литературными «толстыми» журналами ничего не произойдёт. Они будут издаваться на бумаге небольшими тиражами. Это издания нишевые, предназначенные для особой аудитории — критиков, писателей, утончённых ценителей современной литературы. Перед автором, который приходит в такой журнал, не стоит задача заработать на жизнь. Ему важно опубликовать результаты своей работы — в надежде на то, что его заметят. На жизнь он заработает в другом месте — в книжном издательстве.

А вот глянцевые журналы развлекательного характера уже неудержимо устремились в Интернет. И от этого — в качественном плане — только выиграли. Рядом с яркими фотоснимками в этих изданиях используются видеоролики и элементы оформления, о которых в бумажном варианте нельзя было и мечтать (например, анимированные фотографии).

В развлекательных изданиях — глянцевых журналах — всегда присутствовал игровой момент. Человек покупает за 100 рублей журнал, в котором рекламируются швейцарские часы стоимостью в 30 тысяч долларов. И у него возникает иллюзия сопричастности к «красивой жизни». Пусть и на считанные мгновенья, но он ощущает себя достаточно богатым, чтобы прицениться к этой роскоши. Этот игровой момент используется и в изданиях посерьёзней — например, в автомобильных журналах. Казалось бы, какой смысл описывать в «народном» автомобильном издании последнюю модель «Порше»? Но ситуация выглядит ещё забавней, когда понимаешь — основная масса читателей автомобильных изданий люди «безлошадные». У них нет автомобиля. Но они мечтают его приобрести.

В онлайновом варианте развлекательного издания игровой момент многократно усиливается. И это идёт изданию на пользу. А средств на подготовку и распространение издания нужно существенно меньше. Поэтому будущее онлайновых журналов, как и онлайновых газет, представляется вполне благополучным.

А что с книгами? Примерно то же, что и с другими электронными изданиями. Бумажные книги постепенно утрачивают популярность. И дело вовсе не в количестве персональных компьютеров (которые, действительно, пока есть не в каждой семье). И не в количестве электронных читалок (в странах Юго-Восточной Азии и в Китае это довольно редкий «зверь» — по техническим причинам, из-за трудностей с электронным представлением иероглифических текстов и текстов на восточных алфавитах). Телефон или смартфон есть сегодня у каждого человека — в любой самостоятельной в экономическом плане стране. Именно эти устройства и используются для чтения электронных газет, журналов и книг.

Книгам ничего не грозит. Ничего не грозит и их авторам. Разве имеет какое-то значение форма представления литературного текста — на бумаге или в электронном виде? Читатель платит за содержание и только потом за оформление. А электронные книги выглядят ничуть не хуже бумажных.

Проблема в издателях, которые мёртвой хваткой держаться за традиционные технологии. А времена уже изменились. И выиграют лишь те, кто успеет на отходящий поезд.

Записки на закладках

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье, Человек пишущий) | Автор: moderator | Дата: 29-05-2012

Метки: , ,

Каких только ни бывает книжных закладок… Есть закладки пластиковые, металлические, тканевые. Есть многофункциональные, вроде закладки-ручки или закладки с лампочкой подсветки. Есть сувенирные, с памятной символикой. Есть, наконец, бумажные — с картинками и узорами.

Но самыми удобными можно считать бумажные закладки со свободным полем для записей. Почему? Потому что на такой закладке легко делать записи, улучшающие организацию работы с книгой.

Об этом и поговорим — о записках на книжных закладках.

На первый взгляд тема элементарно проста. Классическая книжная закладка — всего лишь полоска бумаги, которой мы отмечаем страницу, где прекратили чтение. Или отмечаем ею нужный фрагмент текста, к которому предполагаем вернуться, скажем, ради остроумной цитаты. Или записываем на ней пришедшую в голову мысль, родившуюся во время чтения. Или черкаем на закладке короткое напоминание, которое следует перенести в планировщик. Или помечаем на ней название книги, которую стоит прочитать следом.

Заметьте — перечислены далеко не все функции книжной закладки. Так что тема не так уж и проста.

У книжной закладки два главных предназначения. Первое — облегчить регулярное чтение, пометить ту страницу, на которой мы остановились. И второе — уберечь книгу от рукописных пометок.

С первой задачей прекрасно справляется ляссе, закладка из узкой тесьмы. Ею оснащаются практически все элитные записные книжки, но… не книги. К сожалению, мода на ляссе, как и мода на высококачественные переплеты ручной работы, в прошлом. Во всяком случае, наиболее ходовые книги, которые продаются по приемлемой стоимости, ляссе не оснащаются (о дорогих сувенирных изданиях не говорим, это книги не для чтения).

У ляссе есть два серьезных недостатка. Во-первых, ленточка на всю книгу одна. С некоторым ограничением, если длина тесемки позволяет, ляссе можно пользоваться, как двойной закладкой — загибая ее конец в другой разворот страниц. Но попробуйте открыть основной разворот, не трогая того, который заложен кончиком. Не особенно удобно, верно?

Во-вторых, ляссе не подразумевает нанесение на нее каких-либо пометок. Ленточкой можно отметить разворот страниц, но не строку, не предложение и не слово. Приходится прибегать к пометкам на самой странице (что совсем плохо) или к пометкам на клочке бумаги, вложенной между страниц. Зачем же тогда эта ленточка? Достаточно и полоски бумаги.

Решив попробовать в деле бумажные закладки, не скупитесь — приобретите (или изготовьте сами) сразу комплект однотипных закладок. Набор закладок сильно облегчает вдумчивое чтение и, тем более, работу с книгой. Причем, это касается и книг со вшитой в переплет ленточкой.

Ляссе оснащают обычно книги, которые активно читают и перечитывают. Например, Библию. Или словари. Или справочные книги. То есть те издания, которые относятся к разряду «настольных книг». Но именно этим книгам и необходим набор бумажных закладок. Мы же постоянно возвращаемся к одним и тем же страницам. И страниц этих не одна и не две. Пусть каждый из нужных разворотов будет помечен своей закладкой, которая так и останется «жить» в своей книге.

Какие закладки лучше выбирать? Неяркие — чтобы на пестром фоне не терялись карандашные пометки. Достаточно широкие — чтобы можно было записать на бумажной закладке слово или целое предложение. Из качественной плотной бумаги (мне очень нравятся дорогие закладки из бумаги верже, но они редко попадаются на глаза и обычно избыточно декорированы).

Длина закладки должна быть такой, чтобы полоска бумаги выступала за край страницы на несколько сантиметров. Короткие закладки неудобны. Почему? Вот один из типичных сценариев использования книжных закладок.

Перед чтением кладем поблизости от кресла, в котором мы устроились, конверт с закладками и карандаш. Можно простой, в деревянной облатке, можно механический. Главное — с тонко заточенным и непременно мягким грифелем. Штрих мягкого грифеля легче стирается ластиком без повреждения поверхности бумаги.

Дочитали до нужного фрагмента книги. Возникает необходимость воспользоваться закладкой. Берем из коробочки закладку. В верхней, выступающей за обрез книги части, помечаем страницу, которую нужно запомнить. Подгоняем нижнюю часть закладки под страницу. И карандашом помечаем нужную строку. Если необходимо уточнение, рядом с риской записываем слово, с которого начинается отмеченное предложение, и, соответственно, слово, завершающее выделяемый фрагмент.

У бумажной закладки две рабочие стороны. И если мы захотим пометить что-то на правой странице разворота, сделаем то же самое — в верхней части оборотной стороны закладки обозначим номер страницы, карандашной линией отметим строку и запишем на закладке слова-метки.

В результате по номерам страниц, нанесенным на закладки, мы сможем увидеть количество и расположение пометок, не раскрывая книги.

Почему для пометок не годится ручка? Чернила перьевой ручки могут испачкать страницу книги. Шариковая ручка в этом плане безопасней. Но вдруг вы не удержитесь от пометок в самой книге? Этого делать не нужно. Если все-таки приходится, то лучше воспользоваться мягким карандашом. Следы грифеля легко стираются. Книгу всегда можно привести в порядок, не нанеся ей непоправимого урона.

Сколько бумажных закладок может быть в книге? Столько, сколько нужно. В отличие от любых других закладок, бумажные не разрушают переплет. Они достаточно тонки, чтобы книга в закрытом состоянии не утратила форму. Плоские бумажные закладки не деформируют тетрадки переплета. Наконец, из-за своей ширины и шероховатой структуры бумаги они не вываливаются из книги при неосторожном обращении. А если и вывалятся, то благодаря пометкам их легко вернуть на место.

Закладки — инструмент для организации углубленного чтения. Но далеко не единственный инструмент. Есть масса вспомогательных вещиц, которые улучшают функциональность закладок.

Возвращаясь к карандашным пометкам на страницах книги, заметим еще раз — делать этого не следует. Не помню случая, чтобы человек, работавший с какой-либо книгой, уделил время на приведение книги в первоначальный вид. А книга никогда не предназначается для одного читателя — даже если это издание из вашей личной библиотеки. Книги переживают людей. Они передаются в наследство, переходят в другие руки. И это замечательно. Должно же что-то остаться в этом мире после нас? Подумаем о тех, кто раскроет книгу за нами. Им наши пометки ни к чему. Ни к чему они и самой книге.

Но помечать слова и целые предложения как-то надо? Пометки на закладках не всегда информативны и удобны. Тогда воспользуемся стикерами — самыми узенькими, предназначенными как раз для пометок в книгах. Эти липкие листочки не оставляют на бумажных страницах никаких следов. Их можно подбирать по цветам, отмечая красными стикерами, к примеру, самые важные места текста, желтыми — менее важные, зелеными или синими — просто понравившиеся фрагменты.

В сочетании с бумажными закладками липкие полоски сильно облегчают работу с любой книгой. Разобранная таким способом «по полочкам», вполне понятной становится даже такая сложная вещь, как творение Джойса «Улисс». Насладиться этим романом мне в свое время помогли именно закладки. Их в книге собралось несколько десятков. И все они были сплошь исписаны волновавшими меня вопросами…

Вот чего делать нельзя категорически — загибать уголки книжных страниц, используя их вместо закладок. Почему? Так варварство же. Книги такого отношения не заслуживают.

От руки

Рубрика: (Как рождались технологии) | Автор: moderator | Дата: 04-05-2012

Метки: ,

До XV столетия книги были исключительно рукописными. Каждая из них — результат кропотливого труда писца, реального человека, вложившего в книгу часть своей жизни. Кто эти люди? Чем и как они жили? Какими инструментами работали?

С глубокой древности до середины Средневековья писцы делились на две категории. На переписчиков, копировавших чужие тексты, и на авторов, создававших свои книги от начала до конца. Переписчиками написаны все религиозные тексты — многочисленные «Библии», «Евангелия», богоугодные книги. Философы и драматурги древности писали свои книги сами. Переписчики приступали к делу только на стадии тиражирования — когда кто-то из богатых патрициев заказывал копию того или иного труда.

На Руси рукописные книги появились в XI веке — спустя 200 лет после изобретения славянского алфавита. Возможно, рукописные издания выходили и раньше, но до нашего времени эти книги не дошли.

Русская рукописная книга дожила до XVIII столетия. Вытесненная окончательно печатной книгой, она стала достоянием библиотек, музеев и коллекционеров. Но к 1700 году большинство книг было именно рукописным и носило религиозный характер (за редким исключением — вроде «Изборника Святослава» 1073 года, в котором освещены и светские темы).

Монополией на рукописные издания владела церковь. И это вполне объяснимо. Труд писца невероятно тяжел. Это не просто работа, это настоящая схима. Переписчик должен быть не только грамотным человеком, но обладать усидчивостью, огромным терпением, владеть в совершенстве искусством каллиграфии и рисунка. Большинство рукописных книг проиллюстрировано самими переписчиками.

Любопытно сравнить русскую рукописную книгу XI-XV веков с древними книгами других народов, живших на два тысячелетия раньше. В отличие от средневековых русских и европейских изданий, древние рукописные книги не были прерогативой религии. Письменные памятники Древней Шумеры удивляют именно тем, что дошедшие до нас тексты носят бытовой характер. То же и с книгами. Древнегреческие и древнеримские издания большей частью относятся к различным областям науки и искусства. В древних языческих религиях  отсутствовал жестко документированный канон. Исключительно религиозный характер рукописная книга приобрела в Древней Иудее. А с распространением христианства издание рукописных светских книг фактически сошло на нет.

Тем не менее, не все русские средневековые писцы имели прямое отношение к церкви. Историки считают, что более половины профессиональных переписчиков были светскими людьми, работавшими ради заработка. Другая часть — люди духовного звания. Среди них монахи, иноки, священнослужители и просто верующие, работавшие по обету или приказанию настоятеля храма.

Бесценным для историков источником информации о писцах служат рабочие записи в конце книг. В них содержатся имена писцов, их заметки о работе. Другим источником служат графические миниатюры, авторы которых зачастую изображали себя и обстановку мастерской. Благодаря этим записям и иллюстрациям, которые можно рассматривать в качестве своеобразных дневников, мы знаем имена некоторых писцов. Например, в книге 1047 года автором значится «поп Лихой Упырь». В книге 1129 года — «Антоний, инок».

Сама работа писца подразумевала предельную аккуратность и сосредоточенность. Ошибки и помарки были недопустимы и считались большим грехом. Не будем забывать, какие тексты переписывали древние писцы. Работа начиналась с долгого молебна. Приступив к созданию книги, переписчик не знал выходных дней. Работа шла с раннего утра и до ночи.

В качестве примера можно обратиться к «Остромирову евангелию», написанному с октября 1056 года по май 1057 года. Это самая древняя из русских рукописных книг, дошедших до нашего времени. Работа над книгой длилась 7 месяцев. В книге 294 листа. Соответственно, писец осиливал по полторы страницы в день.

По некоторым сведениям работа над рукописной книгой продолжалась не только в светлое время суток. Возможно, писцам приходилось заниматься и другими делами — заботиться о семье, хлопотать по хозяйству. Во всяком случае, в рабочих записях в конце некоторых книг можно увидеть жалобы на «дремание», ставшего причиной нечаянных ошибок.

До XIV столетия материалом для книг служил пергамент (или пергамен) — специальным образом выделанная кожа. Позже пергамент был вытеснен бумагой. Распространение пергамента (а он появился во II столетии до Нашей эры в Малой Азии, на территории нынешней Турции) изменило форму рукописных книг. Из длинных свитков они превратились в сложенные прямоугольные листы — в кодексы. На одном согнутом пополам листе умещалось 4 страницы текста. Края пергаментного листа подвергались обрезке. Отдельные листы сшивались в переплет.

Пергамент не утратил популярности и после изобретения книгопечатания. До XVIII века рукописные книги создавались, преимущественно, на пергаменте. А после окончательного воцарения печатной книги пергамент стал использоваться в переплетах и для изготовления обложки.

Церковь заказывала пергамент у шорников. При этом материал был довольно низкого качества. Писцам приходилось самостоятельно отбеливать кожу и латать дыры.

Какие инструменты для письма использовали средневековые писцы? Гусиные перья и железистые чернила. И то, и другое заготавливали сами переписчики.

Рабочее место писца, если судить по книжным миниатюрам, представляло собой стол или тумбу для инструментов и несколько резных скамеек без спинок. Работали не в одиночку — на миниатюрах изображены четыре писца. Сидели на подушках. Писали как на свитках (необрезанных листах пергамента), так и на отдельных листах и даже в готовых тетрадях (книгах), держа их на коленях. Перед работой листы подвергались линовке острым инструментом. Оставшиеся после линовки риски со временем затягивались. А при письме они позволяли выдержать размер шрифта и ориентацию строк.

Переписываемый оригинал обычно располагался на отдельном пюпитре перед глазами переписчика. Но часто использовалась другая технология — диктовка. По всей видимости диктовка использовалась при тиражировании рукописной книги — при одновременной переписке сразу нескольких экземпляров одного и того же произведения.

Из инструментов использовались двойные чернильницы — для черных чернил и киновари, которой расписывали буквицы. Запас чернил хранился в кувшинчике. В работе применялись такие инструменты, как циркуль, линейка, нож и шило.

Работа русского писца была тяжела, но не столь удручающа, как в средневековой Европе. Там писец, приступая к работе, давал обет молчания. У нас же на Руси писцы не только имели возможность вести во время работы беседы, но и отдыхали, как могли. Достаточно сказать, что главным бичом профессии переписчика было… пьянство. Измотанные монотонной работой, писцы позволяли себе основательно приложиться к чарке. О чем и написал один из переписчиков Козьма Попович: «Охъ мне лихаго сего попирия: голова мя болить, и рука ся тепет». Тяжело было человеку…

Первые книги в истории человечества — «Библия» Гутенберга

Рубрика: (Как рождались технологии) | Автор: moderator | Дата: 27-04-2012

Метки: , ,

Эта книга, 42-строчная «Библия» Гутенберга, считается самой первой печатной книгой. Сегодня это не самая редкая из старинных книг — до наших дней сохранилось 47 экземпляров «Библии» Гутенберга, из которых 21 полный. Но тем не менее, это самая дорогая книга в истории. На аукционах стоимость одного листа этой книги доходит до 80 тысяч долларов. А экземпляр первого тома Библии, приобретенный в 1987 году токийским университетом Кэйо, обошелся покупателям в 4 миллиона 900 тысяч долларов.

Вместе с тем об истории создания этой книги мало что известно, как мало что известно и об Иоганне Гутенберге, европейском первопечатнике. Более того, на протяжении веков приоритет изобретения книгопечатания отдавался человеку, продолжившему дело Гутенберга, но перед этим разорившему  его — Иоганну Фусту. Только в 1889 году был обнаружен и опубликован судебный протокол, который косвенно подтверждает приоритет Гутенберга.

Почему «Библия» (Вульгата, то есть Библия для чтения, общедоступный вариант главной христианской книги), которую по месту издания называют еще «Майнцской», именуется 42-строчной? Строк-то на первых страницах меньше — их 40, а не 42? Дело в том, что, готовя набор книги, Гутенберг экспериментировал с изобретенными им же шрифтами. Он стремился достичь полного сходства печатной книги с книгой рукописной. А в рукописных вариантах в то время было и 40, и 42 строки на странице. Сорокастрочный набор показался Гутенбергу более красивым. Но первопечатник постоянно нуждался в деньгах. И в целях экономии крайне дорогой в те годы бумаги он перешел на 42 строки.

К слову — позже появилась и 36-строчная Библия, которую долгое время считали предшественницей 42-строчной. Однако это был более поздний вариант (не гутенберговский).

Почему Гутенбергу было так важно имитировать рукописную книгу? Чтобы поднять стоимость каждого экземпляра (а «Библия» была выпущена Гутенбергом в количестве около 180 штук). Первые покупатели не особенно доверяли печатным книгам. Вкладывая большие деньги — каждая Библия обходилась в 30 флоринов (на треть дешевле, чем рукописный вариант книги) — покупатели хотели получить «настоящий» товар. Это первое. И второе — первыми клиентами Гутенберга были преимущественно монастыри, настоятели которых считали печать святых книг «происками дьявола». Но качество печати Библии Гутенберга было настолько высоким, что отличить печатную версию книги от рукописной было, практически, невозможно. Сравнить-то было не с чем!

Удивительная история. С появлением книгопечатания в Китае (на несколько веков раньше!) рукописные книги утратили привлекательность. Именно распространение печатных книг привело к тому, что древние рукописные свитки религиозного характера были свезены в пещеры Могао — в храмовый буддистский комплекс в оазисе Дуньхуан. Рукописные книги уступили место печатным. А в Европе долгое время было все наоборот. Печатным книгам не особенно доверяли, рукописные варианты казались более достоверными и надежными.

Дело, наверное, все-таки в высокой стоимости книг. Невероятно точная, почти ювелирная работа по печати и отделке переплета книг требовала большого времени и усилий. Подготовка к изданию первого тиража Библии заняла у Гутенберга (предположительно) около 5 лет. Само тиражирование — 2 года.

Эта книга считается первой в истории, хотя исследователи говорят о том, что она стала результатом большой подготовительной работы. Мастерская Гутенберга, ставшая затем первой в Европе типографией, была основана в 1448 году. Добавим — по всей видимости. Точных сведений об этом история не сохранила. Но именно в 1448 году 48-летний (или 51-летний, точная дата рождения первопечатника неизвестна) ювелир из Майнца Иоганн Гутенберг взял в долг 150 гульденов — предположительно, на основание нового дела.

Иоганн Гутенберг

Иоганн Гутенберг

Гутенберг родился в Майнце, но долгое время прожил в Страсбурге, где, по всей видимости, и изобрел технологию металлического набора и печати на бумаге. Считается, что основные элементы новой технологии были изобретены Гутенбергом уже в 1440 году. Никаких документов об этом не сохранилось, но есть сведения, что в течение последующих десяти лет Гутенберг выпускал различную печатную продукцию — календари, учебники латыни, индульгенции.

Вернувшись в 1448 году в Майнц, Гутенберг занялся изготовлением металлического набора, печатного станка и доработкой технологии. Ему, в частности, пришлось изобретать типографскую краску. Составы для ксилографии, печати с гравированных досок, не подходили — отпечатки получались слишком бледными. Гутенберг модифицировал краску, добавив в нее медь, серу и свинец. В результате буквы в отпечатках получились глубоко черного, с металлическим отблеском, цвета.

В 1450 году Гутенберг привлек к своему делу компаньона. Им стал майнский ростовщик и купец Иоганн Фуст. Фуст вложил в типографию Гутенберга 800 гульденов, обещая выплачивать ежегодно такую же сумму на приобретение бумаги, типографской краски, оплату работы наемных работников. Однако Фуст своего слова не сдержал. В 1452 году он выдал Гутенбергу еще 800 гульденов и от дальнейшего участия в делах типографии уклонился.

В 1455 году, когда тираж «Библии» был отпечатан, и стало ясно, что дело Гутенберга обещает принести немалые барыши, Фуст вопреки договоренностям потребовал у Гутенберга возвращения долга, который к тому времени составлял 2026 гульденов с учетом процентов. Гутенберг заявил, что Фуст обещал не требовать выплаты процентов до момента, пока типография не начнет приносить доход.

Дело дошло до суда. Суд конфисковал типографию у ее основателя и передал Фусту. Так Гутенберг был отстранен от главного дела своей жизни, а его бывший компаньон Иоганн Фуст стал «первопечатником».

Заметим — у Фуста все получилось. Изобретения Гутенберга, да деньги Фуста сделали свое дело. Новый владелец типографии взялся за выпуск религиозных и исторических книг.

Любопытно, что Гутенберг пережил своего разорителя на два года. Лишившись всего, что он имел, Гутенберг создал новую компанию — с Конрадом Гумери. В 1460 году в свет вышла очередная печатная книга Гутенберга — сочинения Иоганна Бальба.

Фуст, получив в собственность типографию Гутенберга, закрыл ее и тут же основал новую, чтобы у обывателей не возникало «нехороших мыслей». Его компаньоном стал бывший помощник Гутенберга, в прошлом переписчик книг, Петер Шеффер, сделавший головокружительную карьеру. Шеффер женился на единственной дочери Фуста Кристине и, таким образом, из подмастерья вырос в полноценного совладельца типографии.

Первой книгой типографии Фуста-Шеффера стала 350-страничная Майнская псалтирь, вышедшая в свет 14 августа 1457 года.

Иоганн Фуст скончался (предположительно) в 1466 году. Возможно, причиной его смерти стала чума, бушевавшая в Париже, куда Фуст отправился с деловой поездкой. А настоящий первопечатник Иоганн Гутенберг умер 3 февраля 1468 года. Он был похоронен в родном Майнце, но могила за давностью времен не сохранилась.

Зато сохранилась первая печатная книга — «Библия» Гутенберга.

Модная штука – электронные ридеры

Рубрика: (Умные вещи в офисе и дома) | Автор: moderator | Дата: 03-10-2011

Метки: , , , ,

О ридерах – устройствах для чтения электронных книг – говорят уже более десятилетия. Но популярными они стали только в наше время, когда развитие технологий догнало заложенную в конструкцию ридеров идею – заменить бумажную книгу цифровым аналогом.

Ридеры или «читалки» продаются сегодня во всех магазинах потребительской электроники. Спрос на них настолько велик, что производители выпускают модель за моделью. Правда, если внимательно приглядеться, то обнаружится, что большинство читалок – практически близнецы. Они выпускаются ограниченным количеством заводов и продаются разными компаниями под опять же разными названиями. Отличия незначительны и касаются оформления устройства. Это общепринятая мировая практика – продавать удачное устройство под собственным брендом.

Тем не менее выбор конкретной модели – дело не такое уж простое. Какой ридер лучше? В чем отличия одного устройства от другого? Стоит ли тратиться на «читалку» в принципе? И главное: что собственно ридер привносит в нашу жизнь нового? Об этом и поговорим.

В результате непродолжительной пока еще эволюции электронные ридеры заняли в компьютерной иерархии свое место. В самом верху этой воображаемой лестницы находятся планшетные компьютеры, вроде знаменитого iPad. Эти достаточно мощные многофункциональные устройства с цветными сенсорными экранами способны выполнять огромный круг задач, в том числе работать в качестве ридера. Их главные отличия от собственно «читалок» – высокая стоимость, яркий цветной экран, относительно непродолжительное (до 10 часов) время работы, большой (по сравнению с ридерами) вес.

Следом за планшетными компьютерами идут ридеры с монохромными экранами на основе электронных чернил. Среди ридеров есть модели, которые по своей функциональной насыщенности вплотную приближаются к планшетным компьютерам. Но, в отличие от планшетов, они наделены экранами с пониженным быстродействием. На таких «читалках» невозможно смотреть видео, картинки выводятся в черно-белом варианте, браузер (если «читалка» оснащена адаптером для беспроводного подключению к Интернету) работает очень неторопливо, что обусловлено технологией изготовления экрана на электронных чернилах.

Но есть у ридеров и важные достоинства. Они очень долго работают от встроенного аккумулятора, поскольку электроэнергия расходуется только на перерисовку изображения в ходе перелистывания страниц. Экраны на электронных чернилах ничего не излучают, в отличие от экранов на основе ЖК-матриц, установленных в планшетные компьютеры. Наконец, ридеры имеют небольшие размеры, ощутимо легче планшетных компьютеров, ими очень просто управлять.

В самом низу этой иерархической лестницв расположены дешевые ридеры на основе цветных ЖК-экранов. Это не планшетные компьютеры, поскольку они лишены широкой функциональности. И не полноценные ридеры, поскольку оснащены подсветкой (то есть их экраны излучают свет), от аккумулятора работают непродолжительное время, обладают скромными возможностями. Преимуществами этих устройств является низкая стоимость и возможность просматривать цветные фотографии и видеоролики.

Выбирая электронную читалку, вы должны четко знать ответ на один существенный вопрос: какое устройство подходит именно вам?

Критерии выбора у каждого будущего владельца электронной книги свои. Однако есть несколько общих правил, которые помогут определиться окончательно. Одно из них – универсальные устройства всегда выполняют основную функцию хуже, чем устройства специализированные. «Читалка» на основе электронных чернил не обладает возможностями планшетных компьютеров, но основную свою функцию – вывод на экран текстов – выполняет великолепно. Поэтому есть смысл рассматривать планшетные компьютеры и ридеры как отдельные устройства с практически не пересекающейся функциональностью. То же касается и других цифровых устройств, пригодных для чтения книг – ноутбуков, медиаплееров (к которым следует отнести и дешевые ридеры с цветными ЖК-экранами), смартфоны и коммуникаторы.

Кардинальное отличие экрана на основе электронных чернил заключается в том, что изображение становится видимым только при освещении от внешнего источника света. То есть текст и иллюстрации на экране ридера становятся видны только в отраженном свете от внешней лампы, солнца, рассеянного дневного освещения. Ридеры безопасны для нашего зрения, поскольку изображения на их экранах не имеют резких перепадов яркости, как на экранах, построенных по технологии жидкокристаллических матриц. По своим оптическим характеристикам экран на электронных чернилах схож с обычной книжной страницей.

Читать с экрана ридера комфортно и безопасно. Но это не все преимущества «читалки» перед обычной книгой. В памяти ридера умещаются сотни и даже тысячи книг. В небольшом устройстве размером со средний блокнот и весом в полторы сотни граммов можно хранить огромную библиотеку, которая в бумажном виде заняла бы целую квартиру. При этом отыскать нужный фрагмент текста в обычной библиотеке задача непростая. Даже если ваша библиотека хорошо каталогизирована, искать нужную цитату можно часами. На ридере та же задача выполняется в считанные секунды.

Взяв в руки бумажную книгу с мелким шрифтом, мы вынуждены пользоваться очками или… с сожалением отложить книгу в сторону. На ридере шрифтовое оформление настраивается моментально. И если мы устали читать мелкий шрифт, увеличить его можно нажатием одной кнопки (или выбором соответствующего пункта системного меню).

Удобно, комфортно, безопасно… Почему же бумажная книга до сих пор не вытеснена электронными «читалками»? Потому что у ридеров есть практически неодолимые недостатки. Причем эти недостатки – продолжение достоинств электронной книги.

Первое: пользоваться электронной книгой сложней, чем бумажной. В традиционной книге нет ни кнопок, ни вложенных меню. Просто бери и читай.

Второе: цена. Как бы ни была хороша электронная «читалка», она стоит слишком дорого, чтобы мы могли походя ее купить. Но, как только средняя цена на ридеры опустится ниже важной в психологическом плане отметки в 3 000 рублей (то есть в 100 долларов), ситуация изменится. И «читалка» станет товаром массового спроса.

Третье: хрупкость ридеров. Самая уязвимая и самая дорогая деталь «читалки» – экран на электронных чернилах. Особенности технологии таковы, что экран изготавливается из листов очень тонкого хрупкого стекла. В результате пресловутый «стеклобой» – ахиллесова пята читалок. Хотя уже выпускаются ридеры с пластиковыми экранами (или с надежной пластиковой защитой).

Наконец, размеры экранов ридеров неудобны для просмотра технической документации, чертежей, таблиц. Стандартные размеры экранов по диагонали – 5–9 дюймов. Увеличение диагонали влечет резкое удорожание ридера. Но, возможно, не стоит гнаться за универсальностью устройства. На портативном ридере с 5-дюймовым экраном удобно читать художественную литературу. А «в бумаге» – все, что неудобно читать с ридера.

В любом случае, электронная «читалка» – очень привлекательная вещь. Модная, стильная и, что гораздо важней, чрезвычайно полезная. Оттого и прицениваемся мы к этим штукам, подходя к витринам магазина электроники…

И все-таки, какой из ридеров лучше? Могу лишь поделиться своими соображениями. На мой взгляд, непревзойденной функциональностью обладает американский ридер Kindle 3 со встроенным модулем 3G. В этой читалке есть все, что необходимо для чтения книг. Но есть и кое-что больше – возможность подключиться к Интернету через встроенный адаптер Wi-Fi, чтобы проверить почтовый ящик или просмотреть пару веб-страниц. А возможность подключения к Интернету через сеть 3G привлекательна еще и тем, что она совершенно бесплатна. Причем в 63 странах мира, включая Россию. И бессрочно. Представляете – пожизненный бесплатный Интернет в вашей читалке? Невероятно!

Впрочем, любая другая электронная книга ничуть не хуже. А что касается бумажных книг, то в ближайшее время они не исчезнут. Ридер многое умеет. Но не способен передать запаха и шелеста бумажных страниц. Возможно, никогда и не научится.

 
По всем вопросам, связанным с работой сайта, обращайтесь по адресу: webmaster@elcode.ru