(495) 234-36-61
На главную страницу блога Почта

Блог «Умные мелочи»

Здоровый и нездоровый

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 16-04-2014

Метки: , , , ,

У этого человека все в порядке. Он — здоровый. У него прекрасно работают легкие. Отлично функционирует кишечник. И великолепно трудятся мозги. Он хороший работник. И в этом его отличие от других людей.

А у этого человека в порядке далеко не все. Он тоже здоровый, но как-то не особенно. У него хорошие легкие, но уступающие по объёму всем остальным. Кишечник у него функционирует не сказать, чтобы очень хорошо. И мозги трудятся не так, чтобы очень. Он тоже хороший работник. Но какой ценой?

Вот о цене и поговорим. И о том, чем это даётся — пребывание в отличной физической форме.

Вообще, физическая форма и психологическое состояние организма — вещи разные. Они настолько различаются, что иной раз и не понимаешь — здоровый человек вышел с тобой на контакт или нет. Дело в том, что физическая форма считается залогом здорового понимания жизни. А это несколько не так. И даже совсем не так — если говорить о больших, основополагающих вещах. Получается так, что понятия здоровья и психологического комфорта (назовём его так) — понятия разного плана. И различаются очень сильно — словно и не состоят в какой-то связи. И на самом деле — не состоят. Человек абсолютно здоровый способен заинтересоваться разве что какой-нибудь ерундой. А человек не вполне здоровый интересуется самыми разными вещами. Почему?

Многие видят здесь замещение одного другим. То есть замещение физического здоровья моральными издержками. Ну, действительно, не дала природа тебе здоровья. И что делать? Опустить руки, чтобы дать себя увести в сторону? Или напрячь свои моральные резервы, чтобы быть лучше здорового человека — в моральном или в рабочем плане? Конечно, правильней было бы не заниматься этими делами, а обратить внимание на своё здоровье. Но мы воспитаны так, что выбираем не самые простые пути. И в данном случае выберем то, к чему идти дольше и трудней. То есть те самые моральные издержки оказывают верх над простыми и вполне посильными соображениями здоровья. Мы выбираем путь сложней, считая, что он проще. И идём к цели через множество препон, преодолевая реальное сопротивление.

Как ни странно, но этот путь, который следовало бы назвать ложным, мне нравится более всего. Я и сам в молодые годы предпринял именно такую вот штуку. Правда, не знал до поры, в чем состоит моя сила. Пока понял, прошли годы. И я созрел для, скажем так, «писательства» тогда, когда другие заканчивают карьеру. Ну и ладно. Главное — не пропустил ничего. Не прошёл, так сказать, мимо. Остальное — детали.

Так вот, мне этот путь нравится более всего, ибо здоровый человек, по моему мнению, находится вне морали. Он не обязан думать о своем месте в мире — поскольку занят совершенной работой своего организма. И вместо нормальных (опять же, с моей точки зрения) действий по самоидентификации этот человек занят сугубо утилитарными функциями. То есть он обслуживает исключительно самого себя, а не выдуманного человека, у которого есть различные проблемы.

В этом вроде бы нет ничего плохого. Но только на первый взгляд. Давайте посмотрим, чем занимаются эти люди — здоровый и не очень здоровый.

Здоровый человек радуется своему здоровью. Он весело лопает витамины, ест всякую зелень и радуется жизни, как может радоваться обычный человек. Ему хорошо — потому что он здоровый. Может ли этот человек дать себя в обиду? Только если обида достаточно большая. А так, в обычном состоянии, нет.

Нездоровый человек обычно тоже радуется. Он же не больной, чтобы не лопать, не есть и не радоваться? Нет, с этим все нормально. И он тоже чувствует от своего состояния большую пользу, поскольку считает себя здоровым. Но с другой стороны — какой же он здоровый? Живот отвислый, грудь впалая. И руки очень слабые. Ну, или не очень, а просто слабые. И вообще, весь такой… расхристанный. Что этот человек может дать миру, кроме своего старания жить более-менее правильно? Кроме стремления работать и служить человечеству (как бы это человечество ни было незначительно)? Ничего.

Здоровый человек с утра занимается зарядкой. Потом ест. Потом снова занимается зарядкой. Потом идёт на работу. Потом снова занимается зарядкой… Нет, я не знаю, что делает такой человек. Наверное, занимается зарядкой — ежели у него не хватает времени на разные глупости.

А что делает с утра нездоровый человек? Он встаёт. Идёт умываться. Смотрит на себя в зеркало. И думает — какого рожна я встал? Чего я могу подарить миру с… такой-то рожей? О, господи — думает этот человек, намыливая голову. Потом он ест невкусную (но крайне полезную) еду, думая, что можно было бы и позавтракать по-человечески. Потом он тащится на работу, размышляя о том, что в какой-нибудь доброй стране понедельники выдуманы вовсе не для того, чтобы гнать людей на службу. И что один день прогула никого ещё не сделал бедным. И с этими размышлениями он доходит до работы, чтобы на месте узнать, что сегодня — выходной…

Сравнивать поведение здорового и нездорового человека можно бесконечно. Здоровье всегда выгодно отличается от нездоровья. И здоровый человек будет выглядеть приглядней, чем нездоровый. Только мы, люди не вполне здоровые, всегда будем выделять поведение именно нездоровой личности. Здоровые нас не интересуют. Ни разу.

И, тем не менее, нам надо обладать недюжинным здоровьем. Чтобы ощущать себя обычным членом общества. Чтобы иметь в своем арсенале полный набор приёмов, помогающих выжить. Чтобы служить общей задаче и не считать дни, оставшиеся до её окончания. И мы стараемся быть здоровыми. Едим, что положено. А также пьём, спим и занимаемся тем, чем нужно.

Только не вполне мы здоровы. И прекрасно это понимаем. Что нужно сделать, чтобы чувствовать себя абсолютно здоровым? Что нужно съесть, чтобы здоровье перло через край? Может, выпить чего — чтобы жизнь не казалось глупым времяпрепровождением? Что надо сделать, чтобы прожить нормальную жизнь?

Как ни странно, но здоровые и нездоровые люди более всего различаются на стадии увядания. Вот, скажем, пожилой и предельно здоровый работник какой-нибудь коммунальной сферы. Шестьдесят три года. Три года на пенсии, но по-прежнему работает. А что, работа не такая уж и тяжкая. Можно сказать, совсем не тяжкая. А деньги вполне сносные.

Бах — и умер. И нету его, абсолютно здорового.

А нездоровый человек постоянно пашет. Он понимает, что его усилия оцениваются несколько иначе. Что нужно соответствовать ожиданиям других людей. Он работает, как проклятый. Восемьдесят три года, а он все трудится. И будет трудиться, пока что-то не сработает в его вполне человеческой судьбе.

Хватит, парень. Ты и так уже всех переработал. Пора и отдохнуть.

Подожди ещё. Ещё чуть-чуть. Ещё совсем немного. И… отдохну.

Зелёное прибежище

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 23-07-2013

Метки: , , , ,

Почему мы так любим городские парки? Что влечёт нас в эти скромные подобия диких лесов? Что заставляет едва ли не каждую субботу выходить на парковую дорожку? Может, забытый зов природы? Волнующее дыхание деревьев, среди которых взрастала цивилизация? Или стремление к недостижимой небесной гармонии? Вспомните — если райский, то непременно сад. Никто же не скажет — «райский городской квартал»…

Город, в котором нет парка, мне не особенно интересен. Он недостаточно живой. В этом городе нет места, в котором я мог бы беспечно закрыть глаза и вздохнуть полной грудью.

Представьте себе деревню без лесной опушки, реки, мычащих коров, пасущихся в долине. Точно так же трудно представить современный город, напрочь лишённый парковых зон. Хотя, такие города существуют. Обычно это совсем небольшие поселения, окружённые лесами. Парки здесь не нужны, поскольку есть настоящий лес. Другое дело, что лес этот может быть неухоженным и замусоренным. Но у нас и парки, случается, находятся в таком же состоянии. Так что все нормально.

Парковая скамеечка — последняя точка, с которой я рассматриваю незнакомый город. Последняя в том смысле, что в парке я понимаю — стал ли этот город моим. В парке я присматриваюсь к людям. Здесь они погружены в себя, в свои мысли. У них нет надобности под кого-то подстраиваться. В парке люди чувствуют себя свободно и естественно.

В парках я наблюдаю не только за людьми, но и за их животными. Сторонящийся прохожих голодающий пёс может рассказать о городской жизни больше, чем кто бы то ни было. Животные не должны голодать. Никто не должен голодать. Но у человека есть возможность хотя бы попросить кусок хлеба. А у собаки?

Городской парк хорошее место для наблюдений за жизнью. И — для размышлений. Только здесь и, наверное, на берегу реки я могу полностью отбросить всё, что не даёт мне покоя. И подумать о главном. Например, о том, как проходит жизнь. Что я сделал в ней не так. И что должен сделать, чтобы попытаться исправить допущенные ошибки.

Городской парк ещё и хорошее место для умственной работы. На парковой скамеечке мне удалось написать несколько нестыдных вещиц, которые позже стали книжками. Там же, на скамеечке, я впервые прочитал книги любимых писателей. В 1989, кажется, году в мои руки попал толстый журнал с первой советской публикацией рассказов Довлатова. Это был журнал «Октябрь». Я прочитал первые абзацы «Чемодана». Закрыл журнал. И отправился искать парк. Мне казалось, что в прозу такого уровня нужно вчитываться в тени старого дерева.

Я отыскал такое дерево. Это была старая липа, нависшая над хромоногой скамейкой. Парк не парк, лес не лес. Но это место в ту пору служило мне именно парком. Вечерами здесь разгуливали люди. У большого пруда, в котором водилась рыба, играли дети. Липа рассеянно теряла жёлтые ароматные соцветия. В воздухе тонко пахло мёдом.

А я читал Довлатова. И понимал, что это лучшее из того, что мне доводилось читать. После, разумеется, Чехова.

Здесь же, на этой скамеечке, я впервые прочитал повесть Патрика Зюскинда «Парфюмер». Возможно, самое страшное произведение о смерти и любви. Оторваться от повести я не мог. Хотя, книжка меня совсем не радовала.

Совсем в другое время, в середине восьмидесятых, в парке огромного южного города я сидел на похожей скамеечке, лихорадочно вчитываясь в «Лолиту» Набокова. Эту книгу мне «дали почитать» на три дня. Она была издана во Франции и привезена в СССР в качестве подарка. За полгода книга превратилась в растрёпанный томик с завивающимися по краям страницами. Обложка отсутствовала — была оторвана в целях конспирации. Тогда «Лолита» считалась непристойным романом. Но ничего такого в нём, конечно, не было.

Странным образом эти личные открытия оказались связаны с парками. Точнее так — они оказались связаны с лучшими парками, какие я только знал в жизни.

Половина этих парков находится в городах, в которых я уже, возможно, не побываю. Геленджик, Одесса, Киев. Когда ещё доведётся сюда приехать? И — доведётся ли вообще? Вопросы, конечно, риторические. Захочешь — приедешь. Это всё-таки не Луна. И не далёкая заграница. Другое дело, что вряд ли захочешь. Те парки, которые я любил, остались в прошлом. В стремительно пролетевшей молодости с её несбыточными надеждами и наивными устремлениями. В парк вернуться можно. В молодость свою — увы.

Парки, оставшиеся в недавнем прошлом, это столичные Кузьминки и парк имени 850-летия Москвы (Марьинский). Недалеко от Марьинского располагается ещё один красивый парк — Дюссельдорфский. Этот совсем ещё новый (открыт в 2006 году), потрясающе красивый парк. Но — так и не ставший моим. Почему? Не знаю. Кузьминский лесопарк тоже не совсем мой. Я далеко от него жил. И приходил в Кузьминки не так уж и часто. А вот Марьинский — то есть 850-летия Москвы — другое дело. Дорожка этого парка, вместе с небольшим участком реки Москвы, была видна из окна квартиры, в которой был мой дом. Сюда, на берег реки, я приходил по выходным. Подолгу гулял. Выбирал пустующую скамеечку и присаживался с компьютером. Я даже пробовал здесь работать. И у меня иногда получалось.

Я рассказываю о любимых местах, чтобы вы вспомнили о своих парках. О тех, что расположены около вашего дома. Прогулка по парку — хороший способ выбраться на природу. Рыбалка, поход за грибами, шашлычная вылазка — всё это бывает раз или два в году. А прогуляться по парку можно в любой день. Даже в рабочий — если хочется успокоиться, привести в порядок мысли и просто подышать свежим воздухом.

Городские парки — это та деталь нашей жизни, которая усиливает её вкус. Одна умная женщина однажды сказала: «Сейчас ты понимаешь, что ради этого можно не только работать, но и жить?» Дело было в одной из первых поездок за границу. Я стоял у невероятно древних исторических руин. Именно об этих древностях моя приятельница и говорила. Я могу воспользоваться её словами в ином контексте. Ради этих субботних прогулок, ради утренней прохлады, ради этого пронзительно свежего воздуха жить и стоит. От воскресенья до понедельника. От выходного до выходного. День за днём. И — час за часом.

В этих прогулках по искусственному лесу есть очень трезвый посыл. Не отрывайся от своих корней. И не забывай о них. Не каменные джунгли наша родина, а — просто джунгли. То есть для средней полосы — обычный лиственный лес. Для северных территорий — хвойные леса. Парки — их метафора, их имитация. И эта имитация спасает наши души.

В городе легко озлобиться, замкнуться в своих проблемах, уйти в себя. В лесу, наоборот, хочется вслушиваться, всматриваться, впитывать впечатления. От города мы защищаемся. В лесу — раскрываемся.

Парк — наш городской лес. И — наше спасение.

История великих изобретений — пересадка сердца

Рубрика: (Истории успеха) | Автор: moderator | Дата: 21-06-2013

Метки: , , ,

Пересадка органов – трансплантология – одно из древнейших направлений в медицине. Ещё в древнеегипетском медицинском трактате, известном как «Папирус Эберс», возраст которого около 3500 лет, описывается успешная операция по пересадке кожи с одного участка тела на другой для закрытия раны или устранения косметических дефектов. Следовательно, подобные операции производились очень давно. К ним, кстати, относится и переливание крови – ещё один, особый вид трансплантации.

Но у этой сложной хирургической операции есть три разновидности. Если ткань пересаживается в пределах одного организма, например, пересадка кожи, то речь идёт об аутогенной трансплантации (или об аутотрансплантации). Это самая простая операция, которая обычно не вызывает особых сложностей, а пересаженные ткани хорошо приживаются. Если ткани пересаживаются между животными одного вида (например, от человека человеку), то это аллогенная трансплантация (или гомотрансплантация). Если же ткань пересаживается животному другого вида, то говорят о ксеногенной трансплантации (или о гетеротрансплантации).

Это совершенно необходимая классификация, так как при аллогенной трансплантации ткань отторгается в большинстве случаев, а при ксеногенной отторгается всегда. То есть пересадка живой ткани или какого-либо органа от человека к человеку сопровождается реакцией отторжения, и реципиент (человек, которому пересаживаются органы донора) в большинстве случаев погибает. Ну а ксеногенная трансплантация (например, органов свиньи человеку) и вовсе исключена.

Так было до середины ХХ века. Теперь это не так. Точнее – не совсем так. Но вернёмся к фактам.

Алексис Каррель

Отцом современной трансплантологии считается французский хирург Алексис Каррель (годы жизни 1873-1944). Ещё студентом он пришёл к выводу, что причина всех неудач в пересадке органов заключается в неправильном сшивании повреждённых сосудов. В 1905 году 32-летний доктор Каррель, переехавший в США годом ранее, впервые применил собственную методику сшивания сосудов, совершив операцию аутотрансплантации конечности собаки (то есть, пересадив животному его собственную ногу). Эта методика стала настоящей революцией в хирургии. Очень простой, но чрезвычайно эффективный метод «трёх швов» вскоре спас огромное количество жизней – в полевых госпиталях Первой мировой войны. Более того, этот метод открыл путь пересадке органов, ибо трансплантация есть ни что иное как операция по сшиванию сосудов. В 1912 году Каррель за своё изобретение (да какое изобретение – открытие!) получил Нобелевскую премию.

На этом история великого хирурга и удивительного человека не заканчивается. Он продолжил опыты по трансплантации органов и пересадил собакам почки. Но в результате аллогенной трансплантации животные прожили всего 15-20 дней. Каррель, считавший, что всё дело в неправильном сшивании сосудов, пришёл в отчаянье. Он считал, что виноват сам, что не имеет права заниматься сложными операциями и… ушёл из клинической медицины. Нобелевский лауреат! Гений медицинской науки! Поразительно…

Доктор Каррель вернулся в родную Францию (это произошло в 1939 году) и занялся экспериментальной биологией. Он увлёкся созданием питательной среды для выращивания клеток тканей вне организма, разработав целую технологию. Его цель была поистине фантастична. Каррель намеревался, ни много ни мало, а вырастить в искусственной среде… сердце человека, чтобы затем пересадить его больному. Это была модель бессмертия по Каррелю – замена изношенных органов новыми, выращенными искусственно.

Причины отторжения пересаженных тканей пытались разгадать многие учёные. В 1923 году молодой австрийский хирург Эмиль Холман заметил поразительный эффект. Пересаженные лоскуты кожи вызывали временное усиление регенерации (процесса восстановления) собственной кожи. Но потом ткань отторгалась. А при повторной трансплантации у больного поднималась температура и на теле выступала сыпь. И Холман вспомнил об открытии русского доктора  микробиолога Николая Чистовича, который в 1898 году, работая у Ильи Ильича Мечникова в Пастеровском институте в Париже, впервые доказал, что введение животным под кожу в кровь чужеродных белковых веществ вызывает появление в их крови собственных специфических белков – антител. Эта реакция получила название «иммунизация». А симптомы её проявления, отмеченные Чистовичем, совпадали с результатами наблюдений Холмана.

Питер Медавар

Но на этом исследования Холмана и остановились. Эстафету подхватил английский врач Питер Медавар, который вместе с коллегами провёл серию экспериментов и 3 октября 1953 года в научном английском журнале «Природа» («Nature») опубликовал небольшую статью. В ней он сообщил об открытом явлении, которое Медавар назвал «иммунологической толерантностью». Суть открытия заключалась в разработке метода подавления иммунитета животного при пересадке органов от другого животного того же вида. Эти работы имели настолько большое значение, что в 1960 году Медавар за заслуги перед наукой ему было пожалован дворянский титул. И в том же году доктор Медавар стал лауреатом Нобелевской премии.

Значение открытия Питера Медавара (справедливости ради заметим, что он был не одинок, независимо от него к такому же открытию пришёл и чех Милан Гашек) заключается в том, что оно позволило изучить механизм отторжения организмом чужеродных тканей и разработать впоследствии препараты для подавления иммунитета реципиента, дав новому органу прижиться. В 1972 году в практику трансплантологии был введён антибиотик циклоспорин, который многократно увеличил количество удачных операций по пересадке органов (особенно почек).

Но снова вернёмся к фактам. 17 июня 1950 года американский врач Лоулер провёл первую в мире операцию по пересадке почки безнадёжно больной домохозяйке пятидесятилетней немке фрау Рут, жительнице Чикаго. Орган был взят у погибшего от несчастного случая человека. Больная чувствовала себя хорошо и вскоре была выписана из больницы. Спустя несколько месяцев функции пересаженного органа ослабли, а сделанный через год после операции рентгеновский снимок показал, что пересаженная почка погибла… Но операция всё же была успешной – женщина прожила целый год, подаренный ей доктором Лоулером.

Это был первый удачный опыт пересадки человеческой почки. Сегодня только в США в 83 клиниках ежегодно проводится 9 тысяч операций по пересадке почек. А число подобных операций, проводимых каждый год в Европе, давно перевалило за 35 тысяч.

Кристиан Барнард

Вершиной исследований в области трансплантологии стал день 3 декабря 1967 года. Ранним утром в кейптаунской больнице «Гроте Схюр» (ЮАР) подходила к концу операция, которую проводил 44-летний профессор Кристиан Барнард. Он пересаживал 55-летнему Луи Вашканскому, перенёсшему три инфаркта и уже не способному самостоятельно передвигаться, сердце 25-летней Дениз Анн Дарваль, трагически погибшей накануне в автомобильной катастрофе.

В 5 часов 43 минуты доктор Барнард произнёс ставшие знаменитыми слова: «Господи Иисусе, оно сейчас пойдет!» И… сердце забилось. Так погибшая девушка подарила жизнь пожилому человеку. А доктор Барнард сделал то, о чем могли лишь мечтать фантасты… Но вторая жизнь Луи Вашканского продолжалась недолго. Он умер через 18 дней от воспаления лёгких. Опасаясь реакции отторжения, больному вкололи огромную дозу иммунодепрессантов. И организм не справился с простой инфекцией.

2 января 1968 года Барнард предпринял вторую попытку. Он пересадил сердце 58-летнему Филиппу Блайбергу, стоматологу по профессии, погибающему от тяжелейшей сердечной болезни. Блайбергу было пересажено сердце 24-летнего Клайва Хаупта, погибшего от внезапного разрыва сосуда головного мозга. На этот раз операция завершилась полным успехом. После восстановления иммунной системы – больной при этом жил в стерильных условиях, чтобы не подхватить инфекцию – 16 марта того же года Блайберг выписался из клиники. Он чувствовал себя абсолютно здоровым человеком. Весь мир облетела фотография, на которой Блайберг держит банку со своим старым сердцем, которое билось в его груди 58 лет. Филипп Блайберг прожил ещё несколько лет. Он вёл активный образ жизни – работал, увлекался плаванием и играл в теннис. О своём чудесном спасении он написал книгу.

В том же 1968 году в 16 странах мира было проведено 96 операций по пересадке сердца. Кристиан Барнард, врач из Кейптауна, открыл дорогу многим талантливым хирургам. В США подобные операции были сделаны врачами Дентором Кули и Норманом Шамуэем, во Франции — Шарлем Дюбостом. Большинство из этих операций прошли успешно.  В России подобная операция была впервые сделана 4 октября 1968 года группой хирургов под руководством академика Александра Александровича Вишневского. Но она закончилась неудачей. И работы советских медиков по пересадке сердца были на многие годы свёрнуты. Первая успешная операция (и третья из проведённых в нашей стране) была осуществлена в 1987 году хирургом Валерием Ивановичем Шумаковым.

Доктор Кристиан Барнард закончил свой путь 2 сентября 2001 года. Хирургию он к удивлению многих оставил ещё в 1983 году. «Мне не хватает задач, моя профессия не приносит мне больше удовлетворения. Считаю, если я это понял, то нужно прекращать свою работу». И к этому нечего добавить… В конце жизни доктор Барнард совершил множество добрых дел. Он написал книгу «50 путей к здоровому сердцу». Основал фонд «Сердце мира» для поддержки детей из бедных стран и их матерей. Завёл ферму, на которой держал диких животных, стараясь спасти их от уничтожения. Объездил полмира, побывав и в России.

Но в истории он останется, прежде всего, как врач, который умел дарить людям вторую жизнь.

Записки бросившего курить

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 19-06-2013

Метки: , , , ,

Никогда не думал, что брошу курить так легко. Просто возьму и — брошу. Пугали муки никотинового голода, навязчивое желание закурить и связанная с ним невозможность спокойно работать. Но всё обошлось. 12 апреля текущего года я выкурил невообразимое количество сигарет. А на следующий день бросил это глупое занятие. Надеюсь, навсегда.

Подробности отказа от курения тема волнующая и крайне популярная — среди тех, кто пересилил тягу к табачному дыму. Я этих рассказов не люблю. Дело-то, в общем, не такое и сложное. Вчера курил, сегодня — нет. Нужно лишь небольшое (как оказалось) усилие воли. Действительно, небольшое — если постараться отвлечь себя от мыслей о курении. Примерно так же люди настраивают себя на похудение. Как только хочется есть, нужно думать о чём-то другом. О том, что в доме всё равно нет еды. А я — человек ленивый, чтобы торчать у плиты. И лучше перетерпеть лёгкий голод, чем потом воевать с лишними килограммами.

Для отвыкания от табака пригодятся те же методы. Хочется курить — а сигарет в доме нет. Или нет зажигалки. К тому же копаться в кладовой или на антресолях в поисках припрятанной пачки сигарет лень. А потому легче немного потерпеть… И так далее.

Я не стану подробно рассказывать о том, как я бросил курить. Тем более что рассказывать, собственно, нечего. Бросил и — бросил. Бросите и вы — если захотите бросить. Ну, а если вы уже не курите или никогда не курили, то и сама тема не имеет смысла.

Но в этой истории есть одна деталь, которая, возможно, покажется кому-то любопытной. Дело в том, что я бросил курить и при этом не утратил веры в то, что табак в определённых ситуациях может быть… полезен. Нет, не для здоровья. Здоровью табачный дым вредит однозначно. Но не здоровьем единым — как бы ни странно прозвучала эта парадоксальная фраза.

Прожив почти два месяца без табака, я в полной мере ощутил все прелести жизни без сигарет. Причем, прелести без кавычек, в прямом смысле, и в кавычках. Прелестей в кавычках оказалось огорчительно много.

У меня изменились ощущения вкуса и запахов. В лучшую сторону? Как сказать. Хлеб стал кислым. Молоко — затхлым. Картофель — землистым. У каждого вкуса появились неожиданные оттенки. Изменился вкус большинства овощей и фруктов. Правда, у сладких фруктов вкус остался, практически, прежним. Не изменился вкус лимона и лайма. А вкус яблок, дыни, арбуза — изменился. Появились кисловатые нюансы. У дыни усилился едва уловимый гнилостный привкус. Я ощущал его и раньше. Но на фоне общего аромата он был незаметным. А сейчас я чувствую сначала привкус гнили, а уже потом — дынный аромат.

Что с этим делать? Только привыкать. Тем более что речь идёт о нюансах, о ничтожных дополнениях, которые не забивают основной вкус. Но есть и такие перемены, которые способны повлиять на некоторые устоявшиеся привычки.

Я, к примеру, всегда любил мясные блюда и жирное молоко. Когда-то любил, не сейчас. Почему? Потому что даже у сильно прожаренного мяса я ощущаю сомнительный привкус. Назову его сладковатым, хотя это — привкус смерти. Точнее — мертвечины (прошу прощения за это энергичное слово). Обострившееся чувство вкуса принесло мне целый ряд сюрпризов. Изменившийся вкус мяса — один из них.

Второй сюрприз — вкус молока. В магазинном молоке я стал ощущать привкус… воды. И — сухого порошкового молока. То есть магазинное молоко, даже самые дорогие сорта, не кажется мне натуральным, хотя, может продаваться именно как натуральное.  Раньше я добавки порошкового молока не ощущал. Но при этом знал, что добавка эта — норма. Другого молока, не «нормализованного» (так оно называется согласно общепринятым стандартам), в продаже почти не бывает.

Ладно, вкусы — это вкусы. Привыкнуть к ним можно и нужно. Как быть с запахами? Аромат цветущих растений заметно улучшился, поскольку его уже не искажает запах табачного дыма. Но в то же время я выяснил, что табак не только ухудшает запахи. Иногда он их улучшает.

Мне пока трудно дышать полной грудью в толпе разгорячённых зноем людей. Это не толпа людей в метро, не переполненные пассажирами автобусы и не магазинные очереди. Это всего лишь запруженная отдыхающими набережная приморского курортного городка. Но дышать на этой набережной определённо нечем. Табак забивал все лишние запахи. Дым сигареты сам по себе мощный «дезодорант». Сейчас этой защиты у меня нет. И я не знаю, как с этим обилием неожиданных «ароматов» справиться.

На самом деле я не знаю, как справиться и с запахами своего тела. Я прошу прощения за щекотливую тему. Но я — стареющий мужчина среднего (скажем так) возраста. Мне, как и любому взрослому человеку, приходится постоянно следить за своим физическим состоянием. Стоит лишь не сменить вовремя рубашку, не побриться, не вымыть с мылом лицо, и ты похож на дикого «облизянина». Что есть, то есть.

Так вот, бросив курить, я маюсь от собственных запахов. Мне не нравится, как пахнет кожа моего лица. Как пахнут мои руки. Не нравится запах изо рта. Последнее -  самая горькая тема. У курящего человека изо рта всегда пахнет табаком. Это, наверное, неприятный запах. Но если ты куришь, он не кажется ужасным. Сейчас изо рта пахнет уже не табаком. Но — лучше бы пахло табаком.

Я, что называется, работаю над восприятием собственных и чужих запахов, стараясь к ним привыкнуть. Я не сомневаюсь, что добьюсь успеха. Миллионы некурящих людей живут с тем, к чему я стремлюсь приспособиться. Так что всё будет хорошо и у меня… Но, видит бог, я не ожидал, что, бросив курить, я столкнусь с подобными трудностями.

Собственно, потому я и рассказываю вам о своих впечатлениях, чтобы те, кто решит покончить с табачной зависимостью, понимали, что их ждёт на этом пути. Бросить трудно, но сменить множество привычек ещё трудней. Во всяком случае — мне. Я вынужден втрое увеличить время чистки зубов, тщательней подбирать мужскую парфюмерию, пользоваться новыми сортами туалетного мыла. Я внимательней отношусь к своему ежедневному меню — хотя, раньше в еде был абсолютно непривередливым.

Мне приходится совершать массу действий, о которых я раньше и не помышлял. Например, я постоянно оцениваю свежесть своего дыхания. Кто-то к этой процедуре привык, а я — нет. Я закурил первую в жизни сигарету в возрасте 9 лет. И бросил курить на пороге 53-летия. Я прокурил всю жизнь, плоды чего и пожинаю.

Но я абсолютно уверен, что курение — однозначное зло. Что курящему человеку в любом случае следует отказаться от этой привычки. И что здоровье неизмеримо дороже любых привязанностей.

Впереди у меня следующий этап — возвращения в мир естественных запахов и вкусов. Надо лишь окончательно выбросить из головы мысли о табаке.

Точка кипения

Рубрика: (Путешествия, Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 27-05-2013

Метки: , , ,

Мы в большинстве своём люди северные, поэтому летний зной переносим не очень хорошо. И в поездках в тропические страны главной трудностью для нас можно считать жару. Но к морю-то съездить хочется. И погреться под щедрым субэкваториальным солнышком. Как быть?

В силу сложившихся обстоятельств мне часто приходится бывать в тропиках. Зимы в этой части Юго-Восточной Азии, практически, не бывает. Вместо неё есть три сезона, которые не имеют чёткого разграничения. Это прохладный сезон, который длится с ноября по март, жаркий — с апреля по июль, и сезон дождей — с августа по октябрь. Но что значит — прохладный сезон на берегах Индийского океана? Да, более 34 градусов по Цельсию температура обычно не зашкаливает. Но и ниже 26 (ночами) не опускается. В остальные сезоны всё примерно то же самое — за исключением того, что в мае температура воздуха поднимается до 39-40 градусов. И это при дождях — жаркий сезон здесь называют ещё малым сезоном дождей.

Короче, привыкнуть к субэкваториальному муссонному климату нашему человеку, выросшему в средней полосе России, довольно непросто. И, тем не менее, в здешних местах много не только туристов из России, но и наших соотечественников, живущих в тропиках годами. Здешний климат может показаться не только тяжёлым для комфортной жизни. Он может показаться райским, едва ли ни идеальным — при определённом старании к нему приспособиться, конечно.

Приспособиться к зною следует и туристу, приехавшему к тёплому морю на две отпускные недели. В противном случае отдых может превратиться в безвылазное пребывание в кондиционированном номере отеля. А экскурсии могут продлиться не далее бара с охлаждёнными напитками. Не самая обнадёживающая перспектива, верно?

Отпускнику и зависшему в чужой стране экспату стоит запомнить несколько простых правил, которые помогут ему выжить в этом райском приморском месте.

Правило первое — без шляпы никуда. Это даже не правило. Это требование. Тепловой удар лишь на первый взгляд штука несерьёзная. Последствия этого испытания могут быть очень тяжёлыми — вплоть до инсульта, сердечного приступа и так далее.

Шляпа может быть простецкой полотняной панамой, широкополым сомбреро, азиатской соломенной шляпой. Фасон не имеет значения. Главное — тулья и поля. И то, и другое могут быть из редкой соломенной или капроновой сетки, из проницаемой для воздуха ткани, из любого материала, даже из натуральной кожи. Но чем легче шляпа, тем комфортней ощущения.

Я люблю соломенные шляпы (в них я похож на сельского агронома или на пасечника). Но обычно выбираю хлопковые бейсболки. Почему? Из-за большого козырька, который бережёт лицо от прямых солнечных лучей. И из-за способности ткани впитывать питьевую воду, которую я выливаю на шляпу. В самые жаркие периоды дня я ношу на голове влажную бейсболку. Благодаря испаряющейся с её поверхности влаге, я чувствую охлаждающий эффект.

Правило второе — носить с собой бутылку охлаждённой воды. Бутылка пусть будет пластиковая, вода — прохладная, холодная или ледяная, но всегда пресная и не газированная. То есть нужна самая что ни на есть обычная вода, которая продаётся в любых продовольственных магазинах и лавках.

Почему не годится сладкая вода, например, «Кола»? Вода нам нужна не только и не столько для питья. Как умыться сладкой водичкой? И как смочить ею свою футболку и панаму? Что касается газированных напитков, то я ничего против них не имею. Более того, сам частенько выбираю газированную пресную воду (именуемую по каким-то причинам «минералкой», что, конечно, неверно). Но углекислота — газ, что содержится в такой воде — это всё же кислота. И газированная вода в первый момент кажется нам кислой, резкой и даже неприятной. Зачем нам эти испытания кислотой? И потом — нам надо быстро отрегулировать содержание воды в нашем организме, насытить ткани влагой. Газ этому препятствует. Это, вообще, своеобразная вкусовая добавка — бесполезная и даже антифизиологичная.

Пить в жару надо много — столько, сколько хочется. Неприятный эффект заключается в повышенной потливости. Бороться с нею можно лишь тремя проверенными способами. То есть — прохладный душ, запасная футболка и дезодорант. Первое — самое эффективное, второе — необходимое, третье — спасительный самообман. Кстати, шариковые дезодоранты в условиях зноя эффективней, чем аэрозольные спреи или твердые дезодоранты. Да, и пользоваться шариковыми дезодорантами в миниатюрных бутылочках удобней, чем аэрозолями.

Правило третье — без одежды под солнцем жить сложней, чем в одежде. То есть не стоит раздеваться под тропическим солнышком, полагая, что так «будет легче». Дело в том, что солнечные лучи способны нанести нашей коже тяжёлые ожоги. Поэтому плечи должны быть прикрыты сорочкой  или футболкой. Или парео — если речь о женщине. Впрочем, парео нужно ещё научиться пользоваться. Это не юбка и не легкий сарафанчик. Это лишь кусок лёгкой ткани, который надо уметь повязать вокруг своего тела, чтобы защититься от солнца.

Вместо спасительных покровов из ткани можно пользоваться солнцезащитным кремом. Собственно, даже нужно им пользоваться — если, опять же, знать, как это правильно делать. Крем нужно выбирать по индексу защиты от солнечного излучения (чем цифра больше, тем защита сильней). Следует помнить и о том, что крем впитывается в кожу и смывается водой (и, добавим, потом). Мало нанести крем утром, перед выходом из отеля. Часа через два-три процедуру необходимо повторить. И так — несколько раз до захода солнца.

Правило четвертое — маршруты дневных прогулок и экскурсий нужно продумывать так, чтобы была возможность отдохнуть от зноя. В наше время сделать это очень просто. Вокруг отелей полно магазинов с кондиционированными торговыми залами. Кондиционированы холлы самих отелей. Залы музеев и культурных центров. Моллов и крупных торговых павильонов. Кондиционированы, наконец, автомобили такси, салоны автобусов (пусть и не всех) и вагоны метро. Стало тяжко от жары? Берите такси — чтобы немного покататься по городу и, «снизив градус», отдохнуть от зноя.

Ещё несколько советов. Не увлекайтесь кондиционерами. На улице плюс 32 градуса по Цельсию — не выставляйте на кондиционере своего номера низкую температуру. 18 градусов будет слишком холодно. И 20. И даже 22 градуса. Резкий перепад температур — прямой путь к простудным заболеваниям. А простудиться в тропиках очень легко.

Если в номере есть не только кондиционер, но и вентилятор, почаще включайте именно этот прибор. Он ничего не охлаждает — лишь создаёт иллюзию прохлады. Но нам именно это и нужно. Пусть вентилятор помогает испарять проступающую на нашей коже влагу — запас её мы будем пополнять постоянно питьём. О местном переохлаждении беспокоиться не стоит — вентилятор не вызовет приступов ревматизма хотя бы по той причине, что нагнетаемая им струя воздуха имеет ту же температуру, что и остальной воздух помещения. Но, разумеется, все хорошо в меру. Слишком интенсивная и направленная воздушная струя может привести к локальному переохлаждению тела. Пусть вентилятор «мотает головой» — создаёт рассеянный ток воздуха. Этот механизм придуман не напрасно.

И самое главное — не бойтесь зноя. Ничего не бойтесь. Мы легче переносим жару, чем холод. Сравните плюс 30 и минус 30 градусов. Вот то-то и оно.

Электромотор и педали

Рубрика: (Как рождались технологии) | Автор: moderator | Дата: 21-05-2013

Метки: , , ,

В том, что будущее принадлежит электричеству, не сомневается уже никто. Действительно, наши потомки будут жить в электрическом мире. Электричеством будут отапливаться квартиры. На электричестве станут работать кухонные плиты, холодильники, посудомоечные машины. Электричество будет нагревать воду и подавать её к умывальникам. Электричество уберёт наше жильё от пыли, выстирает одежду, очистит циркулирующий в доме воздух…

Где-то это я уже слышал. Точно — о славном электрическом будущем заговорили ещё во времена Эдисона, около полутора столетий назад. И даже раньше — когда был изобретён телеграф. Уже в те дремучие времена люди были уверены, что с электричеством в нашу жизнь войдёт необыкновенная гармония. И мы перестанем есть мясо животных, перейдём на идеологически правильную растительную пищу. И даже в транспортном отношении будем придерживаться вегетарианских убеждений.

Прошло очень много времени. Сменилось несколько поколений живущих на планете людей. Мир, действительно, стал электрическим, но лишь отчасти. Пылесосы и холодильники работают на электричестве. Но автомобили и прочая транспортная техника — нет. Даже в такой экологически безупречной области, как велосипедный транспорт, электрические двигатели применения не нашли… Или — нашли? Совсем недавно я прошёлся по велосипедным магазинам, пытаясь пополнить запас знаний по этой части. И сейчас точно знаю, что купить велосипед с электромотором уже можно, но лишь в том случае, если вам повезёт увидеть его в продаже. И при неодолимом желании заплатить за эту малопонятную штуку, конечно.

Дело в том, что электровелосипед — одно из самых старых или даже «древних» моторных средств передвижения. Автомобиль начался с трехколёсного велосипеда, на который был установлен двигатель. Причём, моторы испытывались разные — и внутреннего сгорания, и электрические. Выжил именно ДВС, а электродвигатель на столетие с лишним сошёл со сцены. Вернулся ли он в наши дни? В некоторой и, прямо скажем, в очень небольшой степени. В том смысле, что гибридные автомобили вроде бы выпускаются и продаются, а доступных средств передвижения, вроде велосипедов и скутеров на электрической тяге, почти нет.

Добавим — в нашей стране почти нет. В Европе с этим получше. И совсем хорошо в Китае, где электровелосипеды и скутеры выпускаются миллионами. Там эта техника востребована, поскольку стоит гроши, не облагается налогами, а для управления ею не требуется никаких документов.

Об электроскутерах мы уже как-то говорили. Поговорим об электровелосипедах, поскольку это совершенно другой класс транспортной техники, который и использовать надо иначе.

Электровелосипед — это гибридное транспортное средство, в котором основным двигателем служат человеческие ноги, а электромотор выполняет вспомогательную функцию. Электровелосипед способен работать в одном из трёх режимов. Первый — с приводом от электромотора. Максимальная скорость 25-30 км в час. Запас хода от полностью заряженного аккумулятора зависит от стиля вождения и колеблется от 30 до 50 км. Второй режим — гибридный. Велосипедист вращает педали, электромотор облегчает эту работу. Усилие рассчитывается цифровым контроллером — специализированным компьютером, учитывающим скорость вращения педалей, скорость передвижения велосипеда и, в соответствии с этими данными, подающим на электродвигатель ток определённой величины. Третий режим работы электровелосипеда — традиционный педальный, при котором электродвигатель отключен.

Чем электровелосипед отличается от обычного велосипеда? Набором деталей, в который входят — мотор-колесо (двигатель, вмонтированный в ступицу переднего, заднего или сразу двух колёс), аккумуляторная литий-ионная батарея мощностью от 240 до 480 ватт, контроллер и рукоятка управления оборотами электромотора (рукоять «газа»). Иногда система дополняется контрольным щитком с LCD экраном. На этом щитке отображается сила потребляемого электродвигателем тока и предполагаемый запас энергии аккумулятора. Эти данные позволяют велосипедисту выбирать режим движения.

Ещё одно необязательное дополнение — электрический переключатель «скоростей». Их, этих скоростей, обычно две. Они соответствуют экономичному и спортивному режимам движения (то есть скорость больше — пробег меньше, и наоборот).

Есть ли у электровелосипеда недостатки? А как же. В противном случае мы бы видели на дорогах лишь одни электровелосипеды. Главный недостаток — ограниченный запас хода. Второй — увеличенный вес машины.

30-50 км — значения слишком оптимистичные. На практике запас энергии аккумулятора расходуется за 25-30 км пробега. Добавим — нового, не изношенного аккумулятора. Но и этого вполне достаточно, если велосипед используется преимущественно в традиционном (с приводом от педалей) или в комбинированном режимах. Увеличить пробег очень просто — нужно приобрести второй аккумулятор и возить его с собой (на багажнике велосипеда). Истощился основной источник питания — ставим запасной. Вес машины увеличится, но и запас хода удвоится.

Срок службы аккумулятора — 1000 циклов заряда-разряда или 3 года эксплуатации. Это обычный показатель не только для электровелосипедов, но и для любой современной техники с аккумуляторным питанием. Сколько весит аккумулятор? 360-ваттный — всего 4 кг. Я имею в виду литий-ионный аккумулятор современного велосипеда азиатского (китайского) производства.

Увеличение веса веломашины довольно ощутимо, но не драматично. Обычно комплект оборудования увеличивает вес велосипеда на 10 кг. То есть 17-килограммовый складной (к примеру) велосипед будет весить 27 кг. Не так уж и много, чтобы сильно затруднить передвижение при помощи одной мускульной силы.

Заряжать аккумулятор можно дома — он легкосъемный. Время полного заряда — 5-6 часов. Время полного истощения заряда — 1-2 часа при непрерывном движении.

Интересная техника? По-моему, очень интересная… Сколько стоит? Для России это больной вопрос.

Начну издалека. В Китае и в странах Юго-Восточной Азии, где электровелосипеды популярны, машина с 24-дюймовыми колесами, с алюминиевой низкой рамой, с 6-скоростной передачей Shimano (среднего уровня) стоит около 800-850 долларов. Комплект для самостоятельного оснащения велосипеда электроприводом с мотором мощностью в 250 ватт и 360-ваттной литиевой батареей стоит около 600 долларов. Установить всё оборудование на свой велосипед можно самому, но можно обратиться в велосипедную или мотоциклетную мастерскую. Процедура не особенно сложная.

Как обстоят дела у нас? Сильно хуже. Предложений ниже 1 тысячи долларов я в России не видел. Но купить электровелосипед или оснастить электромотором свою любимую машину можно. Это уже далеко не запредельный дефицит.

К слову — самые популярные велокомплекты выпускают две китайские фирмы: Golden Motor и Crystalyte. Энтузиасты заказывают их через Интернет или приобретают в наших мастерских, специализирующихся на переоборудовании велосипедов. При этом выбрать можно даже комплект с киловаттным мотором. При отключенной блокировке контроллера такой велосипед сможет разогнаться до скорости в 120 км в час. Правда, последствия окажутся катастрофическими. Велосипед с электромотором — машина неторопливая, спокойная. Потому мы её и любим.

Правда, которая в ногах

Рубрика: (Хобби, семья, здоровье) | Автор: moderator | Дата: 29-02-2012

Метки:

У людей умственного труда довольно много профессиональных заболеваний. Все, кто работает за письменным столом, жалуются на зрение, высокую утомляемость, на головные боли и боли в теле. Причины понятны — вынужденная гиподинамия. Успокаивает лишь тот факт, что умственный труд способствует долголетию больше, чем труд физический. Ученые, писатели, представители творческих профессий доживают до глубокой старости, несмотря на все недостатки работы за столом.

То, что здоровье нужно беречь смолоду, факт общеизвестный. Но как беречь? Покидать кабинет и совершать длительные пробежки? Уединяться в спортзале, мучая себя на тренажерах? А как же работа? Как же призвание? Много ли напишешь на ходу? Нужно искать компромисс…

Поговорим о нашем здоровье. А именно — о здоровье наших ног. Они от долгого сидения за компьютером страдают больше всего — если не считать глаз, конечно. Глаза при такой работе — самые страдающие органы.

Но вот какая получается штука… Если от долгого сидения за рабочим столом болят ноги, то заболят и глаза. И голова, и все остальное. Получается, что «в ногах правда есть». Длительное пребывание в неподвижной позе, да еще и в не самом физиологичном для нашего организма положении — сидя в кресле, приводит к ухудшению тока крови по сосудам нашего тела. Корни проблемы утомляемости при работе за столом находятся именно здесь.

Те из нас, кому уже не двадцать лет (и особенно те, кому уже не тридцать), часто жалуются на боли в ногах. В конце рабочего дня ноги наливаются свинцом, опухают так, что невозможно обуться. Болят колени. Болят мышцы. И боль эта не проходит даже после длительной вечерней прогулки — скажем, от офиса до своего дома. Поэтому, вернувшись с работы, мы вынуждены хотя бы десять минут полежать на диване, подняв ножки повыше — дабы отхлынула из сосудов застоявшаяся за день кровь.

Проблема понятна — нужно иначе организовать свою работу, компенсировать вынужденную неподвижность, избавить свой организм от этих застойных явлений. Наши ноги болеть не должны. Не должна болеть голова. Только тогда работа будет доставлять радость (и приносить хороший доход, поскольку нелюбимая работа редко кого кормит).

Рекомендации элементарны. Устраивать в работе перерывы. Двигаться. Стараться размять онемевшие конечности. И так далее.

Вопрос — как это сделать в условиях коллективной работы? Народу-то в офисе полно. И не станешь выпендриваться перед коллегами, устраивая себе производственную гимнастику — когда все трудятся, а не вскидывают усталые ноги к потолку…

Давайте обратимся к собственной памяти. Вы бывали в офисах учреждений, которые работают с людьми? (Наблюдать за собой намного сложней, чем за другими, поэтому и присматриваться будем к другим, а не к себе). Обращали внимание, как много в этих офисах беспорядочно перемещающихся людей? Вот сотрудница ЖЭКа отходит от окошка и направляется в соседний кабинет. Возвращается и… тут же уходит снова — что-то забыла. Окончательно возвращается, подходит к столику, на котором стоит сетевой принтер, что-то там поправляет, хотя, поправлять совершенно нечего. Подходит к шкафу, достает какую-то бумажку. Тут же откладывает в сторону — бумажка ей совершенно не нужна. И только потом она занимает свое место за окошком, чтобы принять очередного посетителя жилищной конторы.

Полагаете, она бестолковая? Вы ошибаетесь. Она — человек. Усталый человек, которому приходится заниматься монотонной работой с бумагами. И ошибиться нельзя, поскольку речь идет о документах. Сама, возможно, того не осознавая, эта женщина устраивает себе короткий отдых. Себе и своим ногам, которые, можно не сомневаться, уже побаливают, уже налились тяжестью и доставляют массу неприятных ощущений. Не сердиться надо на эту женщину — сочувствовать. Сочувствовать и учиться у нее — умению устраивать себе регулярные паузы, дать роздых ногам и усталому телу.

Я призываю вас к тому же. Не стесняйтесь спонтанных перемещений по офису. Это не признак суетливости. Это признак мудрого отношения к своему телу. Если чувствуете, что устали, погуляйте по кабинету. Загляните к соседям по офису. Сходите к кулеру выпить водички. Покурите — если курите (хотя, лучше от этого занятия воздержаться, говорю это, как курильщик с огромным стажем). Ну, не знаю… Сходите в архив. Или в приемную начальника — перекинуться парой слов с его секретарем. Да мало ли? Главное — походите, погуляйте минут пять-десять. А потом — за работу.

Эти «двигательные паузы» на самом деле более эффективны, чем может показаться. Они эффективней специальных упражнений — если вы во время пятиминутной прогулки еще и наклонитесь поправить «развязавшийся шнурок», потянитесь сладко (чтобы никто не видел, разумеется), поправите штору, якобы сбившуюся в сторону. И так далее. Причина всегда найдется, было бы желание размяться.

Для того, чтобы поберечь собственные ножки от переутомления, достаточно соблюдать несколько простых «народных» правил. Они обычно не входят в число рекомендаций профессиональных врачей, но от этого не утрачивают эффективности.

Если порядки, установившиеся в вашей компании, это позволяют, обязательно переобувайтесь на работе в более просторные, разношенные туфли на низком каблуке. О домашних тапочках речь, конечно, не идет. Хотя, это был бы лучший вариант.

Держите ноги в тепле. Всегда, в любую погоду, в любое время года. Гуляющие у пола сквозняки самые страшные враги наших ног. Не заметишь, как простудишься.

В советские времена в магазинах продавались теплые ноговицы — большой мягкий валенок сразу на две ноги. Ноговицы были со встроенным электроподогревом и простые. Простых обычно хватало, чтобы не простудиться при работе за столом.

Приходим на работу. Усаживаемся за стол. Скидываем незаметно туфли и ноги — в ноговицу. Освободиться от нее можно за полсекунды. Еще секунда требуется на то, чтобы нырнуть в туфли. Элементарная штука, а польза от нее неоценимая. Точно говорю — сам пользовался ноговицей лет десять (пока не перешел на вольные хлеба, которые не подразумевают работы в офисе).

Многие женщины хрупкого телосложения любят сидеть за столом, поджав под себя одну ногу или даже две. Меня эта гибкость всегда удивляла. Я так не могу. Но если у вас получается, попробуйте поработать некоторое время так. Для этого всего-то и нужно прийти на работу в джинсах. Смена позы — самое простое средство улучшить кровоток в ногах.

Никогда не посылайте коллег за тем, что можете принести сами. Лучше сходить за кофе самому, да еще и принести чашку коллеге, чем находиться в статичном покое. Да, вы устали. Но именно поэтому за кофе нужно сходить лично — своими усталыми ножками. То же касается нужной бумаги. Или необходимости включить сетевой принтер, сменить в нем бумагу и так далее.

Двигайтесь! При первой же возможности. Не откладывайте на вечер и, тем более, на выходные. Субботняя прогулка — это само собой. Но если вы не будете сидеть сиднем на работе, то в выходные вам не придется валяться в постели, восклицая: «До пенсии осталось тридцать лет! Я не доживу!»

Любите свои ножки. О них говорят много всякой ерунды (так уж сложилось, что у ног неважная репутация). Но мы-то с вами знаем, что они достойны заботы и любви.

 
По всем вопросам, связанным с работой сайта, обращайтесь по адресу: webmaster@elcode.ru