(495) 234-36-61
На главную страницу блога Почта

Блог «Умные мелочи»

Ручка, бумага, мысли…

Рубрика: (Человек пишущий) | Автор: moderator | Дата: 09-09-2014

Метки: , , , ,

Вот у меня в руках ручка. Хорошая ручка — шариковая, но от хорошего производителя. Короче… ручка.

Вот у меня в руках записная книжка. То есть — бумага. Книжка очень хорошая. Бумага верже, качественная линовка. И формат бумаги очень даже ничего.

Вот у меня в голове мысли… Вот с мыслями дело совсем туго. Они вроде бы и есть, но стоят ли того, чтобы принимать их во внимание? А если нет мыслей, то зачем я затеял всё остальное? Ответ — чтобы записать мысли, которых нет вовсе. И всё теряет смысл.

Вот ручка, вот бумага. Вот (наконец) мысли. Пора браться за… дневник? Конечно, именно за него. Ибо именно дневником следует называть то, чего вы пишете. И дневник этот должен быть самостоятелен, самоценен и значителен. Во всяком случае — значительней этих смешных сомнений.

И начинается проза. Постепенно ломаются все мыслимые преграды. И текст идёт… Он идёт потихоньку, как тоненький ручеёк. И в голове только одна мысль — удивление. Надо же, он идёт! А я почти не влияю на него. Не знаю, что там творится, что происходит. Мысль моя самодостаточна. Она живёт по своим законам. И я не в силах на неё повлиять. Я даже не знаю, что получится в результате. Но точно знаю, что это никто не прочитает.

А если кто-то всё таки прочитает? Ну, к примеру, друг. Хороший приятель, которому далеко не все равно, что со мною происходит? Допустим, он есть — этот приятель. И что, я ему ничего не покажу? Нет, конечно — нет. Эти тексты не предназначены для чтения. Потому они и хороши, потому и блестящи, что их никто не читает… А если однажды, всего лишь один раз, их кто-то и прочитает, то и… карты ему в руки. И пусть делает с ними то, что хочет. Пусть публикует где угодно (словно у него есть такие возможности).

Нет, на самом деле мысли о прочтении ваших дневников не возникают в девяти случаях из десяти. Они возникают даже реже. И в большинстве случаев дело заканчивается скандалом. Дело в том, что право прочитать тексты и право опубликоваться дано далеко не каждому. А писать — любому. Ты пишешь — ветер гуляет. И никто никому не мешает. Можно пошутить над тем и над этим. И этого никто не прочтёт. Да, и не каждому захочется.

Вот это — хочется — дразнит более всего. Что значит — хочется или не хочется? Есть — читаем. Нет — не читаем. А хочется или нет, дело десятое. На самом деле это дело не десятое. И этого уровня надо достичь. А это не такая простая задача, как кажется.

Ладно, всё нормально. Даны — ручка, бумага и мысли. И мы пишем дневник. Но представляем его в качестве статьи. Неважно, по какому поводу она будет написана. В любом случае это дневник. Это часть наших переживаний, наши сомнения, попытка объединить их и попытка получить ответы. Пишем быстро, но точно. Проверяем фактический материал. Особое внимание уделяем выводам. Подводим поучительную канву. Или не подводим ничего — канва будет подведена и сама… Всё, готово!

Первую статью несем… ну, скажем, в журнал. Я не знаю, какие журналы сегодня пользуются заслуженным авторитетом. По мне, так никакие. А те, что пользуются, находятся в таком состоянии, что и говорить бесполезно… Короче, находим журнал. И несём статью туда.

Нужно понимать, что такое журнал в наше неспокойное время. Это сплошная скука и ничегонеделание. Допустим, мы проникли в его редакцию. На стуле, за большим столом, заваленным бумагами, скучает ответственный секретарь… Или кто там вместо него? Короче, скучает непритязательный кент с немытыми волосами. Ему на вид лет двадцать — то есть примерно вдвое младше вас. И он тут же принимается вас учить. Как надо писать, что надо прочитать и всё такое. А вы — слушаете. Чтобы позже убраться вон, так и не понимая, принята ваша статья или… нет.

В принципе, дело, в общем-то, хорошее. Точно говорю — хорошее. Спустя три дня вам позвонят из редакции и предложат забрать деньги. Значит, статья пригодилась. Денег немного — несколько сот рублей (или несколько десятков). И вы рады, поскольку первый опыт оказался положительным. Вы пишете, скажем так, внятно. То есть — почти хорошо. Но надо много работать, трудиться, осваивать и так далее. Но в первом прочтении всё оказалось не так страшно.

Впрочем, читаем статью. Это место незнакомо. И это… Это кто написал? Кто, спрашиваю, написал эту галиматью? И — поехало, понеслось. Одна претензия, другая. Ком претензий — и всё не к самому себе. И вот готов целый образ непризнанного гения, который воюет с цензурой.

Хорошо, если гений. А если — нет? Если не гений, которому слово «который» заменяет практически всё? Что делать в этом случае?

Нет, мысли — это хорошо. Но превращать в профессию их изложение, да ещё и в наше время — это бессмыслица. Нужно иметь лужёную глотку, стальные нервы или не иметь их вообще, чтобы переносить нападки. И главное — у нападающих очень правильные, очень точные идеи. Казалось бы — изложи их в статье. И процветай. Так нет же — не излагают. А потому что нечего излагать. Идеи эти — повторение пройденного. Они не вторичны, они третичны. В них нет ни точности, ни ума. Ничего нет. Есть только нападки.

Вернёмся назад — к тому моменту, как мы брались за дневник. Пусть он остаётся нашим тихим пристанищем. Мы изложим в нём свои мысли и похороним их. Нет, не похороним — будем с ними жить. Тихо с ними общаться, чтобы освежить их в памяти… Такое возможно? А почему бы и нет? Если, правда, дать себе слово — никогда и никому дневник не показывать.

Это слово — норма. Так живут все люди на земле. Так они и жили. Только мы не узнали об их жизнях ничего, что могло бы возбудить к ним интерес. Их жизнь — это их загадка. Их тайна. И они вольны были оставаться загадками для нас, не вхожих в их судьбы.

Всё нормально. Мы живем и умираем в одиночку. Нам не нужен подозрительный взгляд — поскольку мы тоже подозреваем. Я и он, мы и они. Всё нормально, всё хорошо — мы полностью защищены. И должны сохранять это положение до того момента, пока мы живём. А потом, после смерти, не всё ли равно?

Но есть редкая возможность переступить эту черту. И показать то, что пишешь, людям. Эта возможность дана не всем. Она и должна быть не у всех — а только у тех, кто умеет писать интересно. Хотя бы — интересно. Они пусть и пишут. А мы — будем их читать.

Мы будем их читать по той причине, что они — это мы. Часть нас, не худшая и не лучшая. Просто — часть, и всё. Они пишут, мы — читаем. И откликаемся на их вирши. Дискутируем. Но — не обижаем. Они тоже люди. Причём, не самые успешные среди нас. И не самые богатые.

Вот, собственно, и всё, что я хотел сказать в этой статье. Читайте и будьте снисходительны. Ко мне? Нет, ко всем нам.

Наша блогосфера

Рубрика: (Человек пишущий) | Автор: moderator | Дата: 04-09-2014

Метки: , , , ,

Прошло время, и я решил возобновить когда-то начатое. Просто решил. И — точка. Я начинаю заново то, что бросил год назад. То есть свой личный блог. Поехали?

Такие слова мы пишем, начиная новое дело. Это — наш блог. Место, которое мы лелеем, взращиваем. Для кого? Да, для любого человека, что тем или иным образом на него попадёт. И прочитает написанное. И в его сердце родится отклик. Или не родится — это неважно. Важно, что ты отметился в памяти людей. И когда придёт время помирать, ты сделаешь это вполне осознанно. За твоей спиной возвышается опыт. И он говорит тебе — можешь помирать. Я не возражаю.

Чем заполнять свой блог — дело не вполне понятное. Собственно, именно ради него всё и происходит. Но это история не для статьи. Это наша жизнь (даже если кто-то с этим не согласен). Поэтому оставим в стороне — зачем нам блог. Поговорим о том, каким образом нам следует оформлять свои тексты. И каким образом выкладывать их в Сеть. То есть поговорим о сугубо технических вещах, перемежая их время от времени не вполне техническими.

Дело в том, что содержание блога — это наша суть. Можно сказать, это наше исподнее, что мы выставляем принародно на всеобщее обозрение. Именно так и есть — выставляем. Хотя на самом деле считаем, что выставляем ложное, придуманное впечатление. Но дело в том, что соврать в Сети можно лишь однажды. Потом наступает недоверие. И ты можешь говорить полную правду, но в это никто уже не поверит. Ты — нараспашку. Ты — полностью открыт. И ты — полностью доверяешь тому, кто читает твои опусы.

А тот, кто их читает, уже не верит ни во что. Он сердит и хмур. Пусть не на тебя, пусть на всех остальных. И ты должен склонить его в свою сторону. Должен! Или… нет. Здесь многое зависит от того, кто пишет. От самого автора. Случается, что пишущий человек не нуждается в каких-либо читателях. И выкладывает свои произведения просто так. Ради, скажем, неких принципов, которые тебе по-барабану. И слава богу, что по-барабану, не будем в этом разбираться.

Блог — это дневник. Это почти всегда так — даже если ты пишешь не в дневниковой форме, он остаётся дневником. И отсюда мы строим основные принципы. Если блог является дневником, то и написанное в нём предоставляется другим для прочтения, но не для критики. Для критики есть другие вещи, не только блоги.

Если это дневник, то и писать нужно именно то, что тебя достаёт. Что не даёт успокоиться. Что тревожит твою душу. И это далеко не всегда серьёзная проза. Нет, что вы. Большинство, скажем, моих записей — это ирония. Надеюсь, что достаточно тонкая. Направленная против меня самого. И чуть-чуть — против всех, кто читает мой блог. Именно так — чуть-чуть.

Дневник — это чистая проза. Но на Интернет-страницах проза не особенно ценится. Важней изображения и видео. Я укомплектовываю каждое сообщение девятью фотографиями и одним видеороликом. Всё собственного производства. Только собственного — другое не котируется. Только в этом случае я могу сказать о себе, что я исключительно оригинален и самоценен.

Но есть и другие принципы. Например, у множества людей в блогах присутствует то, ради чего блоги и заводятся. То есть чужие картинки, чужое видео и, вообще, чужие материалы. Это может сопровождаться сообщениями на очень высоком уровне. Но может быть прокомментировано весьма и весьма условно. Здесь каждый за себя. Каждый выдумывает именно то, чем и пытается привлечь аудиторию (если, кончено, пытается привлечь).

Я не могу сказать, что меня интересуют чужие рисунки. Они меня, можно сказать, не интересуют вовсе. Но есть и такие блоги, которые я читаю взахлёб. Они полны рисунками картунистов. Это — художники-карикатуристы. Там всё чужое. И я не перестаю удивляться таланту этих людей. Правда, лайки ставлю крайне редко. Просто не понимаю, зачем они нужны. И что мой лайк определит в публикации.

Мы нашли свои параметры. Определили, что будем писать. Определились с иллюстративным материалом и с видео. Надо начинать работать… А где? Где размещать свои «произведения»? Выбор не так велик, как хотелось бы. Занявшись этим подбором площадок в начале 2011 года, я выбрал одну — blogspot.com. Именно она, эта площадка, показалась мне перспективной. Как оказалось, я был прав. Всё остальное оказалось, скажем так… сомнительным. И не будем рассуждать по этому поводу — и так всё ясно.

Правда, интерфейс этого проекта в 2011 году был крайне усложнённым. И это несмотря на то, что площадка эта существует при участии Google. Но с другой стороны, со временем дело упростилось. Изменился интерфейс. Изменились параметры. И работать с blogospot`ом стало проще.

Теперь стал понятен ещё один показатель — площадка, на которой мы будем размешать свои блоги. Поехали дальше. Пространство надо заполнять. С какой периодичностью? Я выбрал для себя два раза в неделю. Сначала решил, что читать меня будет интересно по понедельникам и по пятницам. И работал в этом ключе два года. Сейчас от этой истории отказался. К чему мне жесткая привязка к датам? И моим читателям — ни к чему. На блоге уже более сотни больших публикаций. И за год молчания блог не пропал. Значит, всё нормально — буду писать с той периодичностью, что предлагает сама жизнь.

Ну, в общем-то, пока речь идёт именно о двух еженедельных публикациях. Будет возможность — буду делать чаще. Нет, значит, нет. То есть могу размещать публикации и реже.

Объёмы публикаций — тоже проблема. Я сторонник того, что придя на мой блог, человек захочет на нём остановиться. Почитать материал. Поразмыслить. Подумать. Для этого я предоставляю ему большую статью — 10 тысяч знаков с пробелами. То есть хорошую такую статью, размером с две из этого блога. Плюс-минус, конечно. Но я чаще делаю чуть больше. Потому и говорю о 10 тысячах с плюсом.

Размещение. Да, размещение! Разве ни проблема? Человек приходит на мой блог и видит с десяток статей. Все они выглядят, как заголовки и первые отрывки — первые абзацы. Кликаю на «прочитать дальше» — открывается полная статья с картинками и видео. Этот вариант выглядит лучше, чем любые другие. Мне он нравится.

А что дальше? А дальше будет то, ради чего вы бьётесь в сердца чужих людей. Отклик, сомнение, радость — пусть будет всё. Сомнений, впрочем, пусть будет поменьше. Тогда вы и сможете сказать в конце пути то, о чем я и говорил… Нет, этого не нужно. Не стоит дважды говорить о том, над чем мы невластны. Остальное — да, пожалуйста. Но только не это.

Говорить дважды о том, что жизнь конечна, моветон. Это моветон ещё и потому, что у сильного дважды не просят. Собственно, у него и однажды попросить не очень-то удобно.

Почеркушки на первом и втором плане

Рубрика: (Человек пишущий, Я среди людей и люди вокруг меня) | Автор: moderator | Дата: 13-08-2014

Метки: , , , ,

Получилось так, что главной особенностью всей этой истории стали почеркушки. Не планирование на доске, не какие-то витиеватости, а — обычные росчерки пером в случайных записных книжках. Все забылось, а это — осталось.

Я не знаю, хорошо это или плохо, но почеркушки у меня есть. Они есть даже тогда, когда ничего другое не помогает. Когда планирование стопорится, когда плавает стратегический запас идей. Когда тормозит вполне законченная и вполне стройная система, которая регулирует мою работу. Система тормозит, а почеркушки — нет.

В чём тут смысл? В том, что почеркушки тесно связаны с какими-то тайными причинами, регулирующими мою работу? Понятия не имею. Но мне легче нарисовать что-нибудь и что-нибудь написать, чем расписывать свои планы. При этом почеркушки совсем не связаны с моей работой. Скорее, наоборот — они никак с ней не связаны. И живут себе спокойно, не диктуя никаких ценностей. Они попросту существует. И — точка.

Существование почеркушек весьма любопытно. В частности, любопытно, что именно я рисую и что пишу, когда раздумываю над очередной статьёй. Что делается в моей голове, которая в этот момент думает о каких-то отвлечённых вещах? Это великая загадка для меня самого (ибо я не думаю в эти моменты ни о чём таком, о чем мог бы спокойно рассказать).

Во-первых, начиная любую работу, я готовлюсь к ней. То есть готовлю свежий блокнот и ручку. Это должно быть постоянно передо мной. Блокнот, в котором количество страниц достаточно для рисования и письма. И ручка, которая в нужный момент не откажет. Дело, в общем-то, несложное. И совсем не хлопотное. Но всё же я к этому процессу готовлюсь.

Во-вторых, нужны идеи, которые заставят меня рисовать и писать. Обычные и необычные, витиеватые и простые — любые, какие только приходят в голову. И все эти идеи устаканиваются в стройную систему, которую мне совсем не хочется обозначать. Но я её обозначу как некую систему ценностей и систему рабочих приёмов. То есть мне в голову приходит идея написать, скажем, эту статью. И я (в голове, не явно) выстраиваю из неё общую систему, у которой есть название. А именно — «каким образом я пишу свои почеркушки». Этого уже достаточно, чтобы начать работу.

В-третьих, необходимо свободное время. И место для почеркушек. Я использую рабочее время, то, которое у меня есть. А место — у компьютера, рядом с которым находится блокнот и ручка. Точное время работы с блокнотом я не указываю. Случается и так, что я вовсе не беру его в руки. Но редко, чаще всё-таки беру. И черкаю в нём направо и налево. И получаются такие шедевры, что сразу и не расскажешь.

Вот, к примеру, почеркушки вчерашнего дня. Они начинаются с записи — нечеткой, очень путанной. Я даже разобрать её не могу. Что-то о времени, которое я описывал. Но не точно — разобраться очень сложно. Эта надпись увенчана узором. Это рукописный узор, изображающий (мама дорогая!) какую-то змею. Точнее, узор с её… спины? Да, возможно. Это узор со спины змеи, злобного и очень гадкого существа. Хотя, с другой стороны, чем же оно так меня раздражает? Тем, что это змея? И что ей тоже надо что-то кушать? И потому её спина украшена зловещим узором? Какая чепуха. Это просто узор со спины, и всё. Даже, возможно, не змеи, а автомобильной шины. Короче, здесь я ещё окончательно не утвердился.

Этот рисунок вписан в неверный круг. Зачем здесь круг? Понятия не имею. Но по его краям обозначены имена. «Сергей», а потом почему-то «Светлана». Помню, Светлана оказала на меня особое влияние — как сокращение русскоязычного «СВЕТ ЛАмпочки НАкаливания». Хотя по другим источникам, имя Светлана впервые возникло в русской литературе в начале 19 века. Не помню, где я это вычитал, но имени Светлана в святцах вроде бы нет. Но каким-то образом всё это связано с той статьёй, что я писал вчера.

Честно говоря, все надписи могут быть связаны с той или иной статьёй. И все могут не иметь с ней никакой связи. Дело вовсе не в содержании надписей. Дело вовсе не форме рисунков (а я рисовальщик ещё тот). Это никоим образом не влияет на сами статьи, я знаю это точно. Но что именно влияет, я сказать не могу. Это невозможно, немыслимо — даже если в рисунке будет изображено что-то компьютерное. Смысла рисунка всё равно не понять. Если только ни вспомнить, о чём таком размышлял в этот момент.

Но размышления-то как раз и не нужны. А нужны — одни лишь почеркушки. И то, ради чего они затеяны. Освобождение разума — если выражаться тонко. Его полное раскрепощение ради главной идеи — написать толковый текст.

Я только что изобразил момент самих почеркушек. Надписи, рисунки — всё это не имеет смысла. Но при этом в них заключается великий смысл. Почеркушки — способ мыслить, возможность забраться в любую, самую тёмную комнату, какая только возможна вообще. И при этом они не связаны с изложением материала, то есть с содержанием конкретной вашей работы. То есть — вообще, никак, никоим образом. Просто есть сам материал, и есть почеркушки. Они существуют раздельно. И в остальном их объяснить довольно сложно. Существуют и — точка.

Этот момент принципиально важен. Почему — я не знаю. Возможно, здесь сокрыта некая тайна. Допустим, мне думается о змеях (!) в тот момент, когда надо думать о статье. И я спокойно беру в руки ручку. И рисую в почеркушках спину змеи — с тем предчувствием, что мне откроется сама суть проблемы… Видите, как всё шатко? Я и говорю — шатко. И продолжаю свои упражнения с почеркушками, ни на что не надеясь и ни к чему никого не призывая.

Мне кажется, что почеркушки — главное открытие этого года. Или даже двух последних лет. Написав о них раз или два, я забросил эти описания. И стал работать с самими почеркушками. И оказалось, что в них содержится больше смысла, чем я описал. Дело в том, что описывать технологию и работать с ней — вовсе не одно и то же. И что содержательная часть почеркушек (здесь я оказался прав) не имеет ровно никакого значения. Когда рука моя черкает в записной книжке, голова решает поставленную задачу. Когда рисунок прекращается, я берусь за работу. И когда она завершена, от рисунка не остаётся и намёка. По-моему, гениально.

Как бы там ни было, но записная книжка и ручка — единственные инструменты, которые я готовлю специально, каждый день. Всё остальное готово и без этого. Компьютер, клавиатура, мышка — всё это находится под руками. Программы (две или три), текстовый редактор — всё ждёт меня, всё готово к моим действиям. И только выбиваются почеркушки. Им нужен специальный подход. Им нужна моя готовность взять в руки ручку и, в размышлениях, начертить на страничке какие-нибудь каракули.

И всё это без особого смысла, ибо смысл заключён в статье. Которая должна быть сейчас написана и не пишется вообще. Пока я не нарисую в записной книжке эту штуку.

Записные книжки для любителя дневников

Рубрика: (Человек пишущий) | Автор: moderator | Дата: 06-08-2014

Метки: , , , , ,

Простая записная книжка отличается от непростой не только формой, но и содержанием. У простой книжки все сделано с расчётом на то, что эту книжку быстро купят. Тонкая обложка, листы, сшитые самыми обычными стежками. Либо она склеенная, что встречается намного чаще. И никакой фантазии.

Другое дело — записная книжка, сделанная хорошо. У этой книжки всё отлично. Продумана каждая деталь. И всё ориентировано на то, что эту книжку будут использовать до последнего. И уж точно не продадут. Две книжки, и такая разная судьба. Я предпочитаю записные книжки второго типа. Но постоянно пользуюсь книжками первого типа. Тут уж ничего не помогает.

Если сказать точнее, то получится следующее. Я использую хорошие записные книжки для ведения дневника. И какие попало — для почеркушек. Для других дел мне книжки не нужны. А если были бы нужны, то принцип их выбора был бы примерно тем же самым. В случае каких-то особо ценных работ я бы выбирал хорошие книжки — большого объёма, качественно сшитые. А для ведения каких-то не особенно важных дел покупал бы самые дешёвые книжки. Лишь бы держали форму, не распадались на отдельные листы. И того достаточно.

Эти размышления о простых и непростых книжках достают меня постоянно. И всякий раз, приступая к выбору книжек, я задаюсь одним вопросом — какие из них мне следует купить. Я никогда не ошибаюсь, поскольку ошибка — дело прошлое. Ошибаются в выборе книжек те люди, что едва приступают к работе. А тут — годы использования… Нет, не годы, десятилетия. И здесь ничего уже не изменишь.

Мои дневники, которые я веду постоянно, длятся с перерывами многие годы. Но — с перерывами, ибо на ведение дневника тоже нужна особая причина. Если у тебя всё по-человечески, ты пишешь дневник. Это нормальная последовательность, в которой нет пропусков. А если ты постоянно ищешь, если ты экспериментируешь, то для дневника остаётся очень мало времени. И я перестаю его вести, чтобы спустя некоторое время, когда всё устроится, взяться за него. И так происходит постоянно.

В общем-то, всё вполне обыкновенно. Есть работа, всё идёт нормально — и ты находишь время для фиксации своих мыслей. Нет — значит, нет. Для дневника нужно пространство, на котором я смогу развернуться. Хотя не всегда это пространство означает, что я буду писать на нём что-то значительное. Как раз значительного и не предвидится. Дневник — это всего лишь дневник. Заметки, которые могут понадобиться в будущем, но, скорее всего, не понадобятся никогда.

Время, проведённое за дневником, считается хорошим временем. Но я не вижу особого смысла вести дневник, если у меня что-то из ежедневных задач завалено. Нет времени на такую работу, я её откладываю. В последнее время откладываю все чаще, хотя вроде бы никаких проблем с работой и нет. Но что-то от дневника отвлекает… Значит, это «что-то» тоже важно. Оно тоже почему-то возникло. И — живёт, хотя, по моему мнению, должно потихоньку сойти на нет. Не сходит — значит, у этого есть причина.

Вообще, в причинах разбираться я не хочу. Надо писать дневник — пишу дневник. Не надо писать — не пишу. Однако есть идея, что писать всё-таки надо. Пусть понемногу — это неважно. Главное — освещать то, ради чего записные книжки и покупаются. То есть — ни дня без строчки… Где-то я это вычитал. Не моя идея. Ну, и ладно.

Записные книжки, которые покупаются для дневников и почеркушек, лежат в сумке. Их довольно большое количество. Записных книжек для дневников сильно меньше — поскольку они сильно дороже. Но и их вид тоже впечатляет. Пять пустых книжек, и все разного вида. Есть книжка с металлическим замком. Есть книжка с ремешком. Есть с обложкой, отделанной под рисунок Ван Гога. Каждая из этих книжек стоит под тысячу рублей. И все они сделаны компанией PaperBlanks.

Выбор компании тоже сопровождается целой историей. Раньше эти записные книжки выпускались и компанией, которая специализируется на Moleskin`ах. Но сейчас Moleskin`ы забыты. Всё внимание отдано именно PaperBlanks`ам. Причина мне не вполне понятна. Просто эти книжки мне нравятся. И — точка. А всё остальное — про линовку или про бумагу — всё это чепуха. Бумага, кстати, у PaperBlanks`а чудесная. Она называется «верже» и представляет собой хорошо линованные (на физическом уровне) листы. Короче, бумага эта — верх бумажной технологии.

Записные книжки для почеркушек выбраны по другим причинам. Это самые дешёвые 100-листные блокноты от компании, представляющей товары ежедневного спроса. Цена этих блокнотов — 10 копеек. Я беру сразу по пять блокнотов, поскольку десять мне не осилить. Нет, надо бы брать именно по десять. В следующий раз возьму. Если снова не задумаюсь об обложке.

У этих блокнотов слабая обложка. Её, по сути, вообще нет. Обычная тонкая бумага. И больше ничего. Но сам блокнот с проклеенными страницами очень хорош. Он просто предназначен для почеркушек. И формат неплохой — как у маленькой записной книжки. И, повторяю, сотня страниц. Хватает надолго.

Эти две ипостаси и приходятся на мои записные книжки. Но есть и третья, которую я не обозначаю. Это маленькая записная книжица, у которой существует собственная профессия. В ней я записываю всё, что приходится держать в голове. Это книжка, предназначенная для записей «по требованию». Я использую её крайне редко, но не в этом дело. Главное, что она у меня есть.

Для этой книжки я подобрал записную книжку, устроенную наподобие Moleskin`а. То есть она устроена следующим образом — странички сшиты, твердая обложка и мягкая ленточка, опоясывающая книжку. Правда, нет карманов на форзаце — это, увы, не предусмотрено. Но мне эти карманы и не нужны. Зато цена этой книжки настолько невелика, что и вспоминать её не стоит. Книжка стоит сплошную чепуху. А выполнена вполне на уровне.

Для её применения есть определённые ограничения. Я могу взять с собой книжку, в которой веду дневник. И, таким образом, не замыкаться на счёт запоминания какой-то информации. Но эти записные книжки я никогда с собой не беру. Они выглядят дорогими. И в буквальном смысле провоцируют людей на кражу — хотя смысла в этих кражах нет никаких. Кому нужна наполовину исписанная записная книжка?

Одним словом, ограничения есть, да только они невелики. Главное — не забыть эту книжицу на столе рядом с компьютером. Она должна быть постоянно при мне. В ней я храню всё самое дорогое — имя, фамилию, отчество, общие данные платёжных карточек, данные паспорта. И кое-какую иную информацию.

Дело в том, что нигде, кроме как в этой записной книжке, этих данных нет. И я их не помню наизусть. И никогда не запомню — до той поры, пока у меня есть эта книжка. Вот вам и ответ на вопрос — какая из записных книжек самая важная.

Bits, Chronories, MacJournal и другие компьютерные мелочи

Рубрика: (Компьютер на рабочем столе) | Автор: moderator | Дата: 24-07-2014

Метки: , , , ,

Время от времени на своём компьютере я пишу дневники. Не ахти какая работа, но требующая сосредоточения. И — соответствующего софта. Можно, конечно, писать дневники на чём попало. Но не хочется. На такой чудесной машине должен быть софт, предназначенный для дневников. И, как это ни удивительно, подобный софт нашёлся. Да, ещё как нашёлся! Ниже я представляю несколько программ, которые касаются в той или иной степени дневников. А что выбрать из этого изобилия, дело ваше.

Первая программа — Bits. Это очень маленький, прямо-таки невесомый текстовый редактор, который умеет хранить тексты и в облаке, и внутри компьютера. Собственно, поначалу он хранит их именно внутри компьютера — в директории journal.bitsarhive. Эта директория создаётся при инсталляции программы. И ничего особенного собой не представляет. Её можно изменить — если захочется. В настройках это первая опция. Есть и вторая. Это настройки подключения к облаку. Предусматривается подключение к Tumblr и к WordPress. И клавиша соединения. Тоже ничего интересного.

Любопытно, как эта утилита работает. А работает она замечательно. При запуске можно выбрать одну из опций, расположенных на первой странице. Первая опция предназначена для сокрытия записи. На ней значится надпись «Hello, #world!». И написано кое-что ещё, такое же малозначительное. Выбор второй опции приводит к тому, что на экран выводятся все имеющиеся надписи — по три строки из абзаца. В заголовке значатся дата записи и её время. Дата указывается цифрами. Всё очень лаконично и удобно.

Какие можно писать сообщения? Да, какие угодно. Можно ограничиться короткими сообщениями, можно писать длинно. Можно вставлять, что вставляется — фото или видео. Правда, про видео я пока знаю не точно (то есть не знаю вообще). Но, наверное, можно. И в результате получилась идеальная программа из всех возможных. Правда, без сложной системы защиты. Прочесть ваши записи сможет любой школяр. Но программа и не предназначена для серьёзной переписки. Она написана для того же, для чего с компьютером цацкаемся и мы. Для творческих людей, которым нужен хороший инструмент для дневниковых записей.

Программу эту я внёс в копилку особых ценностей. Придёт время, и я начну использовать её по прямому назначению. А пока — пусть поживёт на компьютере, тем более что сейчас я выбираю один дневник из двух. Вторая программа старая. Ей уже много лет. Она называется Chronories. И является тоже дневниковой программой.

На самом деле Chronories — это не дневник, а нечто большее. Эта программа была удалена из App Store. А потом появилась снова. Видимо что-то произошло — она по-прежнему грузится и не представляет чего-то необычного. Кроме того, что это платная программа. И она касается всего, что происходит с компьютером. Абсолютно всего. С этой программой мы ведем полный дневник — всего, что происходит.

Во-первых, программа эта довольно большая. При первой инсталляции она прописывает себя в меню рядом с часами. Здесь она и живёт, проявляясь лишь в трёх случаях. Первый случай — когда нам надо написать дневниковое сообщение. С этим всё понятно. Второй случай — когда надо сделать скриншот. Пусть и один в день — неважно. Ну, а третий случай — когда нам надо сделать картинку со встроенной видеокамеры. Тоже можно одну за сутки. Вот тогда, при том, что все три шага выполнены, иконка успокаивается. Цифры на ней — те самые три — исчезают. И иконка живёт, как напоминание о возможностях.

О чём говорим? О возможностях программы, которые касаются самого дневника. Эти записи структурированы и находятся на компьютере — в той директории, что мы задаём изначально. Открываем программу, запуская основной модуль. Открывается настраиваемое окно. Здесь можно выбрать цвет оформления и подобрать опции к каждой из них. Например, настройка дневниковых сообщений. Выбираем шрифт, которым будем писать. И… всё. А больше выбирать и нечего. Записываем в дневник всё, что думаем. И идём дальше.

А дальше идут картинки, напоминающие о содержании дня. Здесь царит некоторая неразбериха. Я записываю свои мысли в начале дня, а не в конце. И получается, что записи состоят из одинаковых опций. Везде стоит «хороший день» и «очень хороший день». Везде указано, что я ни с кем не общаюсь, потому что мне это не нужно. И дневник утрачивает смысл — поскольку мне нужно другое. Но это лишь мои причуды, программа здесь, полагаю, не при чём.

Далее — после опций с веселыми и грустными мордочками идут три строки напоминаний. Одна строка «что запланировано на день», вторая строка — «что случилось», третья — с кем связывались. Во всех трёх строках действует одна и та же опция — копирование из сохранённой памяти. Набираешь одну букву «н». И далее вставляется «ни с кем не связывался» или «ни кому мы не нужны». Очень мило, хотя и не особенно информативно. Но, опять же, дело во мне, а не в программе.

Далее идёт информация о погоде, о содержании почты, о запущенных программах. Идёт две ссылки — на скриншот и на картинку с веб-камеры. Я об этом уже говорил — их нужно сделать, чтобы потом система не напоминала об их наличии. Интересно, что сделанные фотографии потом можно спокойно удалять — система считает, что дело сделано. И больше об этом не напоминает.

Эта программа — Chronories — кажется мне очень информативной. Но только кажется, поскольку я не использую всех её возможностей. Но есть и другая программа, которая обновилась сегодня, а стоит (без дела) уже очень давно. Это программа называется MacJournal. Её актуальная версия 6.1.2. Она по-прежнему обновляется и улучшается. Я об этой программе подробно рассказывал, поэтому в этот раз промолчу. Говорю, однако, о том, что именно её, именно эту программу и стоит считать самым лучшим дневником. Претензия лишь одна — в ней нет автокапитализации. И я, садясь писать в ней, получаю всё, что стоит в моей системе. Есть даже проверка орфографии — модуль ОРФО 2013. А автокапитализации нет.

Ну, нет и нет. И не надо — если нет. Я этим модулем и не пользуюсь, поскольку его нет. А при желании пишу в одной программе, потом переношу написанное в другую… Это и ставит на программе жирный крест. Держу её до того момента, пока в ней не появится автокапитализация. Тогда и начну в ней работать.

На самом деле программ для ведения дневника очень и очень много. Например, Quick Note — программа для ведения коротких (и не очень коротких) записей. Можно применять и её. Но я ищу лучшую из них. Возможно, самую лучшую. И эта лучшая из лучших должна уметь всё, что умеет хороший редактор. То есть иметь орфомодуль, автокапитализацию и всё, что положено иметь редактору. И такой программы пока не находится… Ну, разве что Bits. Вроде бы у неё есть шанс стать моей любимой программой.

Новая записная книжка

Рубрика: (Человек пишущий) | Автор: moderator | Дата: 20-05-2013

Метки: , , , ,

В былые времена выбор и приобретение новой записной книжки — взамен исписанной от корки до корки — был настоящим праздником. Почему не сейчас? Потому что с годами к вещам привыкаешь. И эта привычка сама превращается в привычку, что на самом деле не особенно хорошо, поскольку вещи не должны обладать над нами серьёзной властью. Нам лучше быть независимыми и легкими — как птицы, у которых вещей не бывает. Но мы не птицы. И нам иногда очень нужны такие вещи, как записные книжки.

А можно ли отказаться от записных книжек, сопутствующих им огрызков карандашей и ученических ручек? Можно — если наша работа и сама жизнь не сильно связаны с умственной деятельностью. Если мы живем больше по течению, если мы не наблюдательны и не ведём с собой долгих въедливых дискуссий на одну и ту же тему — «зачем живёшь».

Обойтись без записной книжки можно, но — зачем? Поначалу будет, действительно, легче. Дневник, даже тот, что ведётся эпизодически и крайне нерегулярно, требует определённых усилий и времени. Не писать всегда легче, чем писать — как не думать легче, чем думать. Но потом начинаешь ощущать утрату. В том месте, которое раньше предназначалось записной книжке, образуется гулкая пустота. И тебе не с кем поговорить. Одиночество усугубляется и принимает неприятные формы. Мало быть совершенно одиноким, нужно ещё быть и бездарно одиноким.

Новая записная книжка — товарищ на достаточно длительный срок. Здесь всё зависит от нашей «писучести». Одному небольшой записной книжки карманного размера хватит на год. Другой испишет её в течение месяца. Третьему одна книжка может прослужить и пять лет. Если производительность невелика, невелика и потребность. То есть достаточно будет компактной записной книжки на полсотни листов. Слишком объемные книжки неудобны. Лучше время от времени покупать книжки попроще, чем держать при себе дорогую, оттопыривающую карман, толстую книжищу.

Ладно, это досужие рассуждения. Какую книжку лучше выбрать, чтобы не особенно разочароваться? Ту, что понравилась с первого взгляда? Это понятно. Что с явными и скрытыми признаками практичности и удобства?

Хорошая записная книжка должна быть облечена в прочную обложку, желательно, из натуральной кожи. Сгодится хороший кожзаменитель (если он бывает хорошим в принципе) или грубая ткань. Я люблю твид. Твидовая обложка получается в меру плотной и в меру рыхлой (то есть мягкой на ощупь). Эта ткань хорошо держит форму и выглядит неформально. Хороший материал. Но на практике твидовые записные книжки редкость. Серийно их почти не выпускают, но попадаются хорошие предложения полукустарного производства. Записные книжки — популярные сувениры. Значит, их можно искать на сувенирных развалах (скажем, во время поездки за границу).

Что лучше — твердая или мягкая обложка? Это дело личных пристрастий. На деле записная книжка в мягкой обложке может прослужить дольше, чем такая же книжка в твердой обложке. Там, где плотный картон твердой обложки сломается, мягкая обложка лишь согнётся. Но, с другой стороны, в книжке с твердой обложкой легче писать на весу. Твердая обложка в полевых условиях служит подставкой, упрощающей письмо.

Размер книжки? Думаю, записная книжка размером меньше формата А6 в работе неудобна. А больше А5 — слишком велика для кармана или борсетки. Поэтому нужно выбирать что-то между А6 и А5.

Бумага? Мне нравится верже — структурированная бумага, которая применяется в записных книжках PaperBlanks. Это очень хорошая марка. Книжки PaperBlanks отличаются не только качеством бумаги, но и отличными переплётами, эффектной выделкой и невероятным разнообразием оформления.

Бумага верже — «фрукт» редкий. Есть предложения попроще, но при этом ничуть не хуже. Я имею в виду записные книжки любых производителей «первого ряда». На память приходит молескин… Но лишь по той причине, что сам я использую молескины и записные книжки PaperBlanks. А хороших марок на самом деле неизмеримо больше. Их десятки и сотни. И все они примерно равноценны. Так что выбор всегда есть. Главное — определиться с требованиями.

Какой должна быть линовка страниц? Это не такой уж простой вопрос. Я не люблю датированных ежедневников и записные книжки, страницы которых разлинованы в клетку. Мне нравятся записные книжки с нелинованными страницами, но еще больше — не слишком широкая горизонтальная линовка. Оптимальна линовка молескинов. У книжек PaperBlanks линовка представляется мне избыточно широкой — на страничках умещается меньше строк, чем хотелось бы. С другой стороны, аккуратное заполнение страниц PB вполне соответствует стилю оформления этих записных книжек. Крупное, размашистое письмо и — такое же уверенное, четкое тиснение обложки. Аккуратная, не слишком яркая линовка, и — безупречного качества фурнитура (объемные замочки, металлические петли, магнитные клапаны).

Страницы без линовки хорошо подходят для рисунков и записей в свободном стиле — когда строчки разъезжаются вкривь и вкось, но как раз это и придаёт книжке признаки индивидуальности. Горизонтальная линовка понравится людям строгой личной организации и неисправимым гуманитариям. Клетка, особенно мелкая, нестандартная, предназначена технарям. Хотя… ерунда это всё. Что нравится, то и выбирайте. Новая записная книжка — лишь техническая основа непростого процесса ведения личных записей.

Почему этот процесс я считаю непростым? Потому что записи должны быть, прежде всего, информативными. А этого без отработанной системы не добиться.

Любая записная книжка, даже очень небольшая по объёму, должна оснащаться удобным справочным аппаратом. Самый простой и наиболее эффективный — алфавитный указатель на боковом обрезе страниц. Он удобен не только для ведения адресных и телефонных баз. Алфавитный указатель удобен для ведения любых записок, в том числе и для смешанных. Более того, ничего удобней для ведения комбинированных записей, в которых сочетаются адреса, телефоны и пометки общего плана, и не придумаешь.

Другой способ разделения разноплановой информации — выделение в книжке тематических зон. Часть страниц предназначена для записи адресов, часть — для телефонов, оставшиеся страницы — для других записей.

Ещё удобней разделение на тематические зоны отдельных страниц. Но здесь уже придётся исходить из размера записной книжки. Страницы маленького формата не особенно разделишь. Но… стоит ли? Лучше выбирать небольшие книжки — для непродолжительного хранения важной информации. В конце рабочего дня или рабочей недели (что более реалистично) нам следует перенести записи в память компьютера — в адресную базу или в дневниковую программу. Тогда исписанную книжку можно просто выбросить, заменив её новой.

Копаться в старых записях удобней на компьютере — из-за мгновенного контекстного поиска. Главное, было бы где искать… Не отказывайте себе в удовольствии работать с красивыми записными книжками. И не пренебрегайте этими простыми инструментами усиления памяти.

Рукописная книга

Рубрика: (Человек пишущий) | Автор: moderator | Дата: 29-01-2013

Метки: , , ,

Всегда завидовал людям, у которых красивый почерк. Но при этом всю жизнь писал от руки. В компьютерную эпоху ситуация несколько изменилась в пользу набора текста на клавиатуре. Но потом выправилась — когда я понял, что время старых добрых технологий продолжается, и у письма от руки есть масса преимуществ. Когда пишешь на бумаге пером, к примеру, лучше думается. И пишется лучше — точней, правильней, без обидных опечаток. Работу, написанную от руки, приходится переводить в стандартный компьютерный формат. То есть — перепечатывать самому. А при перепечатке в работе отлавливаются все несуразности, передержки, повторы.

Но есть такие виды рукописной работы, которым компьютерные технологии ни к чему. То есть — вообще. Исписанная тобой записная книжка или здоровенный бумажный кондуит прекрасно себя чувствуют в единственном экземпляре. Они никому не нужны — кроме автора, то есть меня, любимого. Значит, имеют полное право остаться на бумажном носителе.

У рукописной книги — а таковой можно считать любую записную книжку, особенно дневник — есть два недостатка и одно огромное достоинство. Рукописную книгу трудно размножить. Трудно, но возможно — путём ксерокопирования или перепечатки на компьютере и последующего воспроизведения на принтере. Это первый недостаток. Второй — символы в рукописной книге не стандартизированы. Их вид сильно зависит от почерка автора или переписчика. Поэтому читать рукописную книгу бывает не просто даже самому автору, не говоря уже о посторонних людях.

Достоинство же рукописной книги — в её достоверности. Рукописную книгу невозможно подделать, за это просто никто не возьмётся. В ней нет лжи — кроме той, которую допустил автор. В ней нет ничего наносного, лишнего, придуманного кем-то чужим. Рукописная книга — произведение сугубо авторское. Можно даже сказать — частное. Она не предназначена для широкого круга читателей. Поэтому и популярность ей не светит в принципе.

О рукописной книге я задумался после того, как решил навести порядок в своём «архиве» (в кавычках, поскольку это никакой не архив, а ящик со сваленными в него потрепанными записными книжками и бессистемными листами исписанной бумаги). Первое движение — безжалостно выбросить этот хлам. Движение второе — но при этом надо пробежаться по этим листам глазами. И третье движение — что же делаю-то? Это же не просто мятая бумага. Это — моя жизнь. Мои мысли. Мои сомнения. Никому это, конечно, не нужно. Но как же я могу отказаться от своего прошлого, от своей судьбы? Нет, эти записи нужно сохранить. Не для потомков, разумеется (они обойдутся). А для кого? Для себя?

Это не такой уж простой вопрос. Избавиться от дневников — пустяки. Если донимают параноидальные мысли, можно воспользоваться для уничтожения старых записей шредером. Можно сжечь свои записные книжки — этот процесс добавит самой процедуре романтизма. Можно просто выбросить старые бумаги, разорвав страницы на две или три части. Но… не пожалею ли? Когда писал эти дневники, об их уничтожении не думал.

Но всё же в этом есть определённый резон. Оставлять старые дневники — допускать возможность их прочтения другими людьми. Может, даже врагами.

Всю жизнь царь Николай II вёл дневник. Записи его дневника после революции легли в основу обвинений Николая в том, что он был серым, безынтересным человеком. А он был интересным и вовсе не серым человеком. Высокообразованным, даже сердечным. Просто на нём лежала огромная ответственность за самую большую страну мира. И он вроде бы «должен был» в своём дневнике описывать переживания самодержца, переплетения политических катаклизмов и всё такое прочее. А он вёл дневник самого обычного человека, записывая в него — что ел, с кем встречался, с кем разговаривал.

Сразу приходит мысль — мы, конечно, не цари. Но и наши откровения могут быть преданы гласности. И какие-то моменты вызовут у читателей вовсе не те чувства, которые нам хотелось бы.

Значит, писать дневник нужно в расчёте, что его рано или поздно кто-то прочтёт. Даже если мы этого категорически не хотим. Эту бомбу надо обезвредить в самом начале — либо писать так, чтобы дневник не обратился в оружие против нас самих. Либо не писать вообще.

У дневника, как у рукописной книги, есть важные достоинства. Ведение дневника дисциплинирует, организует нашу жизнь. Каждый день (или раз в неделю) нужно внести в записную книжку дневниковую запись. Нужно сесть за стол, включить лампу, собраться с мыслями. Нужно вспомнить события дня, выделить самые существенные, уточнить оценки. Это настоящая работа. Причём, очень полезная — для понимания того, что с нами происходит.

Ещё одно достоинство — уважительное отношение к жизни. Любое её проявление достойно внимания. В обыденной жизни мы об этом забываем. А за дневником приходит осознание значительности момента. Или его забавности. Или трагизма.

Я абсолютно уверен, что нам не стоит избавляться от культуры ведения дневников. Напротив, её надо совершенствовать, внедрять в нашу жизнь и в жизнь наших детей. Школа тоже связана с постоянным ведением дневника. Пусть этот школьный дневник дополнится дневником личным. Но он должен быть тайным, приватным — как приватны сами наши мысли. И уж точно ни одна мать на свете не должна считать, что она «имеет право знать, чем живет её ребёнок». Знать она право имеет, лезть в дневник сына или дочери — нет. Более того, не стоит открывать детям и свои дневники. Только по взаимному согласию и при искреннем интересе ребёнка. Дневниковая культура воспитывает отношения между людьми — уважение к чужому мнению, к частной стороне жизни.

Хорошая рукописная книга — в том смысле, как я её понимаю — это хорошая записная книжка. Выбирая книжку для личного дневника, постарайтесь купить лучшее из того, что предлагают в магазине. Книжку с качественным переплётом, с прочной, красивой обложкой, с хорошей бумагой. Культовые молескины — образец. Но не молескинами едиными. В наши дни отыскать хорошую записную книжку проще, чем когда бы то ни было.

Для ведения дневника и перо должно быть хорошим. Это же не добровольная каторга, это несказанное удовольствие — исписать в конце дня страничку в дневниковой книжке. И делать это следует ручкой с мягким, комфортным штрихом. Пусть это будет шариковая ручка или роллер. Перьевые ручки нравятся не всем (но очень нравятся мне). Главное, чтобы было удобно.

А ещё нужно приучить себя к регулярности записей. К уважительному отношению к исписанным дневникам. К необходимости хранить эти записи.

Это не так уж и сложно. Зато в вашей жизни со временем появится целая коллекция рукописных книг. Совершенно неповторимых, написанных лично вами. На зависть тем, кто не пишет ничего. И — царям.

Перекрёстные дневники

Рубрика: (Человек пишущий) | Автор: moderator | Дата: 28-01-2013

Метки: , , ,

Моё увлечение дневниковыми записями перешло разумные пределы. Вдруг оказалось, что у меня сразу… два дневника. И это не считая компьютерного планировщика и такого же компьютерного календаря, которые тоже в определённой степени можно считать дневниками.

Надо разобраться — почему так получилось. Почему, по какой причине дневники так размножились? Не мешает ли это работе? Или, наоборот, помогает? И что со всем этим делать — закрывать часть дневников или, напротив, увеличить их количество? А что, пишешь себе дневники и пишешь. И работа вроде бы спорится. Если, конечно, это работа, а не грубая и наглая прокрастинация.

В этом, думаю, и есть соль проблемы. Если дневники помогают сосредоточиться на главном деле, то пусть их будет (фигурально выражаясь) хоть тысяча. Если же от работы отвлекает даже один дневник — не бывать и одному.

Вообще, по части прокрастинации — ухода от настоящей работы — я оказался большим специалистом. Множество причин придумаю, лишь бы уклониться от полезного дела. Думаю, причина в мере ответственности. Работа, какой бы простой она ни была, налагает определённые обязательства. Сделаешь что-то — выполнишь взятое на себя слово. Не сделаешь… ну, и какой с меня после этого спрос? Не сделал и — ладно. Сделаю в другой раз. Если не найдётся ещё пара веских причин уклониться и от этого.

Возникает вопрос — а на что жить? Если не работать вообще, бить баклуши и изображать активную трудовую деятельность? Дневниковые записи — как хороший человек — не профессия, не дело, которому следует отдавать всё время. Дневник помогает собраться, раскачаться и взяться за работу. Но часто происходит наоборот — он расхолаживает, уводит в сторону и отнимает силы. Десятистраничная дневниковая запись — дневная рабочая норма. Можно сравнить с таксистом, который перед началом смены ради своего удовольствия катается часа четыре по городу. А потом, смертельно уставший, подкатывает на стоянку такси… Абсурд? Конечно.

Вместе с тем в ведении нескольких дневников одновременно есть практический смысл. Нужно лишь разделить записи по значимости и назначению. И очень может оказаться, что на деле практика множественного дневника ведётся нами давным-давно. Просто мы на это не обращали внимания.

Переберу свои записные книжки. Вот главная — самая красивая, в твёрдой обложке и на хорошей бумаге. Это основной дневник, в который я записываю итоги дня, свои впечатления от пережитого времени, дальние планы на будущее. То есть всё, что мне хочется записать в дневник и что кажется мне крайне важным.

Вторая книжка попроще. Изначально она была заведена для почеркушек — черновых записей самого разного назначения. Эти записи не предполагалось сохранять, поэтому блокнотик был из самых дешевых. 100 страниц белой бумаги с вертикальным клеевым переплётом. Цена — «три копейки в базарный день». Я покупал эти блокноты целыми упаковками. И так к ним привык, что при желании подыскать что-то другое, с обычным «книжным» переплётом, хорошей замены так и не нашёл.

Внезапно выяснилось, что выбрасывать исписанные почеркушками блокноты себе дороже. Помимо каракулей, бессмысленных рисунков и прочей ерунды, в них содержатся «умные мысли», фрагменты будущих, ещё не написанных статей, развёрнутые (и не очень развёрнутые) планы больших вещей. И многое другое, что выбросить не поднимается рука.

Заниматься оцифровкой почеркушек мне кажется занятием совершенно бестолковым. Это же почеркушки, полуавтоматическое письмо, в котором иной раз смысла не больше, чем в рисунках, которые мы создаём в глубокой задумчивости — ромбы, звёзды, какие-то облака… Зачем это оцифровывать?

И я решил исписанные блокноты отправлять в так называемый «архив» — в ящик с использованными бумагами. Мало ли, вдруг когда-нибудь пригодиться?

В этих почеркушках много от дневника. Собственно, это и есть дневник. Поминутный конспект текущей жизни. Слепок моих мыслей, идей, сиюминутных озарений (если всё это можно назвать озарениями).

Но у меня есть дневник! Есть. Тот, что я заполняю после работы, вечером, по итогам пережитого дня. Этот дневник работе никак не мешает. Напротив, если я смертельно устал и не хочу больше ничего писать, я и не пишу — откладываю дневник на следующий день. И нисколько по этому поводу не переживаю.

Основной дневник — вовсе никакая не прокрастинация, поскольку заполняется он после работы, а не до её начала. А почеркушки? Они тоже к прокрастинации отношения не имеют. Блокнот лежит под рукой. Рядом — готовое к письму перо. Если мне нужно что-то быстро черкнуть на память — я это делаю за несколько секунд. Потом возвращаюсь к работе. И почеркушки мои не перебивают рабочего настроения.

Хорошо, а как быть с планами на новый день? Это тоже дневник? Да, это дневник. На этот раз — компьютерный, в виде программы. Я по-прежнему использую программу Chronories для Макинтоша, поскольку так и не нашёл ей адекватной замены. Со временем развитие этого приложения прекратилось. Сейчас программу даже не отыскать на авторском сайте. Но она по-прежнему продаётся на порталах, предлагающих маковский софт (например, на популярнейшем macupdate.сом). В этом электронном дневнике я расписываю предстоящий день с утра — в самых общих чертах. Более подробные планы держу в календаре iCal. Синхронизирую эти две программы вручную. Это позволяет не упускать важных дел и следить за выполнением дел второстепенных. Впрочем, дел этих не так уж и много. Я стараюсь делать так, чтобы задачи изо дня в день повторялись. И работа носила комфортный для меня слегка монотонный характер. Сегодня пишу, завтра пишу, послезавтра пишу. Всё жизнь только и делаю, что пишу.

У меня получилось целое соцветие перекрёстных дневников. Не тематических, общих, в значительной степени повторяющих друг друга. Компьютерные дневники — суть, планировщики. Бумажные — конспект текущей жизни и итоги прожитого. Ни один дневник не вступает в противоречие с другим. Самый невостребованный — календарь iCal (системный для Mac OSX). Самый ценный — бумажная записная книжка с основным дневником. Самый используемый — блокнот для почеркушек.

Отчего же я печалюсь? А я и не печалюсь. Обещал разобраться — разобрался. Не мешают моей работе три перекрёстных дневника. И даже наоборот — помогают. Что и требовалось выяснить.

Дневники — лишь один из инструментов увеличения эффективности труда. И не самый главный. Важней наладить правильное планирование — чтобы знать, когда и что мне нужно сделать. Но и приуменьшать значимость ведения дневников не следует. Мы умеем себя судить, но крайне редко выносим сами себе суровые приговоры. Дневник помогает держать под контролем и свою работу, и стремление к прокрастинации.

Кстати, прокрастинация не такая уж плохая штука. Это, по сути, защитный механизм думающего человека. Когда задача слишком сложна, когда накапливается усталость, мы инстинктивно переключаемся на задачу попроще. Важно лишь вовремя вернуться к работе. То есть — не утратить ощущения реальности и чувства меры.

Наблюдатель за наблюдателем

Рубрика: (Человек пишущий, Я среди людей и люди вокруг меня) | Автор: moderator | Дата: 12-10-2012

Метки:

Неожиданный (вроде бы) вопрос. Зачем нам, вообще, нужен дневник? Зачем тратить время на записи, которые никто, кроме нас самих, не прочитает? Что дает ведение дневника в реальной жизни? Неужели без него нельзя обойтись?

Нельзя. Дневник ведут все люди. Даже те, кто не умеет читать и писать. Дневник — это наша память, которая хранит воспоминания о поступках и размышлениях. На страницах этого эфемерного дневника мы записываем самое главное — оценки собственных действий. Дневник в молескине (в школьной тетради, на отдельных листах — совершенно неважно,  на чём именно) лишь попытка фиксации наших размышлений. Костыль для нашей памяти, которая обладает чудесным свойством забывать даже самое важное.

Способность к самооценке — главное свойство человеческого разума. Оно называется рефлексией. Именно рефлексия отличает нас от животных. Мы помним о своих переживаниях, способны оценить себя и на основе этих оценок выстроить последующие действия. Рефлексия позволяет нам управлять собственной жизнью — сообразуясь с совестью и мировоззрением.

С самого рождения мы лишены возможности оценивать свои поступки. Способность к самооценке развивается позже — с нашим взрослением. В первые годы жизни мы целиком полагаемся на взрослых. А потом в нашу жизнь постепенно входит рефлексия. В подростковом возрасте она уже достаточно влиятельна, чтобы преподнести нам первые открытия. Оказывается, мы смертны, мало чем отличаемся от окружающих. И наши поступки полны ошибок — в том числе и крайне глупых. И мы вовсе не центр вселенной. Мы — одна из песчинок в этом огромном человеческом муравейнике.

Открытия юности настолько значительны, что способны привести подростка к трагедии. Это первое серьёзное испытание, которое преподносит нам жизнь. Мы судим себя самым жестким судом, какой только существует на свете. И если не научимся себя прощать, быть беде.

Все психологические трудности подросткового возраста — следствие развивающейся способности к рефлексии. И взрослые обязаны помочь юной личности совладать с этим внутренним диалогом между «я» и «я», который мы ведем сами с собой до последнего дыхания. Важно помочь отыскать те ориентиры, по которым будущие мужчина или женщина будут оценивать свои поступки. На первое «я» — личностное, строго индивидуальное — мы повлиять не можем. Это — природа. Но второе «я» взращивается воспитанием. Это — устои морали. Это — наша совесть. Важно не допустить серьезного раскола между этими двумя «я». Иначе человеку будет трудно контролировать себя, трудно жить в сообществе себе подобных. А суд совести может превратиться в невыносимую пытку, избавиться от которой можно лишь одним способом — подавить свою способность к рефлексии.

Возраст в 12-14 лет идеален для привития привычки вести дневник. Подарите своему ребенку красивую записную книжку и ручку. И расскажите, что в эту книжку следует записывать. Ведёте дневник сами? Очень хорошо. Измените хотя бы раз своим принципам и покажите сыну страничку своего дневника. При условии, что никогда, ни при каких обстоятельствах в ваш дневник он больше не заглянет. И сами дайте ему слово, что не заглянете в его дневник — даже если ребенок с вас этого слова не требует.

Неприкосновенность сокровенных мыслей — главное условие ведения дневниковых записей. Дневник — личная территория, вход на которую заказан всем, включая отца и мать. Да, да, мама вовсе не обязана знать обо всём, что твориться в голове у её сыночки. Более того — она обязана строго следовать правилу неприкосновенности. Только в этом случае есть шанс сохранить отношения с выросшим дитятей. Подумайте над этим.

Одно из главных условий ведения личного дневника — честность. Играть с самим собой занятие крайне глупое. Нечестность ведет к тому, что дневник превращается в фикцию, в амбициозную забаву. А настоящий дневник всё равно пробьётся — в виде непростых размышлений.

По сути, дневниковые записи — это своеобразная «тренировка» нашей способности к рефлексии. И постоянная проверка на честность перед самим собой. Если мы детально расписываем в личном дневнике обстоятельства какого-то события, делая упор на своем поведении, а сами при этом думаем — «да ладно, ерунда, какое кому дело до моих переживаний» — то эта мысль и есть правда. А дневниковая запись — глупая ложь. Глупая, потому что она никому не нужна, кроме нас самих. И мы пытаемся соврать самому себе, скрывая от себя неловкость за необдуманный поступок или даже укол совести.

Есть такой литературный прием — форма дневниковой записи. Это именно приём, а не способ ведения личного дневника. Оценки в этом литературном «дневнике» будут неизбежно искажены. Мы же ставим перед собой вполне определенную цель — привлечь и удержать внимание читателя. Своей искренностью, своей открытостью — как автора литературного произведения. Потому и идём на эту уловку.

Но у личного дневника не может быть читателя. Даже одного. Эти записи предназначены исключительно для внутреннего употребления. Можно спросить — а как же публикации дневников великих писателей? Дневники этих людей были опубликованы после их смерти. Жизнь закончилась и стала историей. И мы получили возможность пережить эту чужую жизнь  вместе с автором дневника. И оценить уровень его таланта, поскольку личный дневник это не литературное произведение, требующее кропотливой отделки. Дневник строится исключительно на воспоминаниях и интуиции.

Вспомните, а еще лучше перечитайте дневники Евгения Львовича Шварца и Корнея Ивановича Чуковского. Любые пояснения будут излишними.

Воспитание способности к рефлексии неизбежно приведут взрослеющего человека к пониманию основополагающих истин. Например, к тому, что завышенной самооценки не бывает. Раздутое самомнение — результат лжи самому себе. Или патологической глупости. Никто же не сомневается, что «Дневник одного гения» Сальвадора Дали — никакой не дневник. Это эпатажное литературное произведение, декларация своего места в мире искусства и, по сути, попытка саморекламы. В реальной жизни Дали был стеснительным, сомневающимся человеком.

Другая крайность — заниженная самооценка. Она не так вредна, как может показаться. Однако с ней нужно суметь совладать, чтобы не стать пассивным, слабым человеком, опускающим руки перед любой трудностью.

А бывают ли люди лишенные способности к рефлексии? Возможно. Но их крайне мало. Эти люди никогда не сомневаются в своих поступках. И ни к чему не стремятся. Их вполне устраивает все, что с ними происходит.

Вспомните слова Евгения Ивановича Трошкина, героя фильма «Джентльмены удачи». «Украл, выпил — в тюрьму. Романтика!»

Простые, ясные «ценности» без особых затей. Какая уж тут рефлексия?

Дневник, который всегда с собой

Рубрика: (Компьютер на рабочем столе, Человек пишущий) | Автор: moderator | Дата: 09-12-2011

Метки:

С годами ноутбук превращается в постоянного спутника, без которого невозможно обойтись. Он и рабочий инструмент, и средство развлечения, и универсальный коммуникатор, и нянька. С появлением планшетных компьютеров и смартфонов, работающих в тесной связке с ноутбуком или настольной машиной, ситуация лишь усугубилась.

Порой доходит до смешного: берешь авторучку, принимаешься что-то писать и вдруг с веселым ужасом понимаешь, что рука не слушается, что навык быстрого письма атрофировался. И нам требуется определенное время, чтобы вспомнить забытое удовольствие писать от руки.

Но все же для думающего человека авторучку и лист бумаги не заменит ни один компьютер… Или все-таки заменит? А если программа чудо как хороша? Если работа с этой программой доставляет не меньшее удовольствие, чем письмо элитным пером? Возможно такое или нет?

Возможно. Проработав на компьютере более двух десятилетий, я не забыл про авторучку. Но все же от руки пишу намного реже. И «повинны» в этом замечательные текстовые редакторы, планировщики и особенно программы ведения личного дневника. О некоторых я сегодня и расскажу – хочу, чтобы эти программки попробовали и вы. Удовольствиями нужно делиться, тем более теми, которые касаются дела.

Для меня личный дневник – своеобразная тайм-лента, хронограф жизни, поток мыслей, изложенных на настоящей или виртуальной бумаге. Конечно, не все эти мысли достойны остаться в моей жизни. Некоторые из них не стоят ровным счетом ничего. Но как узнать их ценность, если мысли не зафиксированы, если пришедшие в голову идеи на следующий день безнадежно забыты?

Дневник – это еще и «машина времени». Раскрыв старый блокнот, я могу вспомнить, чем занимался в то или иное время. Чем была занята моя голова. Какие идеи не давали мне покоя 5 или 10 лет назад. И кто знает, может старая, заново переосмысленная идея и есть мой счастливый случай – тот, что принесет удачу сегодня или завтра?

Хорошая программа ведения личного дневника должна удовлетворять ряду требований. Во-первых, определимся с техникой. Что есть в нашем распоряжении? У меня – 2 портативных «Мака» (то есть, 2 ноутбука MacBook Pro с экранами в 13 и 15 дюймов) плюс планшет iPad и смартфон iPhone 4S.

Мне очень нравится эта техника. Устройства отлично работают в тесной связке друг с другом. Получается, что планшет и смартфон – мобильные дополнения к основным компьютерам. На одном ноутбуке (с самым большим экраном) я работаю. И результаты работы (статьи, рукописи книг, фотографии) переписываю на планшетный компьютер, который в моем случае выполняет функции «диванной» машинки. И на смартфон, выполняющий функции карманного компьютера. Я могу править тексты и на планшете, и на смартфоне, и на втором ноутбуке (благодаря системе AirDrop очень легко перебрасывать любые файлы между двумя компьютерами).

Но одно дело – тексты (или, скажем, таблицы с числовыми данными, фотографии или видеофайлы). И совсем иное – книжка для коротких записей. Начинаешь писать на ноутбуке. Потом продолжаешь на планшетном компьютере. Заканчиваешь запись на смартфоне, когда едешь куда-нибудь по делам. Все записи автоматически синхронизируются, приводятся в единый вид. И ничего при этом не теряешь, словно работаешь на одной машине, а не на этом скопище умной техники… Это – желаемый идеал. А что на практике?

А на практике есть несколько дневниковых программ с автоматической синхронизацией записей. Одна из этих программ стала для меня основной. Другая – пока не слишком востребованная альтернатива. Третью я использую лишь время от времени, хотя, раньше считал ее лучшей из лучших. Что примечательно – для Windows я подобных программ не нашел. Можно каким-то образом приспособить MS Outlook, но мне это решение кажется некрасивым и неудобным (возможно, вы будете иного мнения, что вполне нормально – каждому свое).

Для меня главной дневниковой программой стало приложение Day One, выпущенное сразу в двух вариантах – для системы Mac OSX (для ноутбуков и настольных «Маков») и для iOS (iPad, iPhone, iPod Touch). Программка очень простая и красивая. На «Маке» она в запущенном состоянии висит в виде значка в панели «Файндера» (аналог «Проводника» Windows), рядом с системными часами и значками других программ, работающих в фоновом режиме. Если кликнуть мышкой на значок флажка, откроется всплывающее окошко встроенного в Day One текстового редактора. Запись можно сохранить, нажав на кнопку Save – она добавится в основной журнал (открытый по умолчанию). А можно открыть сам журнал кнопкой Open Journal и посмотреть все записи текущего дня.

Журнал Day One можно защитить паролем, спрятав его содержимое от чужих глаз. Можно включить (и, соответственно, отключить) функцию напоминания, в этом случае программа будет работать в качестве будильника, оповещая пользователя о запланированных событиях. Все очень логично, просто и красиво.

Программа Day One для iOS почти ничем не отличается от «большого» приложения. При запуске открывается окошко журнала, в котором мы можем добавить новую запись и просмотреть существующие. Журнал синхронизируется при каждом подключении планшета или смартфона к компьютеру. Это первая, наиболее очевидная возможность синхронизации. Но если на ваших «яблочных» гаджетах стоит операционная система iOS 5, то синхронизация происходит через «облако» iCloud в автоматическом режиме. И все, что вы написали в дневниковой программе на компьютере, появится на мобильных устройствах, если на них установлена программа Day One (и наоборот).

Отмечу, что настройки программы очень просты и понятны даже новичку. А работа с Day One доставляет большое удовольствие, как, собственно, и с техникой Apple.

Чего-то в этой маленькой программке не хватает? «Накрученности» интерфейса? Тогда попробуйте вторую программу из моего списка – Opus Domini. Ее интерфейс представляет собой разворот обычного бумажного органайзера. У этой программы, в отличие от Day One, есть бесплатный вариант Opus Domini Lite. Я пользуюсь платной версией, но для постоянного использования выбрал Day One, поскольку у Opus Domini нет программ для iOS. То есть это органайзер предназначен исключительно для ноутбука и настольных машин.

Третья программа, которая на моем компьютере живет уже более трех лет, – это MacJournal. У нее есть мобильный «близнец» для устройств семейства iOS. Причем, мобильный вариант не менее многофункционален, чем «полноразмерная» программа – в MacJournal можно писать тексты на компьютере, а потом сразу выкладывать результат в свой блог. Хотя основное назначение MacJournal – ведение личного дневника.

В отличие от Day One у программы MacJournal очень мощная система парольной защиты, можно одновременно вести несколько защищенных дневников (журналов). Например, в одном журнале хранить записи личного характера, в другом – деловые записи, в третьем собирать интересные ссылки и т.д. Мне в этой программе не очень нравится система синхронизации «настольного» и «мобильного» приложений. Получается не так быстро и просто, как в Day One.

Это всего лишь три дневниковые программки, которые расширяют функциональность вашего личного «парка» техники Apple. Есть и другие, не менее интересные приложения. И мы о них обязательно поговорим.

Да, а почему только Apple? Почему, скажем, не Windows, Linux и не Android? Ничего не имею против Linux. Против Android – тем более. Могу даже порекомендовать любую машинку семейства Android, если уж кому-то не нравится iPhone. А вот Windows… Нет, это уже не для меня. Я свое с этой системой отмаялся. Но речь, разумеется, только обо мне. У вас с Windows могут быть свои взаимоотношения.

 
По всем вопросам, связанным с работой сайта, обращайтесь по адресу: webmaster@elcode.ru